Ли Син был в экстазе. Он и подумать не мог, что стоит лишь сотню раз прикоснуться к таинственному сиянию, как он получит Духовный корень божественного уровня стихии ветра!
Однако тут же Ли Син пришел в себя: — Постойте, разве я не в Секте Обратного Демона? Разве меня не проверяют на предмет того, не являюсь ли я лазутчиком?
Мгновенное прозрение заставило Ли Сина очнуться и осознать, где он находится. Это не реальность, а пустота его собственного Моря сознания! Эта бесконечно величественная фигура — не что иное, как Божественная душа, сформированная в его прошлой жизни!
— Нужно проснуться!
Только эта мысль возникла в голове, как Ли Син открыл глаза. В глубине его зрачков мелькнул яркий свет.
Стоявшая перед ним Тан Сюэлин обхватила его за талию. Она подняла свое белое личико, ее пухлые губы слегка приоткрылись, и из них вырвалось нежное, сладковато-розовое ароматное облако, окутавшее его подобно дымке. Именно этот розовый туман заслонил лицо Ли Сина, скрыв блеск в его глазах, иначе глава Зала Правосудия Синь Гань давно бы что-то заподозрил.
— Младший брат, старшая сестра так добра к тебе, не мог бы ты открыть мне свой секрет? — голос Тан Сюэлин звучал мягко и обольстительно, словно кошачье мурлыканье.
Ли Син притворился очарованным и пробормотал:
— Старшая сестра, позавчера я нашел Столетний алый плод и спрятал его в чане с водой позади двора...
— Столетний алый плод? Больше ничего нет?
Тан Сюэлин слегка нахмурилась.
— Больше нет!
— Действительно нет?
— Действительно нет!
— Ну и бесполезный же ты...
Тан Сюэлин легко ткнула его в грудь, качнула изящными бедрами и повернулась к следующему внешнему ученику.
Что касается того плода, то это был лишь огненный фрукт, растущий неподалеку от вулкана. Хоть он и считался редким, по сути это было лишь лекарство среднего класса уровня Сюань, нужное только тем, кто культивировал огненные техники. Для нее, специализирующейся на Демоническом искусстве очарования духа, этот плод был не лучше мусора.
Ли Син не стал просыпаться сразу, ведь остальные ученики, подвергшиеся воздействию, тоже приходили в себя не сразу. Если очнуться слишком быстро, можно выдать себя.
В глубине души Ли Син облегченно вздохнул: проверка на лазутчиков пройдена, он снова может спокойно притворяться обычным человеком. Больше никогда он не будет заниматься такими опасными делами. Даже если придется передавать информацию, только самую пустяковую. Прожить спокойно эти несколько месяцев, а потом можно вернуться в свою секту и жить в свое удовольствие!
К тому же, кажется, его Божественная душа получила Духовный корень божественного уровня стихии ветра. Надо будет проверить, действительно ли он эффективен, когда вернется домой. Если это так, то по возвращении в секту он станет абсолютным гением, сможет получить огромное количество ресурсов для практики и достичь легендарной Стадии Превращения Божества или даже Стадии Моря Духа.
Конечно, у Ли Сина не было амбиций вознестись и объединить мир культивации. Он просто хотел спокойно стать старейшиной, а может, и вице-главой секты. Главное — чтобы был покой!
Тан Сюэлин закончила проверку, подошла к главе Зала Правосудия Синь Ганю и поклонилась:
— Учитель, проверка завершена, с остальными проблем нет!
Отовсюду послышались вздохи облегчения, на лицах людей промелькнуло спокойствие.
— Эти лазутчики заслуживают смерти! Они погубили юного господина секты. Как только найдем виновного, нужно разрубить его на тысячи кусков!
— Верно, пробраться в Демоническую секту в качестве шпионов, эти ученики пути бессмертных по-настоящему коварны!
— Предлагаю проводить проверку раз в месяц, а у новоприбывших вообще проверять историю семьи до третьего колена!
Ученики в толпе начали громко выражать свое негодование.
Синь Гань внезапно усмехнулся:
— Действительно ли проблем нет?
От его слов в зале воцарилась тишина.
Тан Сюэлин вздрогнула:
— Учитель, вы... неужели вы подозреваете меня?
Синь Гань покачал головой:
— Как такое возможно? Я сам тебя воспитал, я, конечно, доверяю тебе. Но не забывай, твое культивирование лишь на пятом уровне Стадии Истинного Духа. Если у кого-то из этих учеников есть сокровище, защищающее от Демонического искусства очарования духа, ты не сможешь им противостоять. Несколько человек очнулись явно быстрее остальных. Например, ты, Чжан Фань! И ты, Чэнь Инькун! А также ты, Ло Цзэ...
Те, кого назвали, побледнели.
Ли Син занервничал: если он тоже в списке подозреваемых, его ждет более тщательная проверка. Кто знает, сколько еще методов припасено у Демонической секты! А если проверка ничего не даст — его могут просто убить. В Демонической секте было принято: лучше казнить тысячу невинных, чем упустить одного предателя.
— И наконец, ты... Ли Син!
Действительно, палец Синь Ганя указал на него. Его глаза, словно у ядовитой змеи, пытались проникнуть в самую душу Ли Сина.
Ли Син старался контролировать дыхание и выражение лица, чтобы не выдать себя.
Синь Гань смотрел на него три секунды, потом перевел взгляд на остальных названных учеников.
— Вы очнулись быстрее всех, значит, у вас могут быть артефакты против очарования духа! — мрачно произнес он. — Я подозреваю, что среди вас есть лазутчики. По правилам нашей секты, лучше перестраховаться. Если среди вас есть те, кто погибнет невинным, значит, в следующей жизни вам просто не повезло с перерождением.
На последнем слове на лице Синь Ганя отразилась жестокость.
Названные ученики начали кричать, оправдываясь; кто-то был в ужасе, кто-то сжимал кулаки, готовясь к отчаянному бою.
Видя, что Синь Гань готов нанести удар и прольется кровь, Ли Син, вспомнив о своей мощной Божественной душе, поспешно сказал:
— Глава зала Синь, насколько мне известно, у тех, чья Божественная душа мощнее, время действия заклинания короче. Это не доказывает, что у нас есть артефакты. Наоборот, лазутчики с артефактами как раз могут притворяться сколько угодно. Разве не стоит подозревать тех, кто дольше всех находился в трансе?
Услышав это, названные ученики оживились:
— Точно, глава зала! Я практикую Сутру проклятых душ сердечных демонов, моя Божественная душа вдвое сильнее, чем у других учеников моего уровня!
— И я, я практикую Проклятие призрачных богов!
— А я — Демоническую технику пожирания души.
Все начали называть свои техники, причем все они оказались техниками для души. Они даже продемонстрировали их, глаза многих наполнились призрачным сиянием.
Синь Гань оглядел их и опешил, увидев, что они действительно владеют техниками души. Его внимание снова переключилось на Ли Сина:
— Парень, а ты, похоже, перемудрил? Другие практиковали демонические техники, поэтому очнулись раньше — это понятно. А что практиковал ты? Если и ты владеешь техникой души, то это я совершил ошибку: не только не буду подозревать тебя, но даже дам награду!
Сказав это, Синь Гань перестал улыбаться, его взгляд стал острым и жестоким. Очевидно, если Ли Син скажет хоть слово не так, его ждет участь тех белых костей, что лежали рядом.
Ли Син впал в отчаяние. Он пришел в Секту Обратного Демона валять дурака, никаких техник, кроме пары коварных приемов, он не изучал. Вот уж правда: не стоило быть таким ленивым!
Он лихорадочно придумывал оправдание. Если ничего не выйдет, придется обнажить свою мощную Божественную душу. Конечно, подозрение это снимет, но хорошего мало — его сделают живым сосудом для культивации, будут питаться его энергией. Он превратится в человеческую пилюлю для всей секты!
Синь Гань не дал ему времени:
— Ли Син, даю тебе последний шанс. Объясни, почему ты очнулся раньше!
— Я... потому что..., — Ли Син прилил кровь к лицу, покраснев так, будто скрывал нечто постыдное.
Синь Гань нахмурился:
— Говори!
— Потому что я девственник! — внезапно с драматическим надрывом выкрикнул Ли Син.
Синь Гань опешил:
— Какая связь между тем, что ты девственник, и быстрым пробуждением?
— Потому что... я кончаю быстрее других!
На этот раз Ли Син покраснел до корней волос.
Вокруг послышался хохот, некоторые ученики согнулись пополам от смеха. Синь Гань, явно не поняв, недоуменно посмотрел на Тан Сюэлин, которая, прикрыв рот рукой, хихикала так, что ее плечи тряслись. Увидев взгляд учителя, она прошептала ему на ухо объяснение. Лицо Синь Ганя просветлело, уголки его губ приподнялись.
Посмотрев на Ли Сина, он смягчился:
— Молодой человек, бывает, не стоит так нервничать. Я был не прав! Но твой довод логичен: раз те, кто очнулся раньше, чисты, значит, враги скрываются среди тех, кто очнулся позже. А это куда опаснее.
Синь Гань снова стал выглядеть зловеще. Те, кого не называли раньше, побледнели от страха. Некоторые упали на колени, умоляя о пощаде.
Синь Гань усмехнулся:
— Правила нашей секты строги: лучше убить лишних, чем пропустить виновного. Если кто-то из вас пострадал несправедливо, я приношу свои извинения!
— Нет, я не лазутчик! У меня Духовный корень высшего качества стихии земли, мой учитель — старейшина Серебряного дворца Лэй Дун!
— Я племянница старейшины Дворца Рубящих Бессмертных Чэн Сусу!
Но сколько бы ни просили о пощаде, Синь Гань был неумолим. Мрачный туман окутал учеников, крики и стоны наполнили зал. Последние три ученика попытались прорваться сквозь туман, высвобождая сияние.
— Хм!
Хмыкнул Синь Гань, его культивирование резко возросло, одним движением он подавил сияние, и учеников раздавило в кровавое месиво. Их Божественные души были вырваны, запечатаны в куколки и оказались в руках Синь Ганя.
Синь Гань убрал куколки и повернулся к оставшимся семерым:
— Проверка завершена. Если среди вас был убийца юного господина, он мертв. Вы — самые чистые ученики нашей секты, в будущем никто больше не смеет вас подозревать!