Успокоив ум, сосредоточив дух… Он молча повторял ключевые наставления своей техники, шаг за шагом отбрасывая посторонние мысли, и его сознание постепенно погрузилось в состояние пустоты и ясности.
Постепенно неотступные тревоги рассеялись.
Он вошел в загадочное состояние, словно смог увидеть бесчисленные, едва уловимые, мерцающие точки света, парящие в окружающем воздухе.
Словно подчиняясь невидимой тяге, вместе с его глубоким дыханием они тонкими струйками вливались в тело, двигались по некоему таинственному пути и в конечном итоге оседали в Даньтяне под пупком.
Этот процесс повторялся снова и снова, и он не знал, сколько прошло времени, пока в один миг — словно какая-то невидимая преграда в его теле была бесшумно прорвана!
Поток более прохладной и обильной, чем когда-либо прежде, энергии мгновенно пронзил все члены и кости, слух и зрение обострились, пять чувств стали необычайно острыми, и даже едва слышный шелест ветра в лесных вершинах вдалеке стал отчетливо различим.
Усталость во всем теле как рукой сняло, его переполняло небывалое чувство легкости и силы.
Он открыл глаза и с удивлением обнаружил, что все его тело покрыто тонким слоем росы, одежда насквозь промокла, однако он ничуть не чувствовал холода, напротив, ощущал легкость во всем теле и ясность духа.
На горизонте на востоке уже забрезжил рассвет. Эффект от этой ночи тренировок оказался куда сильнее, чем от любых предыдущих.
Он сжал кулаки, чувствуя прилив энергии, словно за ночь тело претерпело своего рода преображение.
Хотя он не понимал, что именно это означает, полагая, что его Формула Чистого Духа наконец принесла плоды, но для грядущего переэкзамена в Банде Зеленого Песка это, несомненно, добавляло уверенности.
На следующее утро семья Линь встала рано.
Мать Линь специально приготовила пшеничные лепешки и сварила яйца — редкое по меркам повседневности угощение.
— На переэкзамене нужно поесть досыта, чтобы были силы, — Мать Линь натянуто улыбнулась, подкладывая еду в чашу Линь Му.
Линь Чжэншань молча закончил есть, а вставая, сказал:
— Я провожу тебя до города.
Линь Му удивленно поднял голову. Отец никогда не откладывал полевые работы без веской причины, тем более чтобы проводить его на то, чему раньше сам противился.
По дороге отец и сын шли друг за другом, почти не разговаривая.
Только когда показались городские стены Города Цинши, Линь Чжэншань внезапно заговорил:
— Каким бы ни был результат, не упорствуй чрезмерно.
— Семья не рассчитывает на те гроши, что ты принесешь, спокойствие важнее всего.
Линь Му серьезно кивнул:
— Я понимаю, отец.
Площадкой для переэкзамена послужил просторный тренировочный плац во внутреннем дворе Зала Чистого Ветра, атмосфера здесь была куда серьезнее, чем на предварительном отборе.
Помимо вчерашнего холодного на вид главаря, по краям площадки появилось еще несколько мужчин в такой же сине-зеленой форме, судя по всему, наставники или управляющие зала.
На переэкзамен пришло около двадцати юношей, все они затаили дыхание и не смели шуметь.
Первым испытанием снова была проверка силы, но теперь не камни-замки, а три последовательно увеличивающихся в размере каменных валуна, самый маленький из которых весил больше ста цзиней.
Несколько коренастых парней первыми вышли вперед, и только густо покраснев от натуги, смогли оторвать средний камень от земли на мгновение.
Когда подошла очередь Линь Му, он глубоко вдохнул, и внутри него естественным образом заструилась прохладная энергия Формулы Чистого Духа. Напрягши поясницу и применив силу, он довольно легко поднял средний валун до уровня пояса и продержал его несколько секунд, прежде чем опустить.
Один из наставников, наблюдавший со стороны, слегка кивнул и сделал отметку в списке.
Второе испытание — проверка реакции.
На площадке стояло несколько деревянных столбов, к вершинам которых были подвешены мешки с песком, управляемые учениками Банды Зеленого Песка. Они раскачивались из разных направлений и на разной скорости в сторону юношей.
Нужно было за отведенное время уклониться от всех ударов мешков.
Мешки летели стремительно, под коварными углами, и несколько юношей, растерявшись, были сбиты с ног.
Линь Му сосредоточил ум, чувствуя, что все вокруг словно замедлилось, он заранее предугадывал траекторию полета мешков и гибко уклонялся, ни один из них не задел его.
Третье испытание — гибкость и координация тела.
Нужно было быстро пройти по участку со столбами «сливового цвета», усеянному препятствиями, на котором мог поместиться лишь один человек, при этом нельзя касаться земли.
Для Линь Му, который постоянно лазал по горам и бегал по лесам, это не составило труда. Его шаги были твердыми, движения легкими, и он быстро прошел дистанцию.
Последнее испытание — обращение с оружием.
Каждому выдали по незаточенной короткой палке. Наставник продемонстрировал три базовых приема: удар сверху, подсечку и выпад, после чего потребовал, чтобы юноши повторили движения.
Линь Му никогда прежде не держал оружие, но, к его удивлению, движения наставника казались ему необычайно ясными, каждое усилие и каждый поворот словно отпечатывались у него в памяти.
Он повторил их, и хотя движения вышли несколько неуклюжими, стойка и способ приложения силы были имитированы почти идеально, особенно при последнем выпаде — короткая палка рассекла воздух с едва слышным свистом.
В глазах главного главаря промелькнуло изумление, он обменялся взглядом с сидевшим рядом и молча наблюдавшем за всем крепким стариком с сильно вздувшимися висками.
Финальным испытанием были учебные поединки.
Юноши тянули жребий, чтобы определить противников. Использовались те же короткие палки, до первого касания.
Соперником Линь Му оказался юноша из города, который был выше его на полголовы и явно уже практиковался в рукопашном бою.
Противник атаковал яростно, после нескольких ударов руки Линь Му онемели.
Однако одна мысль, и Формула Чистого Духа начала действовать сама по себе, беспокойные мысли тут же утихли, и движения противника в его глазах стали намного четче.
Он перестал противостоять в лоб, а благодаря превосходящей реакции и гибким перемещениям начал кружить вокруг, поймав момент, когда противник вложил слишком много сил в один мощный удар и промахнулся. Линь Му нанес удар палкой по его запястью, противник вскрикнул от боли, и палка выпала из рук.
— Стоп! — крикнул наблюдавший наставник и присмотрелся к Линь Му повнимательнее. — Парень, реакция неплохая. Занимался где-то?
Линь Му честно покачал головой:
— Нет, просто часто бегал по лесам.
Наставник задумчиво посмотрел на него:
— Навыки, которые не возьмутся от простой беготни... Ну да ладно, переэкзамен пройден.
Он громко объявил:
— Линь Му, прошел! Через три дня приходи отмечаться, начнется официальное обучение.
Сердце Линь Му радостно забилось, но он быстро успокоился и посмотрел на отца за границей площадки.
В этот момент Линь Чжэншань, до того плотно сжимавший губы, наконец расслабил их и перевел взгляд вдаль.
Закончив оформление документов, получив серую одежду ученика и личную табличку, отец и сын отправились в обратный путь.
Всю дорогу Линь Чжэншань хранил глубокое молчание.
И только когда знакомые очертания домов в Деревне Шива показались в лощине, он медленно заговорил, голос его был низким, но отчетливым:
— Раз уж ты сам выбрал этот путь, то должен стиснуть зубы и пройти его до конца.
— Не бросай начатое на полпути и, что важнее... не забывай своих корней, не забывай, что ты вышел из этой Деревни Шива.
Линь Му серьезно ответил:
— Отец, я ни за что не забуду свои корни. Каждый месяц, как получу жалование, буду просить передать его вам.
Линь Чжэншань покачал головой:
— Семья еще не в том положении, чтобы рассчитывать на твои гроши.
— Оставляй себе, покупай то, что нужно. В таких местах, если у тебя нет денег, шагу не ступишь.
В этих словах уже прозвучали, пусть и скрытая, забота и житейская мудрость.
Вернувшись домой, Мать Линь уже ждала у ворот.
Увидев выражение лиц мужа и сына, а особенно серую одежду в руках Линь Му, она поняла результат, глаза её тут же покраснели, но она сдержалась, не позволяя слезам упасть.
Три дня пролетели незаметно.
Утром в день отъезда вся семья поднялась проводить его.
Мать Линь упаковала большой мешок с сухим пайком и печеным мясом, подробно наставляя, как беречься от холода и голода.
Старший брат Линь Шань сунул младшему в руку отточенный до блеска маленький кинжал:
— Держи для самообороны.
Младшая сестра Линь Я вложила в ладонь второго брата несколько самых красивых разноцветных камешков, которые бережно хранила:
— Второй брат, если заскучаешь, посмотри на камни.
Линь Му принял подарки, тяжело кивнул, приняв наставления и заботу близких, затем закинул за спину дорожный мешок и решительным шагом направился по горной дороге в сторону Города Цинши.