Увидев это, Шангуань Яожао изогнула свои тонкие брови:
— Чего ты застыл? Спрашиваю тебя, где он?
Дуань Цзянбо пришел в себя:
— Все еще в гостинице.
Закончив говорить, он поспешно добавил:
— Изначально, согласно вашим указаниям, гостиница должна была принимать только Божественного лекаря Вэя и его сопровождающих. Но господин Юнь пришел сюда поесть с некоторыми людьми, и менеджер холла, заметив его статус обладателя карты высшей категории SVIP, посчитал, что он может быть вашим важным клиентом, поэтому в виде исключения предоставил им отдельный номер.
— Хорошо поработал, — Шангуань Яожао направилась к лифту. — Раз господин Юнь обедает, я сначала приму Божественного лекаря Вэя.
Она пошевелила своим изящным белым пальцем:
— Дождись здесь Божественного лекаря Вэя и в любое время следи для меня за тем, что делает этот господин Юнь.
Дуань Цзянбо поспешно склонился:
— Слушаюсь.
...
Когда Юнь Тяньхэ вошел в отдельный кабинет, на столе уже было много блюд.
Се Ланьлань искоса взглянула на него и бросила:
— Заставил столько людей ждать себя, какая наглость.
Юнь Тяньхэ бросил взгляд на собравшихся, которые вовсю орудовали палочками, и на явно тронутую еду, после чего уголки его рта приподнялись:
— Едите и пьете, ожидая меня? У вас действительно своеобразный способ приглашать людей.
К Се Дунлаю и Чэнь Хуэйжун он не мог относиться грубо из уважения к старшим, но с Се Ланьлань он не собирался церемониться.
Се Ланьлань сердито посмотрела на Юнь Тяньхэ и повернулась к Чэнь Хуэйжун:
— Мам, посмотри на него. Опоздал, а слова сказать не дает.
Се Цинъюй, испугавшись, что мать снова начнет отчитывать Юнь Тяньхэ, потянула его за собой, усадила рядом и поспешно сменила тему:
— Где ты был?
Юнь Тяньхэ похлопал себя по пластиковому пакету в руках:
— Ходил готовить подарок для отца.
Се Ланьлань перевела взгляд на черный пакет в руках у Юнь Тяньхэ и насмешливо фыркнула:
— Что это еще такое? Завернуто в какой-то рваный пакет, неужели купил на придорожном лотке?
Она закатила глаза и добавила с сарказмом:
— Не страшно, если подарок дешевый и нелепый... лишь бы не притащил какую-то гадость, которая навредит здоровью моих родителей...
Юнь Тяньхэ спокойно ответил:
— Можешь быть спокойна на все сто двадцать процентов. Мой подарок полезен для здоровья больше, чем чей-либо еще.
— Раньше ты, может, и не блистал талантами, но был хотя бы прилежным и работящим, — холодно фыркнула Се Ланьлань. — Когда ты только набрался этой привычки огрызаться? Невыносимо!
Сидевший рядом У Чанхуэй во все горло прокричал:
— Раз уж заговорили о подарках, давайте все покажем то, что приготовили для отца!
Это предложение было встречено всеобщим одобрением. Собравшимся действительно было любопытно посмотреть на подарки, приготовленные детьми семьи Се, и атмосфера стала очень оживленной.
Се Ланьлань встала и громко объявила:
— Я старшая, начну с себя.
Она демонстративно покосилась на Се Цинъюй и обратилась к У Чанхуэю:
— Дорогой, дай мне наш подарок.
У Чанхуэй кивнул, достал из кожаной сумки коробочку размером с ладонь и передал ее жене.
Се Ланьлань, держа шкатулку под взглядами присутствующих, подошла к Се Дунлаю:
— Папа, это подарок от нас с мужем, буддийский медальон...
Говоря это, она достала из коробки золотую цепочку, на которой висела золотая пластина размером с детскую ладонь. На пластине была выгравирована фигура бодхисаттвы Гуаньинь.
Гости начали наперебой хвалить:
— Ого, такая большая золотая пластина?
— По нынешним ценам на золото, она стоит никак не меньше сотни тысяч!
— Ланьлань такая почтительная, денег для отца не жалеет.
— Все-таки у них двоих есть хватка, умеют зарабатывать...
Слушая комплименты, Се Ланьлань расцвела. Она, подобно победившему в бою петуху, выпятила грудь и посмотрела на Се Цинъюй с еще большим вызовом.
Се Цинъюй взглянула на пластиковый пакет, который Юнь Тяньхэ небрежно бросил на стол, и невольно вздохнула. Ее взгляд еще больше потускнел.
Один из родственников улыбнулся:
— Теперь очередь Цинъюй.
Все перевели взгляды на Се Цинъюй. Се Ланьлань закатила глаза и, не дожидаясь слов сестры, закричала:
— Цзюньхао, скорее доставай свой подарок, покажи всем!
— Хорошо, — Се Цзюньхао улыбнулся, встал и положил на стол свой рюкзак.
Взгляды присутствующих тут же переключились на Се Цзюньхао. Никого больше не интересовали мысли и чувства Се Цинъюй.
Юнь Тяньхэ, увидев, как Се Цинъюй застыла с протянутой рукой, почувствовал жалость и взял ее за ладонь. Се Цинъюй инстинктивно дернулась, но, увидев, что Юнь Тяньхэ не отпускает, оставила всё как есть.
Заметившая это Чэнь Хуэйжун удивленно вскинула брови. Даже дома она ни разу не видела, чтобы дочь проявляла такую близость к Юнь Тяньхэ, не говоря уже о том, чтобы делать это на глазах у всех. Впрочем, внимание Чэнь Хуэйжун было поглощено подарком Се Цзюньхао, и она быстро отвела взгляд.
Се Цзюньхао вытащил из сумки изысканную деревянную шкатулку и открыл ее. Внутри были ячейки, каждая из которых была выложена красным шелком и мягким хлопком. В них покоились таблетки размером с перепелиное яйцо, покрытые золотой фольгой.
Се Цзюньхао показал открытую шкатулку всем присутствующим и громогласно заявил:
— Это «Пилюля ци для укрепления духа», которую я через знакомых купил в Сюаньхучжай за триста тысяч.
Среди присутствующих поднялся шум.
— Пилюля ци для укрепления духа! Говорят, она идеально восстанавливает силы, укрепляет там, где есть слабость.
— Это не просто восстановление, она обладает лечебным эффектом при многих терапевтических заболеваниях. Я знаю одного человека, который с помощью этого лекарства вылечил многолетнюю ишемическую болезнь сердца.
— Вы не знаете, главное свойство этой пилюли — спасение жизни. Она в разы лучше любых «Быстродействующих сердечных пилюль».
— Точно, точно! Сердечные пилюли помогают только при приступах, а пилюля ци помогает в любых критических ситуациях, в нужный момент она по-настоящему спасает жизнь...
Обсуждение гостей сделало улыбку Се Цзюньхао еще шире. Прочистив горло и собрав всеобщее внимание, он гордо добавил:
— Эта коробка пилюль, которую я купил, была изготовлена лично Божественным лекарем Вэем!
Божественного лекаря Вэя, о котором говорил Се Цзюньхао, звали Вэй Цинхэ. Он был признан первым мастером китайской медицины в провинции Хэдун, и даже во всем Китае его авторитет был неоспорим. Сюаньхучжай, основанный Вэй Цинхэ, имел филиалы по всей провинции и был известной маркой в частном фармацевтическом секторе Хэдуна.
Услышав, что пилюли изготовлены лично мастером, все пришли в еще больший восторг.
— Божественный лекарь Вэй уже в почтенном возрасте. Слышал, что он давным-давно передал все дела в Сюаньхучжай сыну и уже редко берется за изготовление лекарств лично.
— Получить пилюли, приготовленные им самим — это большая удача.
— Я слышал, что недавно кто-то заплатил миллионы, лишь бы купить одну коробку.
— Все-таки Цзюньхао молодец, одни его связи чего стоят, нам остается только завидовать.
— Если бы мой олух хоть наполовину был таким же способным, я бы горя не знала.
Наблюдая за восхищением гостей, чета Се Дунлая и Чэнь Хуэйжун расплылись в улыбках, а их осанка стала еще более горделивой. Чэнь Хуэйжун даже вздернула нос к небу.
Юнь Тяньхэ не обращал на всё это внимания, продолжая уплетать еду. Он ничего не ел весь день и был по-настоящему голоден.