Цзян Фань поставил бутылку пива, и с досады тихо пробормотал, что красота до добра не доводит. Он активировал Божественное сознание, но та радиус его действия составлял всего около трех метров, поэтому просканировать ВИП-кабинку, где находился толстяк, не удалось.
В ВИП-кабинке на третьем этаже Чжан Чжаоцин и Му Хуавэй, приехавшие из Сянгана, тайком нахмурились. Дело было вовсе не в том, что они боялись связей этого толстяка, просто ВИП-кабинка на третьем этаже была рассчитана на десяток с лишним человек, и если придется звать подмогу, они могут не успеть.
Они переглянулись: обстоятельства были сильнее их, и опрометчивый поход на третий этаж мог выйти боком. Му Хуавэй тут же посмотрел на Цзян Фаня и невозмутимым тоном произнес:
— Цзян Фань, будь добр, уведи их из Дихао...
Бах! Не успел Му Хуавэй договорить, как дверь в кабинку с треском распахнулась. Внутрь ворвались семь или восемь крепких парней в черных костюмах, настроенных крайне агрессивно. Один из них, со шрамом на лице, холодно обвел присутствующих взглядом. Его глаза загорелись: пять чистых, сногсшибательных красавиц! Не говоря уже об озабоченном Боссе Ване, любой мужчина при виде таких дам потерял бы голову.
Мужчина со шрамом посмотрел на Чжан Сывэнь, чьи щеки горели от ярости — наверняка именно эта красотка дала пинка Боссу Вану. Затем он перевел взгляд на троих молодых людей в кабинке и спросил:
— Это кто из вас в туалете драться лез?
Чжан Чжаоцин сделал шаг вперед. Он и сам собирался пойти с ними разбираться, а они еще и первые пришли качать права. Неужели банды в Цзиньлине настолько обнаглели? Он с презрением фыркнул:
— Ха! Это какой-то жирный боров приставал к моей сестре. Я еще до вас не дошел, а вы уже перевернули все с ног на голову.
— Ха-ха, щенок еще не знает страха, но смелости тебе не занимать, — усмехнулся парень со шрамом. Он давно не видел таких наглых юнцов. Он сделал знак своим братьям расступиться и с иронией добавил: — Господа, прошу следовать за нами.
Чжан Чжаоцин и Му Хуавэй заслонили собой девушек, оказавшись в безвыходном положении. Самим подняться наверх было нестрашно — самое худшее, что могло случиться, это драка, после которой они могли вызвонить своих людей. Но брать с собой девушек было нельзя — это могло обернуться гораздо большими неприятностями.
— Что, только что были такие смелые, а теперь струсили? — парень со шрамом холодно усмехнулся и с пренебрежением посмотрел на Чжан Чжаоцина и Му Хуавэя. — Или вы хотите, чтобы я вас силой заставил?
Бандиты в черном начали демонстративно разминать кулаки, хрустя суставами, готовые в любой момент перейти к делу. Девушки помрачнели — им уже доводилось сталкиваться с подобным в ночных клубах. Как правило, такие громилы были либо охраной богачей, либо мелкой уличной шпаной. Можно было найти посредника, чтобы уладить конфликт, а сводить счеты уже потом...
— Мы пойдем с вами вдвоем. Спрашивайте с нас, но отпустите их! — Му Хуавэй шагнул к парню со шрамом, внутренне коря себя за то, что сразу не отправил девушек домой, чтобы не попасть в такую глупую ситуацию.
— Много болтаете. Парни, взяли их! — фыркнул бандит. Он пришел за женщиной, которая ударила Босса Вана. Дать им уйти? Ты что, головой ударился или перепил?
— Не трогать, — Чжан Чжаоцин и Му Хуавэй преградили путь рванувшимся вперед громилам. В мире все меняется, и они надеялись, что этот тип сохранит свою спесь до самого конца. Они гневно добавили: — Хорошо, мы пойдем с вами. Посмотрим, что за важная птица ваш босс!
Толпа парней в черном привлекла внимание посетителей на втором этаже. Открыто применять силу к девушкам они не стали. Цзян Фань лишь покачал головой, легко похлопал Ли Цзыцянь по плечу и тихо сказал:
— Все в порядке, не переживай.
— Прости, я тебя втянула. Если бы я знала, что так выйдет, никогда бы не потащила тебя в караоке, — Ли Цзыцянь бросила взгляд на спокойного Цзян Фаня. Недаром говорят, что этот человек пережил удар молнией — он сохранял ледяное спокойствие в такой ситуации.
Видя, что гости уходят, любопытные посетители в коридоре поспешили вернуться в свои кабинки: лишние неприятности никому не нужны, а лезть на третий этаж, чтобы посмотреть на разборки, никто не отваживался — можно и под горячую руку попасть.
Гань Юнцин, наблюдая, как группа направляется в ВИП-кабинку в конце коридора, внутренне застонал — дело пахло керосином. В ВИП-кабинке наверняка сидел Лю Тяньху, теневой властитель района Циньхуай и один из пяти самых опасных людей в Цзиньлине. Настоящий жестокий зверь.
Ходили слухи, что еще в восьмидесятых Лю Тяньху собственноручно перебил десятки вьетнамских солдат. Привыкнув к крови и убийствам, вернувшись в Цзиньлин, он подался в криминал. Жестокий и беспринципный, он за несколько лет захватил власть в районе Циньхуай и снискал себе громкую славу в определенных кругах.
После девяносто шестого года Лю Тяньху легализовал свои доходы, официально занявшись торговлей стройматериалами и ремонтом, но на деле продолжал держать ночные заведения и подпольные казино. Под его началом было пять-шесть сотен человек, и за эти годы он немало конкурентов отправил на дно реки!
Гань Юнцин бросил взгляд на дрожащих от страха студентов-спортсменов и нахмурился. Ему было плевать на остальных девушек, но Ли Цзыцянь тоже вошла в кабинку Лю Тяньху. Если тот ее опозорит, как потом Гань Юнцин сможет показаться на глаза в Университете Цзиньда?
Остальные в кабинке с надеждой посмотрели на Гань Юнцина. Те пять красавиц были богинями их Университета Цзиньда. Они бы и сами рады были стать героями и спасти девушек, но эти бандиты в черном явно были профи, и лишняя самодеятельность могла стоить им жизни.
Гань Юнцин попытался подавить страх. Дрожащими руками он достал сигарету и сделал глубокую затяжку. Его отец был знаком с Лю Тяньху, так что, если он попросит только за Ли Цзыцянь, не имевшую отношения к пинку толстяку, возможно, все обойдется?
Войдя в ВИП-кабинку, они увидели роскошную обстановку — помещение было в три раза больше обычной кабинки. Цзян Фань мельком глянул на перекошенное от злости лицо толстяка, а затем перевел взгляд на мужчину средних лет, сидящего во главе стола. Тот сидел на диване с величественным видом, даже не подняв на них глаз.
В кабинке воцарилась звенящая тишина. Слышно было только, как мужчина позвякивает льдом в бокале. Даже бандиты в черном не смели издать ни звука.
Чжан Чжаоцин и Му Хуавэй посмотрели на жирного борова, а затем на главу. От него веяло мощью, присущей человеку, привыкшему отдавать приказы, но еще больше в нем было скрытой агрессии. Было ясно, что это настоящий криминальный воротила, и дело принимает серьезный оборот.
Толстяк с изумлением разглядывал пять девушек. Каждая из них была прекрасна, настоящая богиня, ничем не уступающая звездам экрана из Сянгана. Он невольно сглотнул слюну — он обязан заполучить их всех до одной.
— Кто ударил моего гостя? Выходите вперед, — Лю Тяньху, покачивая бокал с красным вином, поднял взгляд на вошедших. Пятерка девиц и впрямь была великолепна, неудивительно, что Босс Ван не сдержался — мало какой мужчина устоял бы перед такой красотой.
Не успел никто ответить, как в дверь постучали. Гань Юнцин, запинаясь, вошел в ВИП-кабинку. Взглянув на слащавого Цзян Фаня, он так и хотел огреть его бутылкой по голове, но, поймав недовольный взгляд Лю Тяньху, вздрогнул и, заикаясь, произнес:
— Дядюшка Лю, мой отец — Гань Готай из компании Цзиньфэн. Эти девушки — мои однокурсницы из Университета Цзиньда. Прошу вас, проявите милосердие, отпустите их.
Ха-ха, значит, эти красавицы — студентки Цзиньда? Лю Тяньху насмешливо усмехнулся и с пренебрежением глянул на Гань Юнцина:
— Сын Гань Готая? Даже если бы твой отец стоял здесь, он бы не посмел про