Глухая Старуха совершенно остолбенела.
Она прожила так долго, привыкла, что в сыхэюане её слово — закон, даже начальник Уличного комитета при встрече с ней вежливо называл её «бабушка». Разве её когда-нибудь так перечили? Да ещё и перед всем двором! Её старческое лицо мгновенно налилось цветом свиной печени, она тряслась от злости.
— Ты… какая наглость!
Она указала на Гоцзыляня гунъаня, трость в её руке дрожала.
— Ты знаешь, кто я? Знаешь, что директор Ян с прокатного завода, встретив меня, обязан назвать меня тётушкой? Ты сегодня посмеешь не оказать мне это уважение, поверь, один мой звонок — и завтра ты снимешь эту форму!
Директор Ян! Упоминание этого имени снова вызвало волнение во дворе. Директор Ян с прокатного завода — действительно большая шишка! В глазах И Чжунхая и Хэ Юйчжу мгновенно снова затеплился огонёк надежды. Верно! У Старухи есть ещё эта карта — директор Ян! Это же первое лицо на заводе! Стоит директору Ян сказать слово — не то что какому-то мелкому гунъаню, даже если их начальник придёт, ему придётся прикинуть!
У И Чжунхая от волнения покраснело лицо, он словно уже видел, как выходит сухим из воды, а этого зверёныша Линя Аня приструняют. Хэ Юйчжу и вовсе сделал Линь Аню жест, будто режет горло, на лице — злобная усмешка мелкого человека, дорвавшегося до власти. Мол, погулял ещё, парень? Вот придёт директор Ян — посмотрим, как ты сдохнешь!
Лицо Гоцзыляня гунъаня стало серьёзным. Он был всего лишь участковым, человек уровня директора Яна был для него настоящей проблемой. Если у неё и вправду есть связи с директором Яном, дело примет плохой оборот.
Заметив колебания гунъаня, Глухая Старуха стала ещё более самодовольной. Она фыркнула, выпрямила спину, и в ней было больше чиновничьей важности, чем во Втором деде Лю Хайчжуне.
— Что? Испугался? Говорю тебе, ещё не поздно одуматься! Немедленно отпусти всех и убирайся со своими людьми из нашего двора! Иначе, когда я доберусь до директора Яна, одного его звонка хватит, чтобы тебе несдобровать!
На её манеру «лиса, пользующаяся тигриной мощью», «собака, важничающая хозяйским могуществом» Линь Аню было смешно смотреть. Директор Ян? Эта карта действительно крупная — может задавить всех присутствующих. Но в это мгновение в голове Линь Аня пронеслась электрическая искра.
Воспоминание из его прошлой жизни — одно из разъясняющих видео об этой драме. Один автор, специализирующийся на анализе деталей сюжета, высказывал смелое предположение: статус Глухой Старухи как члена семьи павшего героя — вообще подделка! Тогда Линь Ань посчитал это лишь интересной точкой зрения, но сейчас эти детали всплыли перед его глазами!
Первое — неувязка по географии! Старуха утверждала, что отправляла обувь для красноармейцев Великого похода, но маршрут Великого похода вообще не проходил через город Сыцзю! Она, старуха с перевязанными ногами, никогда не покидавшая дома, — что, перелетала, что ли?
Второе — привычки! Старуха не была похожа на работницу той эпохи, она привыкла, чтобы её обслуживали, даже для того чтобы сделать Хэ Юйчжу пару обуви, посылала Лоу Сяоэ покупать. Такие замашки — не от бедного происхождения, скорее как у изнеженной госпожи из богатой семьи старого общества или наложницы!
Третье — сомнения в статусе! У настоящего члена семьи павшего героя дома хоть не обязаны были висеть сплошь грамоты, но должна быть хоть Почётная табличка. Гражданская администрация района по праздникам должна навещать для выражения соболезнований, верно? Но ничего этого не было! И учитывая её характер — любить давить статусом, если бы он был настоящим, она бы болтала о нём каждый день, а не доставала бы его, только когда нужно использовать.
Все подозрения сводились к одному выводу: её статус члена семьи павшего героя — насквозь лживая афера! Ложь, которую они с И Чжунхаем сфабриковали для установления авторитета во дворе и получения выгоды!
Это была ставка. Ставка на то, что анализ того автора из прошлой жизни верен. Но глядя на искажённое самодовольством старческое лицо Глухой Старухи, Линь Ань знал, что выиграет! Хочешь играть козырями? Ладно! Я переверну твой стол! К тому же у него есть ещё пять маленьких духов как козыри.
Подумав об этом, Линь Ань притворился, что силы покидают его, и «слабо» заговорил:
— Товарищ гунъань, я… я снова кое-что вспомнил. Хочу донести.
Взгляды всех мгновенно снова сосредоточились на нём. Этот парень опять собрался доносить? Сколько у него ещё дел? Гоцзылянь гунъань посмотрел на него:
— Говори.
Линь Ань перевёл дух, но взгляд его скользнул к Глухой Старухе, и он медленно произнёс:
— Эта бабушка постоянно заявляла во дворе, что она — член семьи павшего героя, её сыновья погибли на поле боя, ещё она отправляла обувь Красной армии, поэтому и получает льготы как пятикратно обеспеченная. Но… — Линь Ань сменил тон, в голосе появилось уместное сомнение: — Я раньше слышал от отца, что Великий поход Красной армии, кажется… никогда не проходил через наш город Сыцзю. Она — старуха с перевязанными ногами, как она могла передать обувь красноармейцам? Во сне, что ли, отправила? А ещё, она говорит, что её сын — павший герой. Где же Удостоверение павшего героя? Где Почётная табличка? Мой отец погиб, завод и Гражданская администрация уже оформляют ему Удостоверение павшего героя и Почётную табличку, ещё записали крупную заслугу. А её Удостоверение павшего героя во дворе, похоже, никто не видел. И табличка на двери не висит?
— Товарищ гунъань, я просто ребёнок, не очень разбираюсь в законах. Я только хочу спросить: в наше время какое это преступление — выдавать себя за члена семьи павшего героя, обманывая государство ради льгот и почестей?
Линь Ань говорил негромко, но каждое слово тяжело ударило в сердце Глухой Старухи и И Чжунхая! У людей во дворе снова взорвались мозги. Фальшивка? Статус Глухой Старухи как члена семьи павшего героя — фальшивка? Как такое возможно! Ведь это И Чжунхай пропагандировал десятками лет! Все недоверчиво уставились на Глухую Старуху.
А Глухая Старуха застыла на месте. Её зрачки резко сузились, в мутных глазах впервые появился испуг! Её величайшую тайну этот желторотый малец выболтал на людях! Как такое возможно! Откуда он мог знать! Кроме неё самой и нескольких уже умерших посвящённых, об этом не мог знать никто!
И Чжунхай же просто до смерти перепугался! Он пропагандировал Старуху как члена семьи павшего героя, с одной стороны, чтобы придать ей блеска, укрепить её положение во дворе и использовать в своих целях. С другой — чтобы создать себе самому репутацию «уважающего стариков» и «обеспечивающего до конца жизнь члена семьи павшего героя»! Если это вскроется, он — укрыватель! Сообщник! Ещё одно преступление в придачу!
— Ты… ты врёшь! Клевещешь!
Глухая Старуха наконец опомнилась, она указала на Линь Аня и истерично завизжала:
— Мой сын — павший герой! Я отправляла обувь Красной армии! Ты, маленький ублюдок, смеешь меня порочить! Я разорву твой рот!
Она была вне себя, размахивая тростью, рванулась бить Линь Аня, но Тётушка И крепко её обхватила.
Взгляд Гоцзыляня гунъаня окончательно похолодел. Он посмотрел на бесноватую Глухую Старуху, потом на спокойного Линь Аня и внутренне уже поверил на семьдесят-восемьдесят процентов. Если бы не было совестно, если бы не попали в самую точку, разве стала бы старуха за семьдесят так бесноваться? Выдавать себя за члена семьи павшего героя, обманывая государство насчёт льгот! Это в те времена было чудовищным преступлением! Серьёзнее, чем присвоение имущества!
Он больше не колебался, приказал молодому гунъаню за спиной:
— Живо! Немедленно проверь в Уличном комитете и отделе гражданской администрации! Выясни, зарегистрирован ли в этом дворе член семьи павшего героя по имени Глухая Старуха!
— Есть!
Молодой гунъань козырнул и тут же выбежал со двора. Теперь и последний румянец сошёл с лица Глухой Старухи. Она обмякла в объятиях Тётушки И, бормоча себе под нос:
— Конец… всё кончено…
Она знала: стоит проверить — всё вскроется. Её так называемый погибший на войне сын на самом деле когда-то курил опиум, залез в долги и был забит до смерти на улице! Её рассказ об отправке обуви Красной армии — и вовсе выдумка от начала до конца! Она вовсе не член семьи павшего героя, а бывшая наложница из богатого дома старого общества, дожившая до сих пор на припрятанные тогда золотые слитки!
И Чжунхай, глядя на обмякшую Глухую Старуху, тоже чувствовал, что земля уходит из-под ног, в глазах потемнело. Его главная опора рухнула! И её же он сам вывел на свет, а Линь Ань нанёс смертельный удар! Конец! На этот раз он действительно пропал! Отчаяние, как прилив, мгновенно накрыло его с головой.
И когда все во дворе думали, что эта великая драма закончится падением Глухой Старухи, никто не ожидал, что развитие событий снова превзойдёт все ожидания.
У входа во двор вдруг послышался шум автомобильного двигателя. И тут же за воротами раздался полный сил, с чиновничьей важностью голос:
— В чём дело? Слышал, нашего заводского члена семьи павшего героя кто-то избил?
С этими словами в двор быстрым шагом, в окружении группы людей, вошёл мужчина средних лет в костюме-мао, с зачёсанными назад волосами, от которого так и веяло чиновничьей важностью. Это был заместитель директора Краснозвёздного прокатного завода, отвечающий за производство и хозяйственное обеспечение, — заместитель директора Ли!