— Шу Линь, умоляю, не бросай меня, пожалуйста! Я согласна выйти за тебя вместе с Лю Юэся, я хочу только быть твоей женой, неужели ты забыл наши прежние чувства? Шу Линь, неужто ты не можешь проявить ко мне хоть немного жалости?
Девушка, заливаясь слезами, лежала ничком на земле, пальцы её судорожно сжимали край тёмно-синего одеяния.
— Ю Цы, мы... — юноша опустил взгляд на бедную молящую девушку у своих ног, на его красивом лице застыло невысказанное желание, но, вспомнив, что она всего лишь простой человек без Изначальной энергии бессмертия, он закрыл глаза и выдернул полу одеяния из её рук. — Ю Цы, между нами ничего невозможно, разве можно принимать всерьёз детские шутки? Ступай же домой.
Жестокие слова юноши стали последней каплей. Взгляд девушки потускнел, наполнившись безжизненной пустотой.
*
В глухой деревушке, прилепившейся к бескрайним лесистым горам, изредка поднимались одинокие струйки дыма — казалось, она отрезана от всего мира.
— Ю-эр, мать уходит в горы. Ты ещё не поправилась, не выходи из дома, сиди смирно, — едва забрезжил рассвет, раздался мягкий, проникновенный голос, в котором не было и следа грубой деревенской речи.
Женщина стояла перед двориком, обнесённым плетнём. На вид ей было чуть за тридцать. Одежда хоть и поношенная, но чистая и опрятная. Густые чёрные волосы высоко убраны, небрежно заколоты деревянной шпилькой. Кожа слегка смуглая, годы оставили на лице глубокие следы. Однако в уголках её губ таилась улыбка, а глаза были полны любви и нежности.
Нетрудно догадаться, что это тронутое непогодами лицо когда-то было прекрасным, просто жизненные тяготы стёрли его тонкие черты.
А если проследить за взглядом женщины, то сквозь оконную решётку деревянного дома можно было заметить девичий силуэт. Услышав слова матери, девушка тихо отозвалась, и её лёгкий, мелодичный голосок выпорхнул сквозь щели ставней:
— Знаю, матушка!
Женщина кивнула, слегка улыбнулась, подхватила плетёную корзину и, перекинув её через руку, направилась в горы.
За плетнём воцарилась тишина. Спустя мгновение окно тихо приоткрылось, показалось чистое личико. Сквозь ветви грушевого дерева во дворе проскользнул тонкий солнечный лучик, озарив лицо девушки размытым ореолом.
— Ах, — Ю Цы оперлась локтем о подоконник, легонько подпёрла ладонью подбородок и тихо вздохнула.
— Ах, — спустя время, чувствуя, как на душе становится всё тяжелее, она невольно вздохнула снова, словно сотни тревог вились у неё в голове, и с лёгким стуком захлопнула окно. Сама же, вся обмякнув, откинулась назад.
— Когда же этому придёт конец!
Ю Цы простонала и уткнулась лицом в мягкое одеяло. Вдох — и в ноздри ударил сухой запах выстиранного на солнце белья, от которого накатывала истома. Однако сонливости не было и в помине, на бледном лице застыла лишь тоска.
Она перевернулась, сложила руки под головой. В её тёмных, как лакированный уголёк, глазах застыла лёгкая безысходность.
Она была не из этого мира. Полмесяца назад она неожиданно попала сюда, в мир, называемый Великой Пустошью, и оказалась в теле опозоренной девушки из Залива Черепаховых Раковин, что в империи Фэнху, на юге Великой Пустоши.
Почему опозоренной?
Да потому, что причина смерти этой девушки была постыдной: она, ревнуя, навязывалась к мужчине, согласная делить его с другой, за что была жестоко оскорблена и забита до смерти палками!
Более жалкой смерти и не выдумать.
А она, Ю Цы, из владелицы солидной сети отелей на Земле превратилась в эту девушку.
Правда, дом этот — пустые стены, полная нищета. Зато она помолодела на десяток с лишним лет — уже плюс.
Несколько дней она прожила как в тумане, наконец простившись с прошлой жизнью. Она уже собиралась начать всё сначала и построить своё дело в этом мире Великой Пустоши, как вдруг осознание обрушилось на неё, словно удар дубиной по голове, заставив озноб пробежать от макушки до пяток.
Скажите на милость, что чувствует обычный человек, перенёсшийся из Китая с планеты Земля, когда видит, как кто-то, издеваясь над законами Ньютона, стоит на огромном мече и проносится у него над головой?
Она считала себя нормальной, поэтому, само собой, остолбенела. Дрожащей рукой указывала на улетающую вдаль точку в небе и, заикаясь, не могла вымолвить ни слова.
Глупостью было бы думать, что человек висит на тросах, ведь её руку тогда грубо оттолкнули.
— Девчонка Ю, ты с ума сошла! Как ты смеешь указывать пальцем на Бессмертного!
Кто-то, сверкая глазами, прошипел на неё, словно боясь, что её поведение разгневает «Бессмертного» и накличет беду на весь Залив Черепаховых Раковин.
Бессмертного?
Тогда в её голове крутились только эти два слова, а потом глаза закатились, и она потеряла сознание.
Оказывается, она ошиблась. Это оказался не текст про деревенскую жизнь и обогащение, а волшебный мир бессмертных, демонов, людей и духов!
Очнувшись, она начала думать, как выжить в этом мире. Но здесь повсюду таилась опасность. Для существ с великими силами — «Бессмертных» — такие простые люди, как она, были, пожалуй, даже жалче ничтожной букашки.
У неё даже возникала мысль перерезать себе горло кухонным ножом — вдруг душа сможет вернуться на Землю!
Однако всякий раз она отступала, стоило лишь увидеть полный боли и любви взгляд матери. На Земле у неё не было родных, и она впервые обрела нечто столь драгоценное, как родственная связь. Как же можно было так просто это бросить?
Поразмыслив, она решила: будь что будет, плыть по течению — один день прожит, и ладно.
Что? Вы спросите, куда делась её гордость, ведь она — добросовестная молодёжь двадцать первого века, выросшая под красным флагом, почему же она так малодушна, то и дело ищет смерти, а не старается изо всех сил стать Бессмертной? Не стремится к вершине жизни?
Ха! Если бы можно было стать бессмертной, кто бы хотел быть простым смертным? Если бы можно было жить, кто бы захотел умирать?
Конечно же, возможности не было.
Она уже разузнала всё, выяснила, глядя на окружающих, как на идиотов. Это окончательно разбило и растоптало её изначальную идею — взбодриться, заняться культивацией, жить вольготно, с белым плащом и лёгким мечом, бороздить мир.
В Великой Пустоши всех детей в пять лет проверяют в империи на наличие Изначальной энергии бессмертия.
Изначальная энергия бессмертия — это главное условие, позволяющее ступить на путь бессмертия. Она находится в даньтяне человека, формируется врождённо и не может появиться впоследствии. Так что предрасположенность к бессмертию определяется с рождения и не подлежит изменению.
У Изначальной энергии бессмертия есть формы: два основных типа — растения и животные. Качество же определяется цветом: от красного, оранжевого, жёлтого, зелёного, голубого, синего до фиолетового — от низшего к высшему. Чем выше качество, тем сильнее талант, и путь бессмертия будет менее тернист, чем у других.
Путь бессмертия полон превратностей, это борьба с небом и землёй, и не будет ни минуты покоя.
По сравнению с этим те, кто не может стать бессмертным, то есть не имеет Изначальной энергии бессмертия, хоть и будут заурядными и безвестными, затеряются в толпе и проживут жизнь в неизвестности. Возможно, они умрут от старости в семьдесят-восемьдесят лет, возможно, будут проглочены Демоническим зверем, выскочившим из леса, или пострадают от причудливого бессмертного заклинания, оставшись без костей и плоти.
В Великой Пустоши простые люди — это раса, менее всего способная управлять собственной судьбой.
К несчастью, изначальная хозяйка этого тела и была простым человеком без Изначальной энергии бессмертия. Это означало, что, попав в этот яркий мир, она может лишь влачить жалкое существование, словно муравей, и малейшая оплошность может стоить ей жизни.
— Ах, — думая об этом, Ю Цы тяжело вздохнула и прикрыла глаза тыльной стороной ладони, пряча выражение лица.