Если бы сейчас было обычное время года, в деревне Хэйшуй температура давно начала бы повышаться. Однако в этом году, непонятно почему, к самому Весеннему фестивалю вся деревня все еще была покрыта толстым слоем снега, а от ледяного холода буквально пробирало до костей.
К счастью, Гоува носил с собой маленькую печку, поэтому даже шагая по пронизывающему холодному ветру, он по-прежнему чувствовал, как его тело согревает приятное тепло.
Чтобы Ван Мацзы и остальные жители деревни ничего не заподозрили, Гоува специально выбрал отдаленную уединенную тропинку. Сделав большой круг по окраине, он лишь спустя добрый час добрался до поместья Господина Хэ.
У ворот поместья уже скопилось около двух сотен человек. Большую часть составляли крестьяне из деревни Хэйшуй, пришедшие со своими детьми. Были и те, кого Гоува не знал, — вероятно, люди из соседних деревень, прослышавшие новость.
Однако в данный момент главные ворота поместья были плотно закрыты. Люди снаружи не смели задавать лишних вопросов и могли лишь тревожно дожидаться.
Гоува не хотел, чтобы кто-то из знакомых его обнаружил, опасаясь, что Ван Мацзы снова бросится наперерез. Он оторвал половину штанины и намотал ее на голову, соорудив что-то вроде защищающей от ветра чалмы, которая скрывала большую часть его лица. Лишь после этого он, шатаясь, подошел к окраине толпы и встал рядом с несколькими незнакомцами из соседней деревни.
Он примерно прикинул количество детей до пятнадцати лет — их было около сотни. Каждый из них либо крепко сжимал кулачки, либо тянул за край одежды взрослого, который привел его; все выглядели крайне серьезными и напряженными.
Гоува же был абсолютно спокоен, ведь он вовсе не собирался покидать деревню Хэйшуй.
Во-первых, ему было жалко оставлять Сяобай на горе Лаоин. Во-вторых, он дал слово Ван Мацзы, что будет заботиться о нем до самой старости, и свое обещание нужно держать.
К тому же Гоува считал себя обычным сиротой без гроша за душой, и у него не было ни единого шанса, что на него обратит внимание Бессмертный наставник.
Но раз уж он обещал Хуншу прийти взглянуть, Гоува ни за что не нарушит своего слова!
Вскоре ворота отворились, и из них вышел управляющий Ван в сопровождении нескольких слуг.
— Бессмертный наставник Лу сказал, что в поместье могут войти только мальчики и девочки до пятнадцати лет для проверки качеств для культивации и духовных корней, — объявил он. — Остальным же придется ждать за воротами.
— У кого качества окажутся подходящими, тех наставник заберет с собой. А у кого нет — отбросьте лишние мысли и возвращайтесь по домам спокойно возделывать землю.
— А теперь, пожалуйста, заходите по очереди!
Как только эти слова смолкли, юноши и девушки в толпе попрощались с родителями и хлынули к воротам. Гоува посильнее закутал голову своей импровизированной чалмой и, затерявшись в толпе, быстро вошел внутрь.
Не успел он пройти и нескольких шагов, как сзади внезапно поднялся шум.
Обернувшись, он увидел, что это Ван Мацзы попытался прорваться внутрь вместе с несколькими детьми, но у входа его перехватили двое слуг.
— Управляющий Ван, ну будь милосерден, вспомни, что пятьсот лет назад мы были одной семьей, пусти меня внутрь!
— Ван Мацзы, тебе ведь уже за шестьдесят, чего ты лезешь?
— Хоть я и стар, но у меня чистое сердце, жаждущее культивации! А вдруг Бессмертный наставник обратит на меня внимание?
— Что за вздор! Вывести его!
— Отпустите! Ах вы, ослепшие свиньи, которые не видят перед собой горы Тайшань. Когда я стану учеником Бессмертного наставника, я вам еще припомню...
Слушая шум снаружи, Гоува понял, что с Ван Мацзы все в порядке, и переключил внимание на путь, продолжая двигаться вместе с толпой.
Миновав цветник во внутреннем дворе и пройдя по длинной галерее, дети вскоре оказались на просторном заднем дворе.
Гоува бросил беглый взгляд: в каменной беседке посередине сидел молодой человек лет двадцати семи-двадцати восьми. Худощавое телосложение, белые одежды, утонченные манеры — совершенно очевидно, это был тот самый Бессмертный наставник Лу, о котором говорил управляющий Ван.
Господин Хэ стоял неподалеку вместе с Хуншу, демонстрируя глубокое почтение.
Однако взгляд Хуншу, едва все вошли во двор, начал рыскать по лицам присутствующих.
Спустя всего миг она встретилась глазами с Гоувой, который все еще был закутан в свою тряпку.
Увидев его наряд, Хуншу сначала замерла, а затем уголки ее губ начали мелко дрожать. Прошло два вдоха, и она все-таки не выдержала и прыснула со смеху.
— Ха-ха-ха-ха...
— Хуншу, не будь такой дерзкой!
Господин Хэ поспешно прикрикнул на дочь, а затем испуганно сложил руки в жесте извинения перед человеком в белом: — Моя дочь невоспитанна, это моя вина, что плохо ее обучил. Прошу Бессмертного наставника Лу не наказывать ее строго!
— Ничего страшного, — человек в белом слегка махнул рукой, но на его лице читалось нетерпение. — Раз все в сборе, давайте начнем!
Сказав это, он широким жестом, словно фокусник, в мгновение ока извлек из воздуха прямо в каменной беседке нефритовый столп. Столп был толщиной с бочку и высотой выше человеческого роста, гладкий и ослепительно белый — с первого взгляда было ясно, что это необычная вещь!
Толпа детей замерла в изумлении, каждый стоял с открытым ртом, выражения лиц были такими, будто они увидели духа.
Только Гоува, уже привыкший к тому, как маленькая печка способна увеличиваться в размерах, оставался спокойным и невозмутимым.
Бессмертный наставник Лу был доволен произведенным эффектом. Кивнув, он громко произнес:
— Этот предмет называется Столп Нефритового Духа. Стоит лишь коснуться его рукой, как он определит ваши духовные корни и врожденные данные.
— А теперь подходите по очереди и проходите испытание.
Сразу после этих слов юноши и девушки уже не могли сдержаться и хлынули к беседке, пытаясь прорваться вперед.
К счастью, господин Хэ был готов к такому повороту событий: он заранее распорядился, чтобы слуги присматривали за порядком, и вскоре хаотичная толпа выстроилась в ровную колонну.
Гоува не спешил бежать вперед, увлекшись обменом взглядов с Хуншу, поэтому оказался в самом конце очереди...
Вскоре он перевел все внимание на Столп Нефритового Духа.
Первым к беседке подошел крепкий темноволосый юноша — это был Те Ню, единственный сын старика Чжана из деревни Хэйшуй.
Он сделал несколько шагов вперед и медленно прижал правую ладонь к столпу. В тот же миг внутри столпа будто промелькнул красный отблеск, но тут же исчез.
Бессмертный наставник Лу спокойно кивнул:
— Неплохо, первый же подошедший обладает духовным корнем стихии огня. Хотя задатки еще слабые, для начала пойдет. Можешь не уходить, встань в стороне и жди.
Те Ню был вне себя от радости и почтительно сложил руки:
— Благодарю, Бессмертный наставник!
— Следующий!
Вторым на проверку вышел худощавый парнишка в лохмотьях. Он попробовал коснуться столпа обеими руками по очереди, но тот не проявил никакой реакции.
Бессмертный наставник Лу нетерпеливо махнул рукой:
— Можешь больше не пробовать. Если столп не изменился, значит, у тебя нет духовных корней. Возвращайся домой.
Юноша был вынужден подавленно отойти, тайком утирая слезы. Однако он не спешил уходить, а остановился поодаль, продолжая украдкой смотреть.
— Следующий!
Следом еще двадцать с лишним человек прошли испытание, но никому не удалось заставить столп изменить цвет.
Только тогда Гоува понял, что духовные корни, о которых говорил наставник Лу, есть далеко не у каждого ребенка.
В то же время, в сердце Гоувы впервые проснулось любопытство и предвкушение.
— Интересно, какой цвет проявится, когда я подойду?
— Почему Хуншу стоит в стороне и бездействует? Она уже проходила проверку заранее? Какой у нее цвет?
Гоува непроизвольно взглянул на Хуншу и поймал ее взгляд.
Девушка, кажется, поняла его замешательство, слегка кивнула, а затем коснулась маленькой ручкой края своего голубого платья и лукаво подмигнула.
Гоува просиял: — Получается, Хуншу действительно проходила проверку заранее, и у нее голубой цвет. Но что это за духовный корень такой? Могла бы и пояснить, разве я могу так просто догадаться?
Пока он размышлял, в толпе внезапно раздались возгласы изумления:
— Получилось! Опять получилось!
— Как черно!
— Эта девушка такая способная!
Гоува взглянул туда: испытание проходила высокая девушка, внешность которой была ему незнакома — по-видимому, из соседней деревни.
Едва ее рука коснулась столпа, внутри последнего разлилась густая чернота, заполнившая более двух десятых части всей высоты столпа. В сравнении с тем едва заметным красным отблеском у Те Ню, это выглядело куда внушительнее.
В этот раз даже глаза Бессмертного наставника Лу блеснули:
— К моему удивлению, мне удалось встретить обладателя духовного корня воды с посредственными задатками. Эта поездка определенно того стоила, ха-ха-ха...
Затем, махнув рукой, он добавил:
— И ты тоже не уходи, встань в стороне и дожидайся.
— Благодарю, Бессмертный наставник!
— Следующий!
Следом один за другим подходили дети, но, как и в прошлые разы, ни один не вызвал изменений в столпе.
Похоже, Бессмертный наставник Лу ожидал этого и не был разочарован.
Возможно, из-за того, что он уже заполучил троих потенциальных учеников, уголки его рта довольно приподнялись, и настроение его было явно неплохим.
Вскоре все остальные дети закончили испытание, остался только Гоува. Зная, что маскироваться больше смысла нет, он стянул с головы импровизированную чалму.
— Гоува? Почему ты тоже здесь?
Те Ню, стоявший в беседке, изменился в лице.
Он уже слышал, что наставник собирается принять только трех учеников. Хуншу была зачислена заранее, а только что добавилась обладательница корня воды. Если вдруг у Гоувы тоже окажутся способности...
При этой мысли Те Ню охватило сильное волнение.
Гоува же выглядел совершенно равнодушно. Войдя в беседку, он поклонился сначала господину Хэ, а затем Хуншу.
Заметив напряжение и недоумение Те Ню, он искренне произнес:
— Вообще-то дедушка Чжан и дедушка Мацзы уже заперли меня дома, это я тайком сбежал.
— Но Те Ню, не беспокойся, я уверен, что из меня не выйдет ученика Бессмертного наставника. Твои серебряные монеты я зря не потрачу...
— Гоува! — Те Ню поспешно перебил его. — Раз пришел — проходи проверку! Перед наставником не мели чепухи!
Гоува опешил:
— Да не злись ты, брат Те Ню. Если что, заработаю денег и верну дедушке Чжану те четыре монеты серебра!
— Ты снова за свое!
— Пфф! Ха-ха-ха...
Хуншу снова не сдержалась и прыснула со смеху.
Увидев строгий взгляд отца, она высунула язык и улыбнулась:
— Брат Гоува, проходи уже быстрее проверку. Если ты будешь продолжать в том же духе, Те Ню от волнения скоро расплачется.
— Ой-ой...
Гоува хоть и не понимал, почему Те Ню должен плакать из-за его слов, но знал, что Хуншу врать не станет. Он инициативно протянул правую руку и медленно коснулся столпа.
Как только его ладонь соприкоснулась с поверхностью, он ощутил, что столп слегка завибрировал. В ту же секунду из основания столпа медленно начало проступать густое желтое сияние, которое стало стремительно подниматься вверх!
— О? Неужели еще один духовный корень земли! — В глазах Бессмертного наставника Лу мелькнуло удивление.
Однако едва он успел произнести эти слова, как с вершины столпа внезапно нахлынула бурная волна кроваво-красного цвета!
Эта багряная энергия была столь яростной, что в мгновение ока поглотила желтое сияние и устремилась дальше, окутывая весь столп целиком.
Вскоре гладкий и белый Столп Нефритового Духа полностью окрасился в кровавый цвет, словно его окропили литрами настоящей крови!
— А? Это... почему он стал таким?
Гоува испугался и инстинктивно отдернул руку.
Не успела его ладонь оторваться от столпа, как тот, словно потеряв всякую опору, с оглушительным грохотом разлетелся вдребезги!
Бессмертный наставник Лу, только что пребывавший в приподнятом настроении, тут же помрачнел, словно туча.