Цзо Цзыму, увидев это, испугался в душе, но не подал виду и гневно выкрикнул:
— Сыкун Сюань, сегодняшние дела никак не связаны с вашей Бандой Шэньнун!
Ты так своевольничаешь, не хочешь ли окончательно рассориться с нашими двумя ветвями Секты Беспредельного Меча, Восточной и Западной?
Будь это обычный день, Цзо Цзыму, с его боевыми навыками и положением, конечно, не побоялся бы Сыкун Сюаня.
Однако сегодня был ежегодный сбор Секты Беспредельного Меча, решающий принадлежность Дворца Цзяньху на следующие пять лет, и именно в этот ключевой момент его самого укусил Молниевый хорёк, выращенный какой-то неизвестно откуда взявшейся дикой девчонкой.
Сейчас его силы значительно уменьшились, и, не имея выбора, он попытался припугнуть Сыкун Сюаня авторитетом обеих ветвей.
Сыкун Сюань изначально пришёл с намерением уничтожить всю секту, так с чего бы ему принимать близко к сердцу эту скрытую угрозу Цзо Цзыму?
Он в ярости рассмеялся, на лице появилась насмешка, и он с презрением сказал:
— Хм, что за чушь про Восточную и Западную ветви, в моих глазах это просто сброд!
Это вы первыми проявили бесчеловечность. Мои братья из Банды Шэньнун просто поднялись в горы за обычными травами, а вы им всячески препятствовали — просто издевательство!
Теперь испугались?
Жаль, слишком поздно!
С этими словами Сыкун Сюань взмахнул длинным мечом ещё яростнее, словно ураган, обрушиваясь на учеников Секты Беспредельного Меча.
Ученики Секты Беспредельного Меча не могли противостоять натиску Сыкун Сюаня, один за другим с воплями падали в лужи крови.
Но что более отвратительно — Сыкун Сюань в разгар битвы пренебрёг боевой этикой.
Он тайно применил подлые методы, незаметно распыляя сильный яд, и многие ученики Секты Беспредельного Меча отравились, сами того не зная.
Вскоре люди из Секты Беспредельного Меча начали падать на землю, изо рта у них пошла пена — явные признаки отравления.
Чжун Лин, воспользовавшись суматохой, спасла Дуань Юя и выбралась из зоны боя.
Если бы эти двое ушли в хаосе, дальнейших событий бы не было.
Но Дуань Юй, этот книжный червь, начитался буддийских сутр. Он не выносил убийств и смертей.
Поэтому, забыв о собственной безопасности, он начал увещевать:
— Перестаньте драться, перестаньте драться, прошу вас, выслушайте меня.
Будда сказал: пятьсот оглядываний в прошлой жизни позволяют лишь мельком встретиться в этой.
Раз мы встретились, это великая судьба — мы все братья и сёстры в этой жизни. Неужели нельзя спокойно сесть и обсудить дела, вместо того чтобы убивать друг друга?
Сыкун Сюань, видя, что этот бледнолицый парень болтает всякую чушь, да ещё и цитирует Будду, пришёл в ярость.
Подумал про себя: по-твоему, бледнолицый, я, чёрт возьми, должен считать Цзо Цзыму братом? Если мы братья, почему он не даёт мне собирать травы в горах?
Если мы братья, почему он посылает людей с мечами рубить моих людей?
Сыкун Сюань взмахнул мечом, срубив очередного ученика Секты Беспредельного Меча, и кровь брызнула алыми пятнами.
Он перевёл взгляд и, словно голодный волк, ринулся прямо на Дуань Юя.
Стоявшая рядом Чжун Лин в душе горько пожалела. Она прекрасно понимала, что этот молодой господин — всего лишь книжный червь, заучившийся до глупости.
Если бы не его красивая внешность, учтивый и слабый вид, вызывающий жалость, она бы и не подумала беспокоиться о его жизни!
Увидев, что Сыкун Сюань внезапно сменил цель и бросился на этого глупого книжного червя, Чжун Лин, не раздумывая, вскрикнула и быстро направила своего любимого Молниевого хорька прямо на Сыкун Сюаня.
Хорёк был маленьким, проворным и быстрым, словно молния. Сыкун Сюань, не ожидав нападения, был внезапно укушен за руку.
Сыкун Сюань взвыл от боли и, придя в ярость, хотел зарубить проклятого хорька на месте.
Но в этот момент он почувствовал, как в его теле всё перевернулось, будто бесчисленные ядовитые твари грызут его меридианы, причиняя невыносимую боль.
Он встревожился, поняв:
— Плохо! Этот хорёк сам ядовит!
Он забыл о преследовании убежавшего хорька, поспешно сунул руку в карман, достал противоядие и сунул его в рот, временно сдерживая распространение яда.
Сыкун Сюань злобно уставился на Чжун Лин, скрежеща зубами:
— Ах ты, наглая девчонка, посмела натравить хорька на людей!
Люди, быстро схватить их обоих!
С его ревом бандиты со всех сторон, размахивая оружием, окружили Чжун Лин и Дуань Юя.
Так бедный Дуань Юй и Чжун Лин, только что выбравшись из одного логова, снова попали в другое.
Тут Чу-Дагуаньжэнь, словно могучая птица, расправил крылья, двигаясь со скоростью молнии, применяя своё высочайшее мастерство легкости, ступая по пыли, но не оставляя следов, в мгновение ока оказался рядом с Чжун Лин.
Он твёрдо встал и принял чрезвычайно самовлюбленную позу, с мягкой и очаровательной улыбкой на лице, тихо сказал Чжун Лин:
— Лин'эр, не бойся, этот господин здесь!
Я — Чу Люфэн, если честно, я старый друг твоей матери.
Так что я ни за что не позволю этим мерзким злодеям обидеть тебя.
На миловидном личике Чжун Лин отразилось недоумение.
Она подумала про себя: мать? Насколько я знаю, мать никогда не покидала Долину Тысячи Бедствий, откуда же у неё друзья на стороне?
И этот молодой и красивый господин называет себя «хорошим другом» матери — это просто невероятно!
Но, вспомнив, что он с первой встречи точно назвал её имя и так ласково,
обычно так обращаются только самые близкие люди, такие как отец, мать или Сестра Му.
При этой мысли круглое прелестное личико Чжун Лин слегка покраснело.
Она с лёгкой застенчивостью осторожно спросила:
— Господин, вы правда знаете мою мать?
И... откуда вы знаете, что меня зовут Лин'эр?
Увидев её наивное очарование, Чу Люфэн мягко ответил:
— Ха-ха-ха... Лин'эр.
Я расскажу тебе об этом подробнее позже, а сейчас главное — прогнать этих злодеев, что напали на тебя.
Что касается стоящего рядом Наследника Дуаня, извините, он был проигнорирован нашим Чу-Дагуаньжэнем, который при виде красоты забывает о друзьях.
Да и между Чу Люфэном и Дуань Юем вообще не было никаких отношений.
Если уж пытаться найти связь, то Дуань Чжэнчунь, приёмный отец Дуань Юя, имел с ним некоторые деловые контакты.
В конце концов, Дуань Чжэнчунь был его главным поставщиком «женщин не первой молодости и девушек» — антагонистов в этом мире «Небесного дракона и возрождённого из крови», не так ли?
Учитывая пышное и соблазнительное тело Дао Байфэн, он прихватил и спас этого книжного червя заодно.
В конце концов, тот скоро станет его будущим деверем, не так ли?