Ци Лин с отцом сидели рядком на ограде.
Хэй Сяцзы сидел неподвижно и смотрел на санаторий. Непонятно было, то ли он просто задумался, то ли обдумывал, как туда проникнуть. Вокруг него гудело множество комаров. Столько комаров — и сколько же крови они из него выпили, кто знает.
Ци Лин сидела рядом с Хэй Сяцзы, склонив голову набок, и смотрела на него, почти утопающего в комариной туче. Она уперлась ладонями в стену, на которой сидела, и немного отодвинулась, подальше от Хэй Сяцзы. В ушах у нее по-прежнему стоял комариный звон, и она с досадой болтала короткими ножками.
Комары ее не кусали, но жужжали над ухом! Ж-ж-ж-ж — до смерти надоели.o(плачу)o
Ци Лин не выдержала этого жужжания. Она вся уже извелась, хотелось достать баллончик с инсектицидом и прыскать им во все стороны.
Ци Лин с великим недоумением повернулась к отцу.
Неужели он ничего не чувствует? Почему даже не шелохнется?
Столько комаров сосут у него кровь, а он ноль реакции. Ну и отец у нее, настоящий герой. (?????)
Ци Лин восхищалась выдержкой Хэй Сяцзы — он и правда ни разу не пошевелился.
Но она больше не могла терпеть и спросила:
— Пап?
Никакой реакции.
— Пап!
Ци Лин потихоньку позвала его и понемногу пододвинулась ближе.
Хэй Сяцзы повернул голову и взглянул на нее.
— Дочка, дай сперва дела закончить.
— Пап, сколько нам еще здесь сидеть?
— Если мы просидим еще, твою любимую дочку эти комары до смерти зажужжат.
Хэй Сяцзы, сдаваясь под напором дочкиного щебетания, повернулся к ней всем корпусом.
— Дочка, не могла бы ты пока побыть тихой красавицей? Папе и правда нужно кое-что понаблюдать...
Ци Лин, которую уже раздражали комары вокруг отца, раздраженно перебила его:
— Никакого спокойствия.
— Пап, что ты там высматриваешь? Может, сначала выручим человека, а потом будешь наблюдать?
Тут Ци Лин поняла, что говорит слишком громко, и понизила голос:
— Пап, давай просто ворвемся сейчас, сначала найдем Младшего... ой! Найдем дядю Чжана. А что ты хотел высматривать, я потом с тобой вернусь.
Ци Лин подумала: так привыкла звать его Младшим, а надо переучиваться на дядю Чжана. До чего же трудно! Всё никак не привыкну, всё время оговариваюсь. (@_@;)
Хэй Сяцзы, пребывая в полном недоумении, уставился на Ци Лин.
Дочка — истинное дитя камня: мозги у нее вообще не работают! Лезут напролом. Даже если лезть напролом, сперва ведь нужно проникнуть внутрь санатория!
Хэй Сяцзы пришлось со вздохом объяснять дочери:
— Нам не так-то просто попасть в санаторий.
— На первом этаже вроде бы никого, но на лестнице, ведущей со второго на третий, каждые пять минут проходит патруль.
— В нескольких комнатах справа на третьем этаже постоянно толкутся Белые Халаты.
— И это только то, что мы видим. А сколько их в тени, еще неизвестно! Если мы даже и найдем твоего дядю Чжана, то не факт, что сможем вытащить его оттуда целым и невредимым.
Ци Лин: ?????
Ци Лин почесала макушку и с крайним недоумением уставилась на Хэй Сяцзы.
— Но, пап, у меня же есть Талисман Невидимости! Почему это я не смогу его вывести? Мы просто станем невидимыми, подойдем и спасем дядю Чжана — и всё.
Хэй Сяцзы: ???
Хэй Сяцзы:... (°ー°〃)
Хэй Сяцзы захотелось прибить дочку. Он сидел тут на стене, корпел, придумывал план. Наблюдал за охраной санатория, вычислял маршрут для спасения Немого Чжана.
А сколько комаров он выкормил — не счесть.
И тут дочка заявляет: не бери в голову, у нас есть Талисман Невидимости, налепили и вошли.
Хэй Сяцзы:... Сердце щемит. (ノへ￣)
И ради чего он тогда так старался, что-то планировал?
Ци Лин смотрела, как на отцовском лице сменяются краски. Страшное у него лицо. Она аж задрожала. (⊙~⊙)
Быстро достав из пространственного кармана два Талисмана Невидимости, она один налепила на Хэй Сяцзы, а второй — на себя, присовокупив к нему еще и Талисман Мгновенного Перемещения.
Схватив Хэй Сяцзы за руку, она мигом спрыгнула с ограды и понеслась прямо в здание санатория.
Ци Лин боялась, что отец помрет от злости, и торопливо тащила его внутрь.
— Пап, пойдем спасать дядю Чжана!
Отец с дочерью поднялись на третий этаж и остановились у лестницы, глядя, как по коридору парами ходят солдаты. У дверей одной из комнаты сновали несколько Белых Халатов. Хэй Сяцзы и Ци Лин, прижимаясь к стене, медленно подобрались к этой комнате.
— Доктор, у номера три больше нельзя брать кровь, он умрет.
— Умрет — заменим другим.
— Как там номер один? Вы уже проанализировали состав его крови?
— Почти...
Ци Лин и Хэй Сяцзы подошли к двери. Краем уха они услышали, как Белые Халаты, переговариваясь, направились к потайной двери в комнате, и их голоса постепенно затихли.
Хэй Сяцзы подхватил Ци Лин на руки и быстро рванул следом. Перед тем как потайная дверь захлопнулась, они успели проскользнуть внутрь.
За дверью оказалась винтовая лестница, уходящая вниз. Хэй Сяцзы ступал осторожно, медленно спускаясь вслед за Белыми Халатами.
Они долго шли, пока не добрались до самого нижнего уровня. Взору открылся длинный коридор.
Ци Лин, сидя на руках у отца, вертела головой по сторонам.
По обе стороны коридора тянулись маленькие комнаты с железными дверями. В некоторых комнатах сидели люди, другие были запечатаны, и нельзя было разглядеть, что там внутри.
Несколько Белых Халатов остановились у комнаты с номером 302 на двери, глядя внутрь на человека, который еле дышал.
— Вытащить и выбросить. Заменить другим.
— Слушаюсь.
Внезапно из соседней с 302 комнаты вышли несколько здоровенных парней. Они открыли дверь 302-й, вошли, схватили лежащего на койке за руки и за ноги и без лишних слов унесли.
Белые Халаты подошли к комнате 301. Один из них достал ключ и отпер дверь. Вся компания гурьбой ввалилась внутрь. Хэй Сяцзы проскользнул следом и посмотрел в сторону кровати.
Хэй Сяцзы: Немой Чжан!! Σ(°△°|||)︴
Хэй Сяцзы: Цок-цок-цок. До чего же жалкий вид! Совсем отощал, лица нет.
— Доктор, у номера один Крови Цилиня, похоже, становится всё меньше. Нарушение свертываемости, раны постоянно кровоточат.
Доктор, тот, кого называли Доктором, ответил:
— Понаблюдаем еще. Если что — временно приостановим. Смотрите, чтоб не умер, иначе перед начальством не отчитаемся.
Закончив, Белые Халаты развернулись и вышли. Хэй Сяцзы и Ци Лин остались.
Дверь закрылась. Ци Лин спрыгнула с рук отца и подбежала к кровати Чжан Цилиня.
Она хотела посмотреть, как он там, но ростом была маловата — даже на цыпочки встав, ничего не разглядела.
Тогда Ци Лин скинула туфли и залезла на кровать.
С трудом забравшись, она всё равно видела только затылок и половину лица.
Ци Лин:... o(￣ヘ￣o#)
Ци Лин подумала: быть того не может, я сегодня обязательно увижу лицо Младшего. (￣Д￣)
Ци Лин, пыхтя, перелезла через тело Чжан Цилиня и устроилась с другой стороны.
— Ух!
— Пап?
Внезапно открывшиеся глаза Чжан Цилиня напугали Ци Лин, и она машинально позвала отца.
Чжан Цилинь, удивленный, переспросил:
— Пап?