Только дрожал сильнее, ещё сильнее, того гляди червей вытошнит. Покачал головой — скучно.
Если бы не заметил, как парень с ехидной улыбкой достаёт камеру, снимает видео и фотографирует, [001] и правда бы поверил.
Когда тот закончил запись, [001] наконец прервал его.
— Ну всё, теперь мы едем в Особняк Клана Чжан. Там никто не помешает тебе впитывать силу, а заодно как следует потренируем твои боевые навыки. С такой подготовкой, если скажут, что ты мой сын, мне будет стыдно.
Ваньну-ван: (´థ౪థ)☞
Чжан Мучэнь, конечно, чувствовал это попустительство, но ему было любопытно, как долго эта снисходительность и благодушие продержатся. Если прощупать границы, потом будет легче уживаться. В конце концов, система — бывший босс, способный мирно сосуществовать с волей Небес этого мира, вряд ли окажется безобидной.
Пока не разобрался, вспомнил китайскую поговорку: кто понимает время, тот и мудрец.
Шаг первый: словесные колкости.
— Ну что, сынок, где там твой Особняк Клана Чжан?
— Следуй за навигатором.
…
Чжан Мучэнь никак не ожидал, что Особняк Клана Чжан находится в глубине лесов Чанбайшань.
— И неужели его до сих пор никто не нашёл?
Переступив черту рядом с каменной стелой, на которой было высечено «Посторонним — смерть», Чжан Мучэнь с любопытством оглядывался по сторонам.
— Нет. Клан Ван научился скрывать местонахождение с помощью осколков метеорита у клана Чжан. В Особняке Клана Чжан хранится ещё больший осколок — тысячу лет назад [Предел] намеренно позволил им его найти.
Не дожидаясь вопросов Чжан Мучэня, [001] сам заговорил о том, как они будут жить в Особняке Клана Чжан.
— В особняке хоть и нет людей, но во многих местах всё ещё установлены ловушки, чтобы защитить секреты, которые нельзя перенести. С помощью лазейки от [Предела] тренировочные площадки и лекарственные травы для закалки костей и сухожилий уже приготовлены. Гарантирую, что за три года ты станешь непревзойдённым в мире.
Чжан Мучэнь кивнул. Похоже, он выбрал себе очень надёжную опору.
Войдя в этот старый особняк, будто переносишься сквозь время в прошлое. Как только открываешь дверь, в лицо ударяет затхлый и тяжёлый дух истории, от которого перехватывает дыхание. В воздухе витает запах старого дерева и пыли, словно можно ощутить осадок минувших лет.
Шаг второй: достать его своей болтовнёй.
Так началась их распря.
— Что это за здание?
— Там хранятся клоны, можно делать переливание крови.
— А почему другой дом отличается от остальных?
— Место тайной передачи власти и секретов глав кланов.
— А это?
— Тренировочная площадка.
Потом это стало похоже на говорящую ручку: покажи на что не знаешь — получишь ответ.
…
В игре «быстрых вопросов и ответов» [001] одержал лёгкую победу. Он даже успевал добавлять сведения о тех местах, на которые Чжан Мучэнь не указывал.
После этого Чжан Мучэнь узнал, что клан Чжан делится на четыре ветви: Шахматная Чжан, Живописная Чжан, Гексаграммная Чжан и Теневая Чжан. В старом особняке также были Приют для сирот, Лекарственная палата, Патрульный отряд и прочее.
Одним словом, столько мест, столько людей, а они сумели занять целую гору и остаться незамеченными — клан Чжан, как говорится, не зря славится своим именем.
Пока не стемнело, Чжан Мучэнь собственными силами прибрал в тренировочном зале одну хорошо сохранившуюся комнату.
Прибираясь, он спросил:
— У тебя же есть человеческая форма? И ты просто смотришь, как твой восемнадцатилетний отец-старик убирается в одиночку?
[001] закинул ногу на ногу:
— Извини, но с тех пор, как одна система, которую называли старым пройдохой, в человеческом обличье умыкнула Дитя Судьбы из одного мира, мы, системы, после входа в мир не можем сохранять человеческий облик. Только в пространстве. Если, конечно, тебе станет одиноко, я могу превратиться в какого-нибудь зверька и составить тебе компанию. Любого на выбор.
Чжан Мучэнь: Брат, ты сам себе дорогу перекрыл!
— Ты же вроде бывший босс?
— Даже на пенсии я остаюсь законопослушной хорошей системой~
Услышав такой нахальный ответ, у Чжан Мучэня не осталось сил на возражения. Просто привёл в порядок комнату для будущей жизни, достал из пространства еду и зло откусил кусок.
В перепалке — этом двустороннем движении — Чжан Мучэнь уснул.
——
— А-а-а!
Птицы с веток мгновенно сорвались и уселись неподалёку, глядя на орущего в тренировочном зале человека.
— Я всё понял, папа. Ты мне отец, отпусти меня! — Чжан Мучэнь висел в воздухе, вытянув ноги и привязанный к столбу, стиснув зубы. Он держался так уже почти полчаса и громко кричал от боли.
Рядом в кресле развалилось воплощение [001] в облике обезьянки, жевавшее банан. Заметив, что тот ослаб, поднял с земли специально собранный камешек и запустил им в Чжан Мучэня.
— Это ещё только начало. Думаешь, за три года стать мастером и научиться управлять энергией так просто? Хоть обзови меня папой — не поможет. Держись! Ещё раз пошевелишься — плюс полчаса.
Чжан Мучэнь никогда не занимался боевыми искусствами. Раньше условия не позволяли. Потом, когда он оказался в Клане Ван, ему пришлось, чтобы выжить, вести себя как безумец. Те люди не смели с ним связываться и переключились на тренировки Ли Цу. Ли Цу сам напросился. Если бы он знал, что так будет, то в Клане Ван вёл бы себя не так безумно.
— Пап, ты же система? Я в романах читал, что системы могут вмиг сделать хозяина непревзойдённым мастером. Почему у меня не так?
[001] решил, что это «папка» звучит довольно приятно.
— Ничего не поделаешь, этот мир — низкоуровневый по части боевых искусств. К тому же папа никогда не учил тебя получать что-то не трудясь.
Утром — основы, днём — боевые искусства, вечером — впитывание и изучение применения энергии. Чжан Мучэнь говорил, что даже в старших классах школы у него не было таких мук — было невыносимо тяжело.
Уставший за день Мастер Чжан, которого обезьянка раздела до пояса и засунула в бочку с какой-то неизвестной жидкостью, наслаждался вечерней идиллией, когда всё подаётся в рот.
Если бы кто-нибудь увидел эту картину, он бы непременно её удивилась, потому что в глазах этой обезьянки, кормившей с ложечки, светился странный, почти отеческий свет.
…
Дни текли один за другим. Менялся только язык Чжан Мучэня, становившийся всё мягче — «папка» он говорил всё легче и легче.
Сначала он, упрямясь, сам пытался есть и стеснялся. Потом — с каждым разом всё чаще называл отцом, а когда еду подносили к губам, даже бровью не вёл и начинал капризничать, выбирая блюда.
В горах время летит незаметно. Обезьянка [001] ничуть не изменилась, а Чжан Мучэнь вытянулся.
Он ещё и специально вертелся перед [001] туда-сюда. И снова человек и обезьяна сцепились. Ничего не поделаешь — чтобы проверить, как идут успехи в боевых искусствах, практика — единственный стандарт. А здесь только он и система, так что пришлось [001] взять на себя роль и размахивать палкой, как дрессированной обезьянкой.
Будучи боссом, даже будучи обезьянкой, [001] мог показать Чжан Мучэню, что значит «У Великого Мудреца своя манера боя, у обезьяны — своя».
К концу боя Чжан Мучэнь почти раскалился докрасна и начал кусаться.
Человек в горах накалился, а у подножия гор почти то же самое.
Ли Цу грохнул чашку о пол, сжав в двух руках галстук стоявшего перед ним мужчины:
— Что значит «человек пропал месяц»! Разве я не приказал вам следить за ним и докладывать мне обо всём?!
Во дворе стояли на коленях два ряда людей. Тот, кого держал за галстук главарь, дрожа, ответил:
— Сначала за ним следили как надо, даже видео снимали, — он поспешно сунул телефон Ли Цу.
— Но неделю назад я обнаружил, что назначенных людей подменили, и ещё одна группа тоже следила за Маленьким Господином Чжаном. Мы хотели сначала разобраться с ними, выслужиться, но не ожидали, что всё обернётся так…
Видя, что старший брат уже почти задыхается, стоявший сзади парень с жёлтыми волосами продолжил:
— Седьмой Господин, как только это случилось, мы сразу же проверили записи камер, но они хранятся только за неделю. Потом спросили учителей Маленького Господина Чжана, те сказали, что он месяц назад ушёл из школы, сказал, что поедет к родственникам, и до сих пор не вернулся.
Закончив, он сам чуть не задохнулся от убийственной ауры, исходившей от Ли Цу. В зале воцарилась гробовая тишина, даже тот злополучный старший брат осмеливался только тихо вдыхать спасительный свежий воздух.
Ли Цу помрачнел:
— Подмена… Клан Ван… Опять эти ублюдки из Клана Ван.
Глава 5. Поиски людей
Ли Цу глубоко вздохнул, пытаясь насильно успокоиться. Теперь он может просить помощи только у У Се. Если за неделю люди Клана Ван могут вывезти человека за границу, то за месяц и подавно.
Ли Цу нагнулся, достал нож и похлопал им по щеке злополучного главаря. Его голос звучал с такой злобой, какой Чжан Мучэнь никогда от него не слышал:
— Все, кроме тех, у кого неотложные дела, идут на поиски. Как можно тише, не привлекайте полицию. Это ваш последний шанс.
— Садись за руль, отвези меня в особняк Се.
Сев в машину, Ли Цу тёр глаза, молчал и отправил сообщение Ян Хао, который был далеко в Юго-Восточной Азии.
За границей У Се вместе с тамошним Заморским кланом Чжан зачищали их силы. Внутри страны те, кто прятались, как тараканы в сточных канавах, пытались подняться в невидимых местах. В Юго-Восточной Азии круг общения мал и крайне закрыт, там могли хоть как-то помочь только Чёрный Слепец, который давно там ошивался, и недавно активизировавшийся Хао Гэ.
Куда ни повернись, всё равно нужно просить помощи у У Се. Ли Цу цокнул и велел водителю ехать быстрее.
Увидев мрачное лицо Ли Цу, привратник решил, что какой-то нахал пришёл искать неприятностей, и сообщил Се Да. Когда Се Да подошёл, он понял, что это тот, кого даже их хозяин предпочитает обходить стороной.
Слегка поклонившись, он подошёл:
— Мои люди тут новенькие, несмышлёные. Седьмой Господин Ли, с чем пожаловали в особняк Се?
Ли Цу говорил напрямик:
— Я к вашему хозяину. Пусть даст мне контакты У Се, и я сразу уйду.
В наушнике Се Да раздался приказ Се Ючэня.
— Пусть заходит. Я жду его в кабинете.
— Слушаюсь, — Се Да поклонился. — Седьмой Господин Ли, прошу. Хозяин ждёт вас в кабинете.
Се Ючэнь разглядывал стоящего перед ним юношу. Раньше это был мальчик, у которого все эмоции были написаны на лице, теперь же он всё ещё не достиг должного уровня мастерства — беспокойство в глазах вот-вот выплеснется наружу.
У Ли Цу не было времени ходить вокруг да около с этим хозяином Се.
— Апельсин пропал. Клан Ван. Уже месяц. Я прошу помощи у У Се. Наши прежние разногласия можно забыть.
Новости одна за другой были настолько ошеломляющими, что даже Се Ючэнь перестал сохранять спокойствие, особенно когда дело касалось Клана Ван.
— Алло, У Се…
Телефон подняли после первого же гудка.
— Сяо Хуа, что случилось?
— Клан Ван месяц назад похитил Чжан Мучэня. Сейчас его местонахождение неизвестно. У тебя есть какие-нибудь новости?
— Что?! Мы немедленно вылетаем в Пекин.
Разговор прервался. Се Ючэнь лихорадочно соображал и тоже отдал приказ людям начать поиски.
По логике, Чжан Мучэнь был просто обычным человеком, которого они впутали. Боясь, что Клан Ван нападёт на него, и он, и У Се приставили к нему охрану, и даже какое-то время Чёрный Слепец лично его защищал. Как могло случиться, что в такой ситуации человек пропадает на месяц, а у них нет ни одной весточки?
Даже если Клан Ван похитил Чжан Мучэня из мести, какой им прок от него теперь, когда сам клан — как побитая собака? Если это для того, чтобы угрожать Девяти Вратам или рассорить их с Ли Цу… нет, если так, то Клан Ван был бы слишком глуп.
Дело было серьёзным. Се Ючэнь сразу же отправил людей встретить У Се. Жаль, что для частного самолёта нужно за месяц подавать заявку на маршрут, иначе не пришлось бы так париться.
Как старший, Се Ючэнь попытался успокоить взвинченного юношу:
— Не волнуйся, мы его найдём. Успокойся сначала и расскажи мне всё с самого начала, поищем, нет ли скрытых зацепок.
На следующий день троица У Се уже была в кабинете особняка Се. Ли Цу мельком взглянул на того, кого У Се ждал десять лет, скользнул взглядом по его лицу и ничего не сказал.
Се Ючэнь поприветствовал их:
— Взгляните. Я вчера расспросил Ли Цу и свёл воедино все зацепки. — И велел Се Да налить три чашки чая.
— Чёрный Слепец, наверное, всё ещё в какой-нибудь гробнице, не отвечает.
У Се отхлебнул крепкого чая, взбодрился и сел напротив Ли Цу:
— Я вчера спрашивал Пань Цзы. Результаты допроса показали, что наших людей подменили на третьей неделе.
Посмотрел на Ли Цу:
— А твоих… подменили на первой же.
Ван Толстяк хлопнул по столу:
— Чтоб их, это отродье Ван! Собака не отучится есть какашки. Им лишь бы один и тот же трюк повторять, да?
Чжан Цилин скрестил руки на груди и тоже кое-что знал о похищенном. В Деревне Дождей Ван Мэн, когда напился, проболтался, что это очень красивый, дорожащий жизнью (тот, кто ради того, чтобы не умереть, взорвал весь Гутунцзин и чуть не погиб — явно дорожит жизнью), умный, послушный ребёнок.
Тогда Ван Толстяк, услышав это, рассмеялся, а лицо Чёрного Слепца менялось раз за разом, но он ничего не сказал. Возможно, в тех словах доля правды была, но немного.
У Се и Сяо Хуа сверили свои догадки и быстро ухватились за мелкие детали.
— Я думаю, всё было так: Клан Ван поочерёдно подменил наших людей, но Чжан Мучэнь и раньше проявлял чувствительность к маскам из человеческой кожи, так что он их раскусил.
— Что касается того, почему он не сообщил Ли Цу по телефону… Клан Ван способен устроить столько дел в современном мире, у них наверняка есть хорошие специалисты по обработке сетей. Значит, его телефон прослушивали или отслеживали, и он это понял, поэтому ему пришлось искать Ли Цу лично.
— Но в пути люди Клана Ван напали на него, и ему пришлось изменить маршрут.
— Сейчас точно можно сказать одно: Клан Ван его ещё не схватил, поэтому мы должны торопиться. Единственное, что непонятно — зачем им вообще его похищать? Потому что его легко поймать?
Но, насколько он знал, Чжан Мучэнь всё время сидел в школе, и не собирался её покидать. В такой ситуации как Клан Ван мог быть уверен, что тот выйдет? Даже этот Ли Цу не мог выманить парня.
У Се как ни думал, мог прийти только к одному выводу. Должно быть что-то, чего он не знает. Ведь Клан Ван — это поддельный клан Чжан, помешанный на выгоде, они во всём подражают клану Чжан.
Ли Цу долго думал, потом, словно вспомнив что-то, странно усмехнулся и сказал:
— Возможно, Апельсин слишком сильно насолил Клану Ван.
Эти слова заинтриговали всех. Раз уж есть такой главный виновник уничтожения Клана Ван, как У Се, то нашёлся кто-то, кто переплюнул его по уровню ненависти.
— В Клане Ван Апельсин взорвал несколько зданий динамитом.
— Проник в исследовательскую базу, выкрал материалы и уничтожил их результаты.
— Часто не спал по ночам и беспокоил других, но не позволял никому мешать ему спать, иначе заставлял их гадать, в каком здании появится бомба.
— Трёхразовое питание должно было доставляться к двери вовремя, каждую неделю — новое меню, иначе он угрожал взорвать весь клан.
…
Слушая этот «длинный список преступлений», У Се и компания наконец поняли причину.
Ван Толстяк хлопал в ладоши, Се Ючэнь тоже не мог сдержать смеха — трудно было связать человека, творящего такие дела, с тем тихим, но абстрактным ребёнком из их воспоминаний. В глазах Сяогэ мелькнула улыбка. Позже Чёрный Слепец, узнав об этом, сказал, что даже он, известный шутник, не вызывал столько ненависти, сколько Чжан Мучэнь.
Чжан Мучэню ничего не нужно было делать — просто стоять там, показывая Клану Ван огромный средний палец.выпуклый(♯｀∧´)выпуклый
Се Ючэнь заметил:
— Если так, то понятно. Но откуда у него столько взрывчатки? Разве вас не обыскивали, когда привезли в Клан Ван?
Ли Цу холодно усмехнулся:
— Потому что в Клане Ван оказались предатели. И их было много. Я не знаю, кто эти предатели, но Апельсин знал. Каждый раз, когда у него заканчивалась взрывчатка, у него в руках тут же появлялась новая. Это вызвало панику в Клане Ван. Тех, кто носил ему еду, меняли раз за разом, снова и снова проверяли дозиметрами, убили многих, но всё было бесполезно.
Услышав это, У Се нахмурился.
Тоска Ли Цу немного отпустила — оказывается, и ты не всё можешь предвидеть.
— А вы думали, почему так быстро удалось взломать Клан Ван? Потому что добро победило зло? Хе…
Ли Цу высказался и почувствовал облегчение. Он тихо сидел, словно ничего не говорил.
Ван Толстяк внезапно придумал кое-что и перевёл тему:
— Когда человек убегает, он старается выбирать знакомые маршруты или знакомые места. Ли Цу, ты знаешь, куда Маленький Чжан хотел бы отправиться больше всего или что знает лучше всего?
Это была неплохая идея. Закончив, Толстяк самодовольно взмахнул волосами:
— Не зря я Господин Толстяк. В критический момент всё равно на меня надежда.
К сожалению, Ли Цу покачал головой:
— Апельсин раньше вырос в детском доме. Чтобы облегчить его бремя, он хотел только хорошо учиться, заработать денег и отблагодарить приют.
Об этом они все знали. Когда впутывали его, уже всё проверили.
Как бы то ни было, человека нужно было найти. Уходя, Ли Цу не обратил внимания на нерешительность У Се, взял телефон и ответил на сообщения от Ян Хао и Су Ваня.
Так началась грандиозная операция по поиску человека, в которой участвовали все Девять Врат. Но в отличие от прошлого раза, когда знали только имя, но не знали внешности, на этот раз, чтобы не привлекать излишнего внимания общества, искали тайком, даже имени не называя. Потому что благодаря напоминанию Ли Цу они вспомнили, что ищут гения, который был зачислен без экзаменов в Цинхуа и Пекинский университет на программу бакалавриата и магистратуры, и закончил её за два года! Гения!
Прошло мгновение — искали год за годом. От больших городов до маленьких деревень, прочёсывали даже ущелья. Теперь искали просто человека, живого или мёртвого.
Они даже предполагали, что в какой-то из тех лет, что они его не нашли, он и Клан Ван где-то в ещё не открытом ими месте погибли вместе.
А главный герой поисков наконец через четыре года «исчезновения» успешно завершил обучение и приготовился собирать энергию.
За эти четыре года Чжан Мучэнь и [001] установили очень прочные «отцовско-сыновьи» узы.
Позволить Чжан Мучэню раскрыться помогло то, что [001] сам рассказал: он выбрал Мучэня в качестве хозяина, потому что система должна быть привязана к хозяину, чтобы войти в малый мир. Даже на пенсии он обязан следовать этому правилу. И в одном малом мире можно привязаться только к одному хозяину.
Кроме того, [001] ушел на пенсию принудительно. Он мог выбрать только один малый мир в качестве дома престарелых для своей пенсии.
Это он подтвердил у [Предела]. Система не знала, что он в любой момент может связаться с [Пределом].
Спасибо милостивому [Пределу], который отвечал на все вопросы.((٩(разбрасыватьДцветок)۶))❀
Короче говоря, они с [001] — кузнечики, связанные одной верёвкой.
Но [001] сказал, что они — семья. Например, вышедший на пенсию отец-старик и сын, которому предстоит стать тягловой лошадью и кормить всю семью.
Семья?
[001] после того, как выдвинул эту теорию, предполагал, что ребёнок может сопротивляться, потом отношения зайдут в тупик, и лишь через 20 лет, проведённых с ним рядом, эти отношения будут признаны.
Так почему же за те два года, что прошли после того, как он выдвинул эту мысль, всё стало так странно?