Вот он.
Черная вытянутая фигура что-то несла, медленно ступая, но двигаясь с невероятной скоростью.
Три новых лекарства.
Он приблизился — тощий, высокий, кожа да кости, безобразный, как сухая кора, весь пропахший гнилью. Два кроваво-красных глаза, казалось, вот-вот выпадут из кожи, тонкой, как бумага. Он больше походил на демона, чем любой демон из книжек.
Оказалось, он нес в руках потерявшего сознание Хань Цзи.
А Цзи! — взвизгнула Хань Янь, на миг забыв об опасности, и бросилась к нему.
Цайцин инстинктивно последовала за ней.
Страшный Сухая кора не стал чинить препятствий. Вскинув руку, он швырнул Хань Цзи на землю. Тот очнулся.
Сестра! Беги! Здесь злодей! — яростно крикнул он, но, обернувшись, увидел, что злодей уже стоит перед ним.
Хань Янь налетела на него, обхватила руками, дрожа всем телом.
Он убил дядю Чжао… А дядя Чэнь? Зови дядю Чэня, пусть защитит нас!
Я и его убил, — оскалился Сухая кора. — Два воина закалки тела? Тьфу, мусор.
Хань Цзи оцепенел от ужаса.
Только теперь все до конца осознали: оба охранявших их воина мертвы.
В одно мгновение живой, двигающийся человек превратился в темно-красный туман.
Лица побелели. Цайцин, более пугливая, сдавленно охнула и ее вырвало.
Грязно, — нахмурился Сухая кора. Он взмахнул рукой, и Цайцин, не успев вскрикнуть, взлетела в воздух, будто подхваченная невидимой веревкой. Лицо ее налилось кровью, ноги оторвались от земли.
Дай-ка взглянуть… Нет корня духа? Мусор! — С этими словами раздался тошнотворный хруст. Цайцин рухнула с высоты, шея ее была вывернута под чудовищным углом, глаз прилип к щеке — она не успела его закрыть.
Цайцин! Сестрица Цайцин!
Хань Янь тряслась как в лихорадке. Она подняла мутный взгляд и встретилась с парой мутных глаз. Сухая кора, казалось, был чрезвычайно доволен ее реакцией и дружелюбно улыбнулся.
Но она задрожала еще сильнее.
Неподалеку Ли Ли застыла, словно окаменев от страха.
Этот стражник, Цайцин… те, с кем она только что говорила, умерли такой жуткой, неестественной смертью.
Система заливалась пронзительным сигналом тревоги. Ли Ли быстро взяла себя в руки, мысленно подбадривая себя, и потянулась к рукаву — там был спрятан короткий нож.
Надо бежать! Бежать!
Нельзя бежать.
Картина того, как стражник Чэнь взорвался кровавым туманом, все еще стояла перед глазами. Она изо всех сил подавила желание броситься прочь, вцепившись в землю, не смея открыть рта, не смея двинуться, и смотрела, как чудовище поднимает брата и сестру Хань.
М-м, тройной корень духа… Двойной корень духа? Неплохо, неплохо, редкий хороший талант. Небеса меня не оставили.
А там, — он указал, — мусор с пятью корнями духа. Ну да ладно, лучше, чем ничего.
Ли Ли поняла: он проверял их корни духа.
Она и была тем мусором с пятью корнями.
Судя по всему, раз у них троих есть корни духа, этот демонический культиватор не собирается их убивать.
Ухватившись за соломинку, она мысленно спросила: Информация об этом злодее?
В критический момент Система, не следуя обычной процедуре, сама списала одно Очко энергии и быстро выдала запрос:
Пол: мужской
Возраст: 308
Статус: Демонический культиватор
Уровень: Позднее Основание
Техника: *
Почему звездочка???
Система смущенно ответила: Слишком низкий уровень, нет прав на запрос.
… — Ли Ли не успела спросить о другом. — Я хочу обменять способ сбежать.
Идет поиск… Разница в силах слишком велика, вероятность побега — 0%. Носителю не рекомендуется убегать.
У Ли Ли похолодели руки и ноги.
*
Впереди, на земле, девочка в роскошном платье, прижимая к себе мальчика, рыдала и умоляла: Бессмертный, у нас ничего нет, мы бесполезны, умоляю, отпустите нас…
Сухая кора усмехнулся: С какой стати?
Хань Янь замерла, помедлила мгновение, стиснула зубы и вытащила из-за пазухи вещицу.
Это была белая, похожая на лист, нефритовая подвеска.
Бессмертный, у нас есть связь с Верховной Сектой Единого Пути. Это верительный предмет. Если вы отпустите нас сегодня, вы установите хорошие отношения с Верховной Сектой…
Сухая кора притянул подвеску в руку, провел пальцем по поверхности: Верховная Секта Единого Пути? Громкое имя.
В следующее мгновение подвеска была стерта в белую пыль: Ты мне угрожаешь?
Крошечная, слабая надежда в глазах девочки была раздавлена вместе с ней.
Испугалась? — спросил он с полуулыбкой. — Не бойся, мне вас убивать жалко. Я заберу вас с собой, будете жить припеваючи.
Не умрут. Хань Янь с облегчением вздохнула, но тут же побледнела как полотно.
Раз этот жестокий убийца заберет их с собой — разве может это сулить что-то хорошее?
Если не смерть — то судьба хуже смерти.
Бежать? Два сильных охранника погибли ужасной смертью. Что могут сделать трое детей?
Она рванула Хань Цзи себе за спину и с глухим стуком ударилась лбом о землю: Ослушаться приказа Бессмертного не смею, но мой глупый брат еще мал и ни на что не годен. Умоляю Бессмертного отпустить его. Я согласна быть рабыней, служанкой, я расшибусь в лепешку ради Бессмертного!
Хань Цзи вырвался и на четвереньках подполз вперед.
Он был всего лишь ребенком, с почти наивной отвагой: Демон! Руби меня, режь меня, я за все отвечу! Моя сестра ни в чем не виновата. Сестра, беги!
А Цзи! Замолчи!
Демон с полуулыбкой поднял руку, сжал пальцы, и девочка в парчовом платье, покорно вытянув шею, влетела прямо под его ладонь.
Красивая золотая шпилька в виде бабочки упала в траву, ее крылышки дрожали.
Хань Цзи бросился к нему, вцепился в полу халата: Что ты делаешь! Приставать к нам, смертным, — разве это достойно! Только тронь мою сестру, я и мертвым тебя не прощу!
Трепло.
Как только прозвучало это слово, раздался жуткий крик, и на землю упал кусок темно-розовой плоти. Трава забрызгала алая кровь.
Неведомая сила отпустила. Девочка, чья одежда была залита кровью, осела на землю. Надрывно кашляя, она поползла к потерявшему сознание мальчику.
А Цзи! А Цзи!
Она перевернула его. От губ и ниже — шея, воротник — все было залито кровью.
Дрожа, Хань Янь зажала ему рот рукой, словно надеясь остановить поток жидкости.
Но это было бесполезно.
Сколько бы она ни старалась, Хань Цзи не приходил в себя, с каждой секундой становясь все бледнее.
Слезы застилали глаза, она почти умирала от горя.
Ее А Цзи, ее младший брат, которого она растила с детства, так сильно ее любящий и защищающий родной брат! Ему было всего восемь лет, и ему отрезали язык, сделав калекой.
Кто-то подбежал и оттащил ее в сторону.
Ли Ли, прижав ее к земле, вместе с ней опустилась на колени перед Сухой корой. Система в голове странным образом прекратила сигнал тревоги.
Хань Янь опомнилась и начала отчаянно бить поклоны: Умоляю Бессмертного, умоляю спасти ему жизнь! Я сделаю все, что угодно! Мы будем послушными, мы обязательно будем слушаться, слушаться вас…
Мертвый человек бесполезен, — подняла голову более худая девочка, глядя на него. — Хозяин.
Сухая кора оскалил зубы в улыбке, распространяя вокруг гнилостную вонь.
Мусор с пятью корнями духа, а голова варит.
*
А Цзи, ты очнулся!
Хань Цзи открыл глаза. Мир был расплывчатым, и лишь спустя некоторое время обрел четкие очертания.
Хань Янь склонилась над ним. Ее одежда сменилась на серую, все нефритовые шпильки сняли, вместо них — невзрачная бамбуковая палочка.
Она смотрела на него, протянула руку, но тут же убрала. Слезы полились прежде, чем она успела заговорить.
Хань Цзи был в некотором замешательстве. Он открыл рот, хотел сказать: Сестра, не плачь, — но из горла вырвалось лишь нечленораздельное мычание.
Что с ним?
Почему он не может говорить?
Он сунул руку в рот. Хань Янь хотела помешать, но не успела. Она видела, как его пальцы беспомощно шарили по языку, но ничего не нащупали.
Хань Цзи вспомнил.
Злодей отрезал ему язык.
Он немой.
Он застыл на мгновение, а потом разразился душераздирающими рыданиями и криками, которые выливались лишь в мычание разной тональности.
Хань Янь тоже плакала, крепко прижимая его к груди. Она не отпускала его, даже когда он в исступлении бил и причинял ей боль.
А Цзи, А Цзи! Все хорошо, все хорошо. У тебя есть я, твоя сестра.
В маленькой соломенной хижине царил хаос, воздух сотрясали крики и плач.
*
Дверь хижины с грохотом распахнулась и тут же захлопнулась.
Не успела Хань Янь опомниться, как вихрь пронесся мимо, и звонкая пощечина обрушилась на лицо плачущего Хань Цзи.
Ты хочешь, чтобы он разбудил его и заставил убить всех троих? — холодно прошипела худая девочка.
Хань Янь поспешила заслонить его, но Хань Цзи, словно ошарашенный, перестал кричать и затих, беззвучно роняя слезы.
Ли Ли посмотрела на него.
Еще несколько дней назад — живой, подвижный ребенок, а теперь — ходячий труп, не способный говорить.
Голос ее смягчился, она принялась успокаивать его так, как когда-то утешала Чжуцзы, сына Вдовы Ли: Он — возвышенный Бессмертный. Раздавить нас для него все равно что раздавить муравья. Сейчас самое главное — выжить. Если ты будешь только искать смерти, ты подведешь свою сестру, подведешь погибших Цайцин и воина-охранника.
После долгих уговоров Хань Цзи наконец осознал их положение и кое-как приободрился.
Ли Ли, пользуясь моментом, рассказала ему о том, что случилось с ними за эти дни.
Оказалось, что после того, как они двое пали ниц и поклялись в верности, тот человек пребывал в прекрасном расположении духа. Он небрежно метнул черный луч света, остановивший кровь Хань Цзи, и засунул всех троих в свой рукав.
Сколько они так пробыли — неизвестно. Когда он вытряхнул их обратно, уже стемнело.
Они, конечно, не смели больше и мечтать о поисках Бессмертных в Ганьчжоу. Они увидели лишь ровное место у мелкого ручья, окруженное со всех сторон густым лесом. Должно быть, они находились где-то в чаще.
Сухая кора представился как Даос Дуаньшэн.
Он сотворил несколько заклинаний, и среди камней выросли несколько соломенных хижин. Затем он выпустил маленькую вещицу, которая разрослась в миллионы раз и превратилась в добротную Хижину из красного кирпича. Ее карниз сиял, внушая почтение.
Даос Дуаньшэн поселился в кирпичной хижине, а троим приказал жить в соломенной. Он предупредил, чтобы они не смели уходить, бросил им кое-какую одежду и безделушки, а затем скрылся в своей хижине, не подавая больше признаков жизни. С тех пор прошло три дня.
Хань Янь, не смыкая глаз, ухаживала за братом, а Ли Ли обошла все вокруг.
Тот даос владел удивительными способностями. Каждый раз, когда она доходила до определенного предела, ее с силой отбрасывала назад невидимая стена.
Система сказала, что это называется формацией.
Ее отбрасывало несколько раз, пару раз она выплевывала кровь, но примерно выяснила границы их территории.
Однако, кроме этого, больше ничего выведать не удалось.