Сяо Ецзы не решилась рассказать о пережитом минувшей ночью кому бы то ни было. Она отчетливо ощущала, как в глубине ее сердца этой ночью сама собой проросла странная семечка: лишенная всякой логики, она пустила корни и принялась безудержно разрастаться.
Она никогда никого так не жалела, а ведь они даже не были знакомы. Смешно, правда? Она знала, что всего лишь проезжая, а он, возможно, такой же случайный путник. И все же ей хотелось одного — успокоить его печаль, развеять его тоску, пусть даже самую малость.
Она думала об этом, думала весь день напролет. Что бы она ни делала, мысли возвращались к нему. Думала, когда ложилась спать, думала, когда просыпалась, а когда не могла уснуть — и подавно.
Сяо Ецзы распахнула окно. В ночной мгле острова было не разглядеть, но что с того? Заросли бамбука, покрывавшие остров, давно отпечатались в ее памяти. Шуршание бамбуковых листьев в ушах отдавалось тяжелым барабанным боем в сердце, и как она ни старалась, успокоиться не удавалось.
Сегодняшний лунный свет был так же прекрасен, как и вчерашний. Ах, интересно, пойдет ли он туда снова? Будет ли продолжать играть ту тоскливую, нежную мелодию?
Словно под влиянием чар, она вновь выскользнула из дома и под покровом ночи опять добралась до края острова.
Она сидела в лодке, вытянув шею, ждала и надеялась, но прошел час за часом, а на острове по-прежнему не было ни души.
Он не придет? Он не придет!
Она приуныла, то вскакивая, то садясь обратно, и не в силах сдержать жалость к самой себе, почувствовала, как уголки глаз увлажнились.
И как раз в момент отчаяния тонкий звук флейты внезапно проник ей в уши, мягкий, словно живой разговор.
Он пришел? Он пришел!
Сяо Ецзы охватило неистовое ликование. Не смея издать ни звука, чтобы не спугнуть его, она медленно сошла с лодки и, следуя за звуками флейты, двинулась к таинственному месту.
Под ногами чувствовались бамбуковые листья и сырая земля, но казалось, будто она ступает по облакам.
Она сделала всего несколько шагов, и флейта внезапно смолкла. Сяо Ецзы испуганно замерла, боясь шелохнуться.
— Это ты?
Он? Это он! Сяо Ецзы была до крайности взволнована, но не могла поверить своему счастью. Помедлив, она наконец откликнулась:
— Это правда ты?
Тот человек тихо хмыкнул, словно усмехнувшись. Его голос прозвучал мягко:
— Не ожидал снова встретить тебя. В бамбуковой роще ночью холодно, иди за мной.
Облако тихо скрыло яркую луну, и мужчина в фиолетовом одеянии неспешно прошел сквозь бамбуковую рощу, грациозно появившись перед ней.
Он был высоким и статным, с широкими плечами и узкой талией, его фиолетовые одежды развевались на ветру. При его приближении в нос Сяо Ецзы ударил легкий запах лекарственных трав — нежный и чистый.
Он молчал, лишь бережно взял ее за руку, увлекая сквозь густые заросли бамбука в укромную беседку. Во время ходьбы зеленовато-голубая лента, перехватывающая его волосы, слегка подрагивала, то и дело ударяясь ему о спину. Даже не видя его лица, одного этого силуэта и тепла его ладони было достаточно, чтобы она почувствовала спокойствие и доверие.
Ветер разогнал облака, ясная луна вновь показалась на небе. Словно подняв вуаль, она наконец смогла рассмотреть его лицо.
В лунном свете его фениксовы глаза были опущены, на губах играла мягкая улыбка, такая же нежная и чистая, как само сияние луны. Сяо Ецзы никогда прежде не видела такой улыбки — одновременно водянисто-мягкой и обладающей какой-то магической силой, скрытой в изгибе бровей и глаз. В тот же миг она утратила способность сопротивляться и просто утонула в его улыбке.
Кто такой изгнанный небожитель? Он и был настоящим изгнанным небожителем.
Сяо Ецзы во все глаза смотрела на него, а он позволял себя разглядывать, улыбаясь, но храня молчание.
Лишь когда Сяо Ецзы сама смутилась, он заговорил:
— Юная госпожа, зачем ты пришла сюда?
Сяо Ецзы не хотела прямо раскрывать свои мысли, ее лицо вспыхнуло:
— Это я еще хотела спросить, зачем ты здесь? Так поздно, не спишь, играешь на флейте на холодном ветру, не боишься простудиться?
Мужчина в фиолетовом рассмеялся:
— Днем я сижу в комнате, там слишком душно, приходится выходить ночью, чтобы подышать свежим воздухом. И подумать не мог, что снова встречу тебя.
Вроде бы обычный разговор, но у Сяо Ецзы от его слов сердце пустилось в пляс. Она опустила глаза и стала упрямо оправдываться:
— Я... я просто услышала, как ты хорошо играешь на флейте, и мне очень захотелось послушать еще раз, только поэтому и пришла. И не думай ничего лишнего.
Мужчина улыбнулся:
— Кажется, я тебя раньше не видел. Как тебя зовут, юная госпожа?
В обычной жизни перед лицом любых наглецов, будь то хоть уличные хулиганы, Сяо Ецзы всегда находила, что ответить, но перед этим человеком она вдруг заупрямилась:
— Сначала назовись сам, тогда и я скажу.
Мужчина легко рассмеялся:
— Зови меня как хочешь, юная госпожа.
От того, как он ее назвал, у Сяо Ецзы все внутри растаяло, и голос ее зазвучал немного приторно. Поняв, что это не к добру, она поспешно собралась с духом и грозно на него взглянула:
— А если я буду звать тебя большим болваном и тупицей, ты тоже отзовешься?
Мужчина чуть тронул губы усмешкой:
— А если я буду звать тебя маленькой проказницей и глупышкой, ты тоже ответишь?
Сяо Ецзы показала ему язык и сделала вид, что презирает его:
— Хм, ты гораздо старше меня, а все же решил меня подколоть?
Мужчина лишь улыбался, ничего не отвечая. Глядя на него, Сяо Ецзы не захотела больше донимать его:
— Ладно уж, скажу. Меня зовут Чан Хунъе, можешь называть меня Сяо Ецзы.
Мужчина тихо рассмеялся:
— Приятно познакомиться, меня зовут Юнь Си.
Узнав имя, Сяо Ецзы затаила радость и невольно повторила его несколько раз про себя, а затем похвалила:
— Твое имя очень красивое, куда лучше, чем мое.
Юнь Си не стал отвечать и спустя долгое время лишь тихо вздохнул.
Это встревожило Сяо Ецзы:
— Почему ты вздыхаешь? Разве я сказала что-то не то?
Юнь Си мягко улыбнулся:
— Ничего, просто много лет назад другая девушка говорила так же.
Сердце Сяо Ецзы екнуло, и она поспешно спросила:
— Кто она? Твоя возлюбленная?
Стоило словам сорваться с губ, как она пожалела об этом. Такая прекрасная атмосфера, зачем она это спросила? Какая же она дурочка.
Однако Юнь Си отнесся к этому спокойно, кажется, его это не задело:
— Ты угадала. Но это чувство осталось в далеком прошлом, она уже ушла от меня.
Сяо Ецзы опустила глаза:
— Надо же, ты до сих пор помнишь... Ты, должно быть, очень ее любил?
Юнь Си улыбнулся:
— Если бы ты не упомянула, я бы и не вспомнил. Было слишком давно, многое уже стерлось из памяти.
Увидев такой ответ, Сяо Ецзы почувствовала укол ревности:
— Вроде такой приятный человек, а оказывается, тоже можешь лгать.
Юнь Си рассмеялся:
— Это лишь печальные воспоминания. Если стараться помнить о всем доставляющем боль, станешь невыносимо уставшим.
С этим Сяо Ецзы не согласилась:
— Не совсем так. Если бы ты не встретил ее, то не стал бы тем, кто ты есть сейчас. В каком-то смысле это доказательство того, что ты любил. Даже если это печальное воспоминание, оно имеет смысл.
Услышав это, Юнь Си склонил голову и улыбнулся:
— Кхе... надеюсь, ты сможешь всегда думать именно так.
Сяо Ецзы улыбнулась:
— Я просто высказала свои мысли... Ты, кстати, совсем не похож на Ян Ичжао или Ли Ли, готов терпеливо слушать мою болтовню и не ругаешь за странности, мне очень радостно.
Услышав имя Ян Ичжао, Юнь Си заметно напрягся, но тут же снова улыбнулся и спросил:
— Ян Ичжао? Ты имеешь в виду главу павильона Лижэнь Ян Ичжао?
Сяо Ецзы скривила губы:
— Разве у вас в банде Тяньван есть второй Ян Ичжао?
Юнь Си усмехнулся:
— Откуда ты знаешь, что я из банды Тяньван?
Сяо Ецзы засмеялась:
— Это нетрудно догадаться. Тем, кто может вот так открыто и вольготно разгуливать по военному объекту ночью, не боясь быть обнаруженным, разумеется, может быть только кто-то из вашей банды. По крайней мере, какой-нибудь стражник, верно?
Юнь Си улыбнулся:
— Кхе... кхе... Я слышал, что Небесный Король Ян привез из деревни Няньфэй невероятно умную красавицу, и, видимо, эти слухи были правдивы.
— Тоже мне, нашел умную, ты и сам не промах, — услышав похвалу от Юнь Си, Сяо Ецзы расцвела. — Значит, вы... кхе-кхе... вы за глаза именно так обо мне отзываетесь?
Юнь Си улыбнулся:
— Все знают, что Небесный Король Ян ведет весьма вольный образ жизни. Кхе... если бы не девушка, обладающая и красотой, и умом, вряд ли кому-то удалось бы привязать его сердце к себе.
Что это значит? Сяо Ецзы немедленно возразила с серьезным видом:
— Внимание, внимание! У нас с Ян Ичжао нет ничего общего. Таких непостоянных мужчин, как он, я и близко к себе не подпущу.
Юнь Си сперва опешил, а затем рассмеялся особенно ярко:
— Кхе... впервые слышу, чтобы женщина так его описывала. Если бы он услышал это, то очень бы расстроился.
Сяо Ецзы вскинула брови:
— Я и в лицо ему то же самое скажу. Передай, пожалуйста, друзьям из банды Тяньван, что мы с ним просто друзья, и ничего большего быть не может. Храните вы его как зеницу ока, но для меня он никакой ценности не представляет.
Юнь Си улыбнулся:
— Это я был неправ. Не сердись, юная госпожа.
Увидев, что он просит прощения и неловкость исчезла, Сяо Ецзы почувствовала легкость на душе, но, услышав слово юная госпожа, снова надулась и специально придралась:
— Да, я младше тебя, но не нужно обращаться ко мне как к какой-то девчонке! У меня ведь есть имя!
Юнь Си улыбнулся:
— Хорошо, тогда впредь буду называть тебя госпожа Чан.
Этого было недостаточно. Сяо Ецзы скривила губы:
— Госпoжа Чан, госпожа этакая, госпожа сякая... В мире тысячи госпож, а Сяо Ецзы — только одна.
Юнь Си все-таки не выдержал и тихо рассмеялся, уступая ее капризу:
— Сяо Ецзы.
Сяо Ецзы осталась довольна и сменила гнев на милость:
— Ну вот, так уже лучше.
Увидев, что она улыбается, Юнь Си заметно смягчился:
— Раз уж я невольно тебя обидел, должен как-то загладить вину. — Он огляделся и, немного подумав, протянул ей флейту, что была у него в руках.
Сяо Ецзы не знала, какова цена этой флейты, и засомневалась, брать ли ее. Стоило ей замешкаться, как Юнь Си улыбнулся:
— Ты так долго слушала мою музыку, значит, ты по-настоящему понимаешь ее. Я сам сделал эту флейту несколько дней назад. Она стоит недорого, но это плод моих рук, надеюсь, ты не погнушаешься.
Сяо Ецзы с облегчением приняла подарок.
Увидев, что она взяла вещь, Юнь Си удовлетворенно улыбнулся:
— Пора уже, хорошим девушкам пора возвращаться спать.
День выдался крайне плодотворным, Сяо Ецзы была до крайности довольна и не стала больше задерживаться:
— Хорошо, послушаюсь тебя. Да и как не послушаться, когда приняла подарок — неловко становиться в позу. Спасибо за флейту, в следующий раз я принесу тебе подарок в ответ. Ну, я пошла! Возвращайся и ты поскорее!
Юнь Си проводил ее до лодки и слегка махнул рукой:
— Иди.
Сяо Ецзы лучезарно улыбнулась, взялась за весла, и лодка стала отдаляться, пока вовсе не скрылась из виду.