Священная Земля Тайсюань, пик Цинъян.
Цзюнь Моюнь вернулся в главный зал.
Перед глазами предстала Фэн Люли, уже облаченная в то самое платье танцующих цветов цюн.
Подол платья слегка покачивался, словно плывущие по ветру облака. Ее походка была легкой, а весь облик — неземным.
Ее фигура, подобная белоснежному инею, сияла под лучами солнца, словно далекие звезды — холодной, но яркой красотой.
Длинные волосы водопадом ниспадали на плечи, слегка колыхаясь.
Ее лицо, чистое и отрешенное от мирского, напоминало распустившийся лотос — спокойный и завораживающий.
— Хм... тебе действительно очень идет это платье. — Цзюнь Моюнь слегка кивнул, и уголки его губ приподнялись в намеке на улыбку.
— Учитель, ученица... ученица чувствует, что это платье немного странное... — Фэн Люли была слегка озадачена.
Когда он принимал ее в ученицы, Цзюнь Моюнь восстановил ее меридианы.
Для него это было проще простого.
Однако после того, как она надела это платье бессмертной, Фэн Люли отчетливо почувствовала, как ее совершенствование начинает стремительно расти.
Да и циркуляция крови и энергии по телу ускорилась в разы.
Она была крайне удивлена.
— В чем же странность? — мягко спросил Цзюнь Моюнь.
— Я чувствую... что моя скорость совершенствования стала невероятно высокой, — осторожно ответила Фэн Люли.
— Это платье бессмертной создано как раз для того, чтобы помочь тебе ускорить процесс совершенствования, — спокойно ответил Цзюнь Моюнь.
Хотя Фэн Люли уже догадывалась об этом, услышав столь прямой ответ Учителя, она невольно вздрогнула от изумления, а затем поспешно произнесла:
— Учитель, этот наряд столь драгоценен, прошу вас, заберите его обратно!
Такую одежду, способствующую совершенствованию, было трудно найти даже во всем Чжунчжоу.
Фэн Люли прекрасно понимала вес этого подарка.
Чувствуя радость, она в то же время испытывала сильную тревогу.
— С сегодняшнего дня ты моя ученица на пике Цинъян. Как ты можешь ходить без подобающих сокровищ, когда покидаешь горы? — Цзюнь Моюнь перевел взгляд и улыбнулся: — Если я заберу это платье себе, что ты будешь носить?
— Это... — Фэн Люли опустила голову, мгновенно осознав истинный смысл его слов.
Цзюнь Моюнь невольно усмехнулся и слегка взмахнул рукой.
Мгновенно главный зал озарился сиянием, потоки золотого света заструились в воздухе, собирая духовную энергию со всего мира.
В пустоте начали рождаться строки священных писаний.
Каждое слово было наполнено бесконечной глубиной, окутанное мерцанием звезд и таинственной, древней аурой.
Это был текст Техники поглощения мира теней.
Цзюнь Моюнь еще раз взмахнул рукой, и множество письмён обрушились вниз, подобно небесной реке.
Превратившись в бурлящий поток звездной воды, наполненный причудливыми символами и узорами, техника влилась в сознание Фэн Люли.
Оседая в ее разуме, слова начали обретать форму.
В центре ее лба вспыхнул золотой вертикальный зрачок. В следующее мгновение он медленно закрылся, полностью слившись с сознанием девушки.
По мере того как эти письмена проникали все глубже, она невольно поднялась со своего места.
Казалось, эти слова были высечены прямо на постаменте ее бессмертного воплощения, каждое из них глубоко отпечатывалось в ее сердце.
Даже будучи не в силах постичь их смысл, она словно пыталась переписать небесные трактаты, которые, оставаясь в глубинах души, всё ещё казались непостижимыми.
Вокруг каждого иероглифа разливалось ослепительное величие Императора. Фэн Люли хватило лишь одного взгляда, чтобы ощутить, как ее ци бурлит, а тело наполняется невыразимой мощью.
Внутренняя энергия совершила скачок, пробила оковы, и уровень ее мастерства начал неуклонно стремиться к новым высотам.
Почувствовав эту потрясающую силу, Фэн Люли не удержалась от вопроса:
— Учитель, это... это техника совершенствования?
— Да. — Цзюнь Моюнь кивнул: — Отныне совершенствуйся по ней.
— Но, Учитель... я не понимаю ни единого слова, — Фэн Люли попыталась всмотреться в них, но у нее лишь закружилась голова.
Золотой свет был настолько ослепительным, что она едва могла открыть глаза, видя лишь хаотичное переплетение сияния.
Постичь истинную суть было невозможно.
— Если бы совершенствоваться было так легко, стоило бы это называть Императорским каноном? — равнодушно заметил Цзюнь Моюнь.
— Императорским... каноном?! — Фэн Люли изумленно поднялась на ноги. Теперь она наконец поняла, что всё это значит на самом деле.
Учитель передал ей Императорский канон!
Неудивительно, что его так трудно понять, ведь такие писания смертному не дано постичь просто так.
Императорский канон!
Это не просто кристаллизация всей жизни Великого Императора, это итог десяти тысяч лет его созерцания Пути!
Мудрость, оставленная великими правителями, была тем самым сокровищем, о котором мечтали бесчисленные поколения.
Каждый том Императорского канона бесценен, он служит доказательством того, что обладатель достиг вершины мастерства и мудрости.
Это именно то наследие, на котором держатся будущие поколения.
— Успокойся. Раз уж ты стала моей ученицей здесь, на пике Цинъян, Императорский канон — это сущая мелочь, — подумал про себя Цзюнь Моюнь: «Лежать, ничего не делать, а мастерство ученицы само возвращается мне в виде силы — разве не прекрасно? Совершенствоваться? Еще чего, только собаки пусть тренируются!»
Фэн Люли, услышав эти слова, словно пораженная громом, замерла. В ее глазах читалось потрясение, губы были слегка приоткрыты, а волны в сердце не утихали долгое время.
Императорский канон — если бы он всплыл в мире, за него немедленно начали бы кровавую битву бесчисленные Священные Земли.
А для Учителя это были всего лишь пустяковые слова, сказанные так легко, словно речь шла о безделушке.
Она никак не могла осмыслить происходящее.
Может быть, в мире Учителя такие сокровища высшего уровня действительно обычное дело?
Неужели она прежде никогда не видела настоящих мастеров?
Несмотря на все ее прошлые достижения, рядом с Учителем она чувствовала себя ничтожной, словно муравей.
— Но Учитель, это ведь такая драгоценность... — Фэн Люли была растрогана едва ли не до слез.
— Хватит пустых слов. Если действительно хочешь отплатить мне, стань сильным мастером, способным подавлять любых врагов. Это будет лучшей наградой, — твердо произнес Цзюнь Моюнь.
— Учитель... — Фэн Люли была глубоко потрясена, слезы едва не брызнули из ее глаз, а сердце переполнял небывалый энтузиазм.
Сделав глубокий вдох, она тяжело опустилась на колени. Ее лицо выражало серьезность, а голос звучал твердо:
— Прошу, не беспокойтесь, Учитель, ученица не подведет вас.
— Хорошо, довольно разговоров. Совершенствование — вот единственный верный путь, не разочаруй меня. — Цзюнь Моюнь взмахнул рукой, его фигура вспыхнула и растворилась в воздухе.
Перед тем как он исчез, вдалеке прозвучал его голос:
— Найди себе время построить дом. На пике Цинъян сейчас живу только я, здесь нет места, где тебе можно остановиться.
— Слушаюсь! — Фэн Люли проводила взглядом удаляющийся силуэт Учителя. Ее кулаки были сжаты, а в глазах мерцал непоколебимый блеск решимости.
— Дядя, вы видите?
— Люли стала ученицей пика Цинъян и постигла Императорский канон. Я обязательно спасу вас!
...
Ночь опустилась на землю, усыпанную звездами. Яркий лунный свет пролился на древнюю Священную Землю, укрыв ее серебристой дымкой.
Этой ночью две лампы на пике Цинъян всё еще горели, и их слабый свет дрожал в безмолвной ночи.
В отличие от уже спящего Цзюнь Моюня, Фэн Люли была полностью погружена в свои тренировки.
Ее сердце было наполнено бесконечной решимостью, словно никакие трудности в этом мире не могли остановить ее на пути к цели!