Су Ваньцин, ступая в своих поношенных туфлях на высоких каблуках, устало брела по довольно захламленным улицам в восточной части города.
Будучи начинающим репортером военного канала Центрального телевидения, она получила этот сюжет о народных умельцах в качестве своего первого самостоятельного редакционного задания.
Она надеялась раздобыть несколько любопытных историй, чтобы добавить значимости своему портфолио для получения постоянной должности.
Однако за несколько дней утомительных поисков результаты были скудными: так называемые умельцы зачастую оказывались лишь пустозвонами или ремесленниками с самыми обычными навыками.
Она потерла ноющие виски, готовясь завершить сегодняшний день.
Как раз когда она заворачивала за угол, до нее донесся едва уловимый, но крайне едкий запах.
Аромат был сложным: смесь жженой резины и некачественных химических реагентов, приправленная тошнотворной ноткой расплавленного металла.
Она машинально сморщила нос, прикрыла рот и нос рукой и принялась искать источник вони.
Взгляд быстро зафиксировался на вывеске ремонтной станции «Старый солдат» на углу улицы.
Дверь магазина была плотно закрыта, а тяжелая рулонная штора задернута до самого пола.
Но этот странный запах упрямо сочился тоненькими струйками из-под двери и незаметных щелей в стенах.
Су Ваньцин остановилась; профессиональное чутье подсказало ей, что здесь творится нечто необычное.
Разве может в обычной ремонтной мастерской так пахнуть?
И к тому же, рабочий день в разгаре, а они закрыты?
Она подошла ближе и заметила, что на рольставнях не висит никаких объявлений об окончании работы, зато изнутри доносились странные звуки.
Это был не звон молота по металлу и не рев дрели, а некий низкий, непрерывный гул, временами перемежающийся шипением, похожим на выпуск пара из скороварки, и едва уловимым, высоким вибрирующим звуком, какого она раньше никогда не слышала.
Это определенно была не починкой бытовой техники или автомобилей.
Она вспомнила, как недавно коллеги на канале обсуждали, что некоторые энтузиасты-самоучки любят возиться со странными вещами, вплоть до создания миниатюрных ракетных двигателей у себя дома.
Неужели здесь скрывается один из таких мастеров?
Любопытство разрасталось, словно лиана.
Оглядевшись по сторонам, она увидела, что прохожих на улице почти нет.
Тогда она подошла вплотную к рольставням, пытаясь найти щель, чтобы рассмотреть происходящее внутри.
Между панелями была крошечная щель.
Она осторожно наклонилась и припала к ней глазом.
Внутри мастерской было полутемно, различались лишь общие очертания.
В центре пространства, заваленного всякой всячиной, стоял предмет немалого размера, накрытый брезентом. Его форма была довольно причудливой и совсем не напоминала ни автомобиль, ни обычный станок.
Рядом с ним возился человек, стоя спиной к входу — судя по всему, он управлял каким-то устройством, от которого и исходил тот низкий гул.
В скудном свете она разглядела, что на верстаке были разложены странные, невиданные ею инструменты, а также несколько химических стаканов и трубок, похожих на лабораторную посуду.
На полу валялись разобранные электронные компоненты и металлические детали; судя по ограниченным военным познаниям Су Ваньцин, техника и материалы некоторых из них выглядели, прямо скажем, необычно.
Больше всего внимание привлекли рукописные чертежи, развешанные на стене.
Хотя деталей было не разобрать, текучие, мощные линии и намеки на контуры заставили ее сердце екнут.
Это не походило ни на один известный ей машиностроительный чертеж.
В этот момент человек, работающий к ней спиной, судя по всему, завершил какой-то этап, выпрямился и взял со стола стакан с водой.
Его профиль в полумраке казался усталым, но взгляд был необычайно сосредоточенным и ясным, да и на вид он был совсем молод.
Он, казалось, что-то почувствовал: резко обернувшись, он бросил острый взгляд в сторону двери.
Су Ваньцин испугалась, поспешно выпрямилась, сердце бешено колотилось — чувство было такое, будто вора поймали с поличным.
Глубоко вздохнув, чтобы успокоиться, она решила действовать в открытую.
Она подняла руку и с силой постучала по рольставням.
— Стук-стук-стук!
Звук ударов по металлу эхом разнесся по пустой улице.
Гул и шипение внутри мгновенно прекратились.
После короткой паузы оттуда донесся молодой, но явно настороженный голос:
— Кто там? Чего нужно?
— Здравствуйте, я Су Ваньцин, репортер военного канала Центрального телевидения, — она старалась придать голосу максимально профессиональный и дружелюбный тон. — Мы готовим материал о народных умельцах, увидели вашу ремонтную станцию и хотели бы взять интервью, можно?
Внутри снова помолчали несколько секунд, после чего тот же голос, не терпящим возражений тоном, отрезал:
— Неудобно! Не о чем тут интервью брать, уходите!
— Господин, мы просто коротко пообщаемся, это не займет много времени… — попыталась настоять Су Ваньцин.
— Я же сказал, неудобно! — голос изнутри стал выше, в нем явно сквозило раздражение. — Я занят, это коммерческая тайна! Понятно? Уходите!
Как только эти слова прозвучали, низкий гул возобновился, став как будто еще громче, словно пытаясь выгнать ее прочь.
Су Ваньцин обдало холодом, она сердито топнула ногой.
Ну и тип! Отношение просто скверное.
Но чем упорнее он отказывал, тем больше разгорался ее спортивный азарт.
Здесь точно что-то нечисто!
Она не оставляла попыток постучать еще пару раз, но кроме того непрерывного гула в ответ не раздалось ни звука.
Стало ясно, что этот человек твердо решил ее игнорировать.
Су Ваньцин вздохнула, решив временно отступить.
Но уходить совсем она не собиралась: она нашла на другой стороне улицы маленькую чайную, выбрала место у окна и заказала самый дешевый зеленый чай, но взгляд ее не отрывался от закрытых рольставней.
Она хотела во что бы то ни стало выяснить, что за дела проворачивает этот таинственный владелец ремонтной станции.
Шло время.
Из мастерской доносились новые звуки.
Однажды в течение десяти минут слышалось нечто вроде гудения маленького вентилятора, сопровождаемое выбросом еще более резкого химического запаха, от чего прохожие вынуждены были прикрывать носы и ускорять шаг.
Другой раз раздался короткий, но необычайно пронзительный звук, похожий на высокочастотную вибрацию металла, от которого даже заложило уши, но он быстро стих.
Су Ваньцин только больше недоумевала.
Это точно не починка!
Она вытащила блокнот и диктофон, быстро фиксируя свои наблюдения:
— Место: ремонтная станция «Старый солдат» в восточном районе. Владелец: молодой мужчина, имя неизвестно, отношение настороженное и враждебное.
— Странности: закрыто в дневное время, исходит едкий химический запах (подозрение на смесь резины, растворителей и металла), слышны нетипичные шумы: низкочастотный гул, высокочастотное вибрирование, работу вентиляторов.
— Видела внутри крупный накрытый объект, на верстаке нестандартные инструменты и химическую посуду, на стене — странные чертежи.
— Предварительное заключение: владелец, вероятно, занимается несанкционированным частным экспериментом или производством, характер неизвестен, присутствует определенная угроза безопасности, возможно, область… чувствительного характера? — на этом месте она замерла, прикусив кончик ручки.
Чувствительная область? Что бы это могло быть?
Незаконная модификация оружия? Исследование запрещенных химикатов? Или… что-то еще?
Она помотала головой, решив, что слишком много надумывает.
Но загадочность, смешанная с необычными звуками и запахами, а также излишняя настороженность владельца, цепляли ее, словно крючки.
Как репортер, она видела своей целью раскрытие правды.
А эта ремонтная станция была для нее словно покрытая туманом раковина — ей очень хотелось вскрыть ее и узнать, какая там спрятана жемчужина… или таится опасность.
Она решила: материал о народных умельцах будет строиться вокруг глубокого исследования «Старого солдата».
Даже если он не будет давать интервью, она может проводить внешнее расследование и долгое наблюдение, постепенно срывая покровы тайны.
Она достала телефон, настроила фокус и через окно сделала несколько снимков закрытых ворот и округи.
Затем включила диктофон, записав фоновый шум с улицы — низкий гул, доносящийся сквозь дверь, отчетливо записался на пленку.
Завершив все, она посмотрела на закрытые рольставни и слегка улыбнулась — вызов был принят.
— Какие бы секреты ты ни скрывал, я обязательно во всем разберусь.
Она убрала вещи, расплатилась за чай, еще раз взглянула на станцию и растворилась в толпе.
Ей нужно было вернуться, систематизировать информацию и начать поиски сведений о мастерской «Старый солдат» и ее таинственном владельце.
А внутри станции Чжан Фэй вовсе не был в неведении относительно того, что происходило снаружи.
Когда Су Ваньцин приблизилась к щели в двери, Система подала едва заметный сигнал.
— Зафиксировано приближение постороннего лица и попытка наблюдения.
Тогда он едва не вздрогнул, испугавшись, что это люди Ань Гобана или кто-то еще более проблемный.
Услышав же, что это репортер, он слегка выдохнул, но бдительность не ослабил ни на секунду.
То, что он делал, не должно было попасть в объективы камер.
Выпроводив журналистку, он и не подумал расслабиться.
Он знал: звуки и запахи здесь рано или поздно привлекут еще больше внимания.
Нужно ускорить темп!
Он взглянул на главную балку J-10, которая под воздействием упрощенного атомарного восстановительного сварочного аппарата уже начала принимать прежнюю форму и поблескивать сдержанным металлическим блеском, а затем перевел взгляд на ведро рядом, где уже застывал черный радиопоглощающий материал.
Время не ждет.
Он полной грудью вдохнул воздух, пропитанный странными ароматами, и вновь погрузился в работу, соревнуясь со временем за закрытыми дверями.
Внутри и снаружи рулонных штор будто существовали два разных мира.
Внутри один человек создавал невероятное чудо.
Снаружи любопытный репортер, едва уловив необычный запах, начал следить за этим забытым всеми уголком.
Шестеренки судьбы, сами того не ведая, медленно сцепились и начали свой путь.