— Цинь Кэцин указала на карету позади себя: — Ваши вещи внутри. Когда доберетесь до города Фэнтянь, сможете пересесть на духовную лодку и по реке Юньхэ доплыть прямо до столицы.
— Тогда благодарю вас, госпожа Цинь.
Цзюнь Усе принял её доброту. Юэяо была слишком мала, да и со здоровьем у неё было неладно, так что удобная карета им действительно требовалась.
— Юный друг Усе, мы ведь тоже приготовили для тебя и твоей сестры карету, но теперь видим, что она не понадобится. Карета госпожи Цинь куда комфортабельнее, — Ван Чэн и трое глав семей чувствовали себя немного неловко.
Каждый из них достал по коробочке и добавил:
— Здесь пятьсот малых таблеток духа, поздравляем тебя с получением жетона отбора. Это сущий пустяк, просим, не сочти за неуважение.
Цзюнь Усе был удивлен. Городской лорд и три главы семей ради расположения к нему пошли на такие траты!
Пятьсот малых таблеток духа — это целых двести пятьдесят тысяч золотых монет, что равнялось годовому доходу их семей.
— Молодой человек, не беспокойся, мы просто хотим наладить с тобой добрые отношения.
Цзюнь Усе подумал немного и решил больше не любезничать, приняв этот дар.
Сейчас у него не было малых таблеток духа, а во время долгого пути к городу Фэнтянь ему в любом случае нужно было тренироваться. Если кто-то сам предлагает помощь, это неплохо.
— В таком случае не будем вас задерживать. Счастливого пути.
Наблюдая, как Цзюнь Усе и Юэяо садятся в карету, городской лорд и главы семей сжали кулаки в знак прощания.
Цинь Кэцин подошла ближе и произнесла:
— Цзюнь Усе, увидимся в столице.
— Увидимся в столице.
Цзюнь Усе кивнул. Карета подняла облако пыли и постепенно скрылась на большой дороге.
— Мы в этот раз потратились по-крупному, как думаешь, запомнит он сегодняшний поступок? — спросил глава семьи Цзян, оглядываясь на обратном пути в город.
— Запомнит. Он не такой, как остальные из семьи Сяо, — ответил городской лорд Ван Чэн.
…
Перед почтовой станцией за пределами города.
— Госпожа, похоже, вы уже решили отправиться с ним в столицу, — старец Юнь появился рядом с Цинь Кэцин.
— После того как обрушилась древняя шахта рядом с горной грядой Лунлин, войти туда более невозможно. Оставаться здесь для меня нет смысла, — в глазах Цинь Кэцин промелькнуло предвкушение. — А вдруг он принесет мне надежду?
— Его талант незауряден, но у него нет никакой поддержки. Как далеко он сможет уйти на этом пути… — старец Юнь покачал головой. — Неужели госпожа всерьез думает, что он поможет излечить болезнь прерванных меридианов?
— Тогда скажите, старец Юнь, кто может мне помочь? — Цинь Кэцин повернулась к нему. — Люди из моего рода? Если бы не страх перед тем, что дедушка выйдет из уединения и сведет с ними счеты, они бы давно прислали убийц. Разве можно на них рассчитывать?
— Этот слуга лишь беспокоится о госпоже…
— Вы боитесь, что я слишком сближусь с ним? — Цинь Кэцин слабо улыбнулась. — Ваши опасения напрасны. К тому же у Цзюнь Усе простое происхождение, ему можно доверять, в отличие от остальных.
Глава 20: Засада на дороге
Ранним утром карета неслась по широкой дороге, поднимая столбы пыли.
— Брат Усе, Юэяо немного утомилась, хочу вздремнуть.
— Спи.
Цзюнь Усе укрыл маленькую Юэяо одеялом, поправил края и поцеловал её в лоб.
Внутри кареты было просторно. Цинь Кэцин застелила всё мехом и приготовила мягкое, теплое одеяло.
Кони мчались быстро, но в повозке почти не трясло. Это была первоклассная карета духовного уровня. В качестве тягловой силы использовали Тысячедуховного скакуна второго разряда — выносливого и быстрого, способного покрывать тысячи ли в день.
— Цинь Кэцин действительно проявила заботу, иначе в этом долгом пути Юэяо пришлось бы несладко, — про себя подумал Цзюнь Усе, благодарный за её предусмотрительность.
Такая карета смягчала вибрации, делая поездку плавной.
— Надеюсь, эта поездка позволит успешно вступить в Секту Меча Великой Реки и попросить врачей секты осмотреть Юэяо.
Он с болью смотрел на спящую сестренку. Её кожа стала бледнее, чем вчера, состояние ухудшалось.
— Неизвестно, станет ли старейшина Цикэфу притеснять меня, когда мы прибудем в секту. Хоть он и числится лишь номинальным старейшиной, он давно находится в секте, а я — новичок. Следует быть осторожным.
Цзюнь Усе размышлял, опасаясь, что Цикэфу вставит ему палки в колеса.
До прибытия необходимо продолжать наращивать силу. Только став сильнее, он будет уверен в себе.
Он вошел в Храм Вечной Жизни, принял малую таблетку духа и начал вращать Формулу Первозданного Золотого Тела.
Как только энергия трансформировалась в жизненную эссенцию для закалки плоти, он решительно шагнул в Гробницу Оружия, принимая удары воли оружия. В муках, хуже смерти, он закалял свое тело, постигая тяжесть и остроту боевой воли.
Затем он сражался с фантомом таинственной женщины, оттачивая боевые навыки и переваривая полученный опыт.
— Старшая, как вы оцениваете Цзи Иньлань? Насколько она сильна?
В ходе боя с черным силуэтом Цзюнь Усе задал этот вопрос.
— Она? Сейчас могу лишь сказать, что неплохо.
— Но Цзи Иньлань — легенда Великого Чжоу! И в ваших глазах она только неплоха?
— Великое Чжоу? В масштабах необъятного мира это лишь пылинка. В будущем посмотришь мир, и тогда поймешь, насколько он велик.
Цзюнь Усе промолчал.
— У неё высокий уровень понимания, но к самому искусству владения копьем она была равнодушна, поэтому и достигла таких результатов. А ты до Мастера Пути Оружия ещё не дорос, нужно стараться.
— Старшая, есть ли ступени выше Мастера Пути Оружия?
— Так называемые мастера меча или копья — это не ступени, а область осознания, — голос таинственной женщины доносился из башни. — За сферой мастера следуют сферы Владыки, Короля, Святого.
— Святой Оружия? Такое создание, должно быть, очень сильно?
— Святой Оружия — куда бы ни упал взор его оружия, горы и реки рушатся, мир содрогается. Непобедим.
— Настолько силен… — Цзюнь Усе загорелся мечтой.
Таинственная женщина охладила его пыл:
— Не витай в облаках. Сейчас тебе нужно помышлять лишь о том, как войти в область Мастера Пути Оружия.
— Запомни: твое понимание воли оружия поверхностно, не стоит привязываться к одному виду. В дальнейшем старайся меньше использовать физическое оружие, по крайней мере до того, как станешь Мастером Пути Оружия.
— Ты сам — оружие. Ты можешь быть чем угодно: копьем, мечом, колоколом, треножником или башней.
— В подсознании воля оружия не должна иметь фиксированной формы. Она должна обретать очертания лишь в миг применения, согласно твоей воле. Если долго пользоваться мечом, воля станет мечом. Со временем это станет оковами.
— Понял, — Цзюнь Усе кивнул, обдумывая её слова.
Действительно, после нескольких случаев использования духовного меча его попытки постичь боевую волю часто сводились к форме меча.
К сумеркам он покинул Храм Вечной Жизни.
Юэяо всё ещё спала, бледная, губы потрескались.
Он взял немного воды, собираясь увлажнить ей губы, как вдруг услышал частый топот копыт.
Затем свист прорезал воздух.
Занавеску распахнуло, блеснул холодный свет.
Стрела летела прямо в его межбровье!
Цзюнь Усе сузил зрачки и отклонился. Раздался грохот — стрела впилась в стенку кареты. От мощного удара повозка накренилась, кони встали на дыбы, чуть не перевернувшись.
— Смерти ищете!
Он выскочил из кареты, его взгляд был холодным, как клинок.
Впереди пятеро людей в масках на скакунах неслись к нему. Один из них держал большой лук, тетива была натянута до предела.
Стрела была пронизана истинной энергией, металл отливал холодным блеском в лучах заката.
Цзюнь Усе натянул поводья, захлопнул дверь кареты и с ледяным спокойствием смотрел на врагов. Среди них был культиватор ступени Нинци, а остальные не ниже пика ступени Сяньтянь!
— Отдай жетон отбора Великой Реки и таблетки Нинци, тогда мы оставим твой труп в целости, — проговорил всадник с луком.
Цзюнь Усе не ответил. Он спрыгнул на землю и двинулся к лучнику.
— Не ценишь жизнь, — усмехнулся масочник. — Перед первоклассным духовным луком ты сдохнешь, даже если тренируешь и тело, и дух!
Он подал знак остальным четверым. Те с копьями бросились в атаку, поднимая тучи грязи.
Цзюнь Усе даже не взглянул в их сторону, не отрывая взгляда от лучника. Это мастер середины ступени Нинци!
Рёв!
На расстоянии десяти метров Цзюнь Усе нанес удар двумя кулаками.
Раздался драконий рев и тигриный рык. Золотистая энергия в форме дракона смяла коня и всадника, отправляя их в полет, а сила тигра разорвала второго противника в клочья.
В мгновение ока двое были мертвы. Не теряя ни секунды, он рванулся вперед, и ещё две головы взлетели в воздух. Безоголовые тела выпустили фонтаны крови.
В это же время пришло ощущение леденящей угрозы.
Стрела сорвалась с тетивы, превратившись в полоску света, стремившуюся к его горлу.
Цзюнь Усе выбросил ладонь, охваченную золотым светом, и перехватил наконечник прямо перед своим кадыком. Мощный импульс отбросил его на три шага назад. Стрела вибрировала в руке, но не могла продвинуться ни на миллиметр.
— Ты… как такое возможно!
Лучник был поражен до глубины души. Не успел он натянуть тетиву вновь, как Цзюнь Усе обрушил на него удар. Быстро! Настолько быстро, что враг не успел среагировать, вылетел из седла с раздавленной грудью и фонтаном крови изо рта.
— Думал убить меня одним луком?
Цзюнь Усе подошел, наступил ему на шею и сорвал маску. Перед ним было незнакомое лицо средних лет.
Глава 21: Случайная авария
— Говори, кто вас послал? — Цзюнь Усе смотрел на него с ледяной жестокостью.
— Убийцы и грабители. Разве нам нужен заказчик?
— Дай-ка я угадаю, — усмехнулся юноша. — От тебя разит кровью, но не человеческой, а звериной. Ты убил множество свирепых существ.
Мужчина молчал.
— Вы наемники из какого-то отряда, не из города Цинъян. О жетоне отбора и таблетках знают только свои, так что ты связан с кем-то из города.
Глаз мужчины дернулся. Этот подросток проанализировал ситуацию с пугающей скоростью!
— Осмелюсь предположить: ваш город крупнее Цинъяна, раз у вас есть такие мастера ступени Нинци. Кроме Гильдии охотников, кто ещё мог вас нанять?
— Ты… — мужчина сменил тон. — Если я скажу, пообещаешь не убивать?
— Говори, я не убью, — ответил Цзюнь Усе.
— Это Юань Цзи, распорядитель Гильдии охотников города Цинъян. Он обещал нашему наемному отряду Железного Кавалериста место члена Гильдии!
Юань Цзи? Цзюнь Усе примерно так и думал: тот самый распорядитель, который докучал ему в Гильдии.
— Я всё рассказал, ты обещал не убивать!
Цзюнь Усе неожиданно ударил ногой, раздробив его область даньтянь.
Мужчина закричал, его лицо исказилось от ярости:
— Ты вероломный мерзавец!
Хруст! В тот же миг руки и ноги мужчины были сломаны. Он взвыл от боли.
— Я держу своё слово. Я не убивал тебя своим телом.
Цзюнь Усе забрал его лук, сел в карету и проехал вперед, раздавив мужчину насмерть. Под крики бедняги его тело превратилось в кровавое месиво.
— Тебя задавило каретой, — равнодушно произнес он. Карета скрылась в сумерках.
В душе он жалел, что Юань Цзи не пришел лично. Распорядитель Гильдии мог нанять многих, а то и объявить скрытую награду на его голову.
— Брат Усе~ — заглянула Юэяо.
— Юэяо, я разбудил тебя?
— Я проголодалась, вот и проснулась.
— Брат сейчас найдет место для ночлега и поесть.
…
На месте битвы Юань Цзи смотрел на груду трупов, его лицо было мрачнее тучи.
— Кучка отбросов. А ведь клялись, что с таким луком это верное дело, — пробормотал он. — Придется разбираться по приезде в город Фэнтянь. Цзюнь Усе, в Цинъяне тебя защищала госпожа, а там кто прикроет?
В лесу у дороги двое шептались:
— Старейшина Цикэфу слишком осторожен. Какой бы ни был этот Цзюнь Усе, он только вошел в ступень Сяньтянь. Один мой выпад — и с ним покончено.
— Пятый старейшина, не стоит недооценивать того, кого приметила Цзи Иньлань. Юноша практикует тело и мечи, удача на его стороне. Нам нельзя провалиться — от этого зависит моё вступление в Секту Меча Великой Реки.
— Госпожа права, так тому и быть.
В полуразрушенной кумирне Цзюнь Усе разложил костер, жаря двух лесных кур.
Юэяо укуталась в плед, трясясь всем телом.
— Холодно?
Цзюнь Усе прижал её к себе. Её тело было ледяным, холод проходил даже сквозь плед.
— Всё хорошо, брат, — она улыбнулась.
— Ешь, потом поспишь.
Он кормил её с рук. Смотря на её бледность, он сходил с ума от тревоги. До экзаменов Секты Меча оставалось девятнадцать дней.
— Вкусно?
— Вкусно, гораздо вкуснее похлебки из диких трав.
У Цзюнь Усе защипало в глазах. Похлебка из трав! Семья Сяо почти перестала давать им еду, а Юэяо всё отдавала ему, сама питаясь травами, которые выкапывала на склонах. Столько страданий!
Вдруг дверь кумирни распахнулась. Ввалилась девушка, залитая кровью.
— Господин, спасите! За мной гонятся!
Она кинулась к костру, взглянула на жареную птицу и сглотнула слюну. Юэяо испуганно прижалась к брату.
Цзюнь Усе нахмурился, протягивая девушке кусок курицы.
Та, не поблагодарив, жадно вгрызлась в мясо, плача от страха.
Девушке было около двадцати, несмотря на бледность, она была чертовски хороша собой.
— Господин, умоляю, помогите!
— Куда ты денешься от старика? — холодный, насмешливый голос раздался снаружи, и в кумирню вошел старец.
Увидев Цзюнь Усе, он презрительно усмехнулся и перевел взгляд на девушку.
— Господин, спасите! — та спряталась за спину юноши.
— Я просто проходил мимо. Никакие разборки меня не касаются, — Цзюнь Усе собрался уходить.
— Хочешь уйти? Раз увидел, придется убить обоих!
Старец рванулся в атаку. Мощная волна энергии погасила костер.
Ступень Нинци, поздний этап! Цзюнь Усе ощутил невероятное давление. Его мощь была лишь на первом этапе Сяньтянь!
Сила Дракона и Тигра!
Юноша вложил всю энергию в удар, отведя Юэяо в сторону. Раздался грохот — он словно врезался в железную стену. Его кровь вскипела, он отлетел в сторону, врезавшись в стену храма, которая пошла трещинами.
Глава 22: Тяжелая болезнь Юэяо
Цзюнь Усе вжался в угол, стена под ним застонала от удара.
— Брат Усе! — вскрикнула Юэяо.
— Господин, вы в порядке? — девушка плакала от вины. — Это я во всем виновата!
— Ступень Сяньтянь… жалкие муравьи! — старец усмехнулся и вновь нанес удар, от которого содрогнулся воздух.