— Я думал, что достаточно выбрать несколько курсов... — Линь Энь попытался возразить.
— Да, это обязательные предметы. Для факультативов я дам вам список, а пока идите в тот кабинет, послушайте историю западной музыки. За расписанием зайдёте, когда выберете дополнительные предметы, — женщина-преподаватель указала на кабинет в конце коридора.
— Черт, мне нужно убираться из этого проклятого места, я здесь умру! — Маркус хотел просто развернуться и сбежать.
— Хотя бы послушай, возможно, всё не так сложно, как она говорит, — Линь Энь тоже немного нервничал, но, вспоминая уровень преподавания в школе, решил, что в государственных учебных заведениях разница не должна быть слишком огромной, так что можно попробовать.
К обеду Маркус уже поклялся, что начнет здесь свою старшую школу заново.
— Я был полным идиотом. Здесь любая девчонка круче капитана группы поддержки Томаса Джефферсона, да еще и говорит так сладко. Я обязан остаться, конечно, ради своей музыкальной мечты!
Линь Энь закатил глаза. Эта так называемая топовая арт-школа ничем особенным не отличалась, курсы были совсем не сложными. В столовой никто не пускался в нелепые танцы, как в фильмах про мюзиклы.
— Местные занятия не такие уж трудные, думаю, ты наберешь нужные баллы и выпустишься через два года, — Линь Энь прикинул успеваемость Маркуса.
— Как такое возможно? Уроков столько много! Да и что ты будешь делать, если я закончу школу досрочно?
— Ты ведь уже освоил программу по общим предметам до 12 класса, эти баллы достаются почти даром, идиот. Что касается меня, у меня есть рабочий контракт, который позволяет заменить арт-предметы зачетом баллов. — Ещё на утренних занятиях Линь Энь расспросил однокурсников: преподавательница просто запугивала их, ведь каждый спецкурс учителя называли самым сложным.
Раз уж обязательные предметы можно засчитать как факультативы, Линь Энь решил выбрать только то, что ему нужно сейчас: основы вокала, теорию музыки и современное эстрадное пение. А история западной музыки пусть катится к черту.
Вторая половина дня прошла легко. Неизвестно, дело ли в том, что у этого тела действительно хороший талант, или школьная программа просто не представляет особой сложности. Линь Энь чувствовал, что обучение даёт реальный прогресс, и мотивация была невероятной.
Сославшись на необходимость идти домой сочинять новую песню, он утащил Маркуса с репетиции хора, и они ушли под завистливые взгляды однокурсников.
— Привилегия гения, да? Как насчёт твоей новой песни? Ты сболтнул это просто чтобы запугать директора? — спросил Маркус по дороге домой.
— Конечно нет, вдохновение пришло ко мне вчера вечером. Эта песня будет сложнее, в этом и есть одна из наших целей здесь. Пока сидишь на занятиях, присматривайся...
— Само собой, брат мой, я уже разузнал: та высокая блондинка утром — Шарлиз Терон! И есть ещё несколько красоток, о которых я потихоньку узнаю. Слушай, одна из них с такой фигурой...
— Черт, у тебя кроме девчонок в голове что-нибудь есть? Я говорю про таланты, играющие на музыкальных инструментах. Не забывай, мы открываем звукозаписывающую компанию. Я хочу создавать музыку сам, нужны партии разных инструментов, а за услуги Atlantic Records дерут грабительские цены! Глупо не использовать школьные ресурсы. Ты тоже тренируйся на барабанах, в этот раз у меня будут высокие требования!
— Братан, если бы мы не выросли вместе, я бы решил, что у тебя проблемы с ориентацией. Ты посмотри, какую музыку все слушают? Сплошные любовно-романтические сопли. В школе преподают то же самое. Если не будешь общаться с девушками, откуда возьмёшь вдохновение? — Слова Маркуса словно просветили Линь Эня.
— Что такое? Почему ты так смотришь на меня?
— Черт, Маркус, ты чертовски прав!
Точно! Любовь и отношения — это источник искусства. Апокалипсис тоже давал хиты будущего, и там, конечно, больше всего любовных песен!
Это должно значительно повысить вероятность срабатывания Апокалипсиса. Хотя в прошлые два раза он приходил от мужиков, но если есть выбор, кто не захочет получать прозрение от милой красавицы?
Когда Линь Энь только переместился в это тело, ему казалось, что ухаживать за девочками-подростками — это преступление, но теперь он сам несовершеннолетний, так чего бояться! Тем более, в великой Америке есть знаменитый Закон Ромео (если разница в возрасте между мужчиной и женщиной не превышает 3-4 года, добровольный секс не является преступлением, конечно, если возраст старше 14 лет. В каждом штате свои нюансы — 3 или 4 года).
Стоило только подумать об ухаживаниях, как мир вокруг сразу стал шире. Линь Энь почувствовал, что даже воздух на Манхэттене стал свежее. Длинноногие красотки, я иду! Жаль только, из-за амнезии он не помнил те имена, которые крутились в голове сразу после пробуждения. Но ничего, он всё узнает лично!
Хорошо жить близко: пара минут — и ты дома. Тетя Бекки уже приготовила первый ужин в новом доме: свиные отбивные, картофельное пюре, овощной салат, а на десерт — брауни. Очень вкусно. И правда, когда пропадает давление борьбы за выживание, каждый может стать кулинарным мастером.
— Продолжаем следить за поджогом в ночном клубе Клуб «Веселое место» в Бронксе, который произошёл на рассвете 25 марта. Сегодняшние гости — член Палаты представителей от штата Нью-Йорк, господин Чарльз Шумер, и известный адвокат Алан Дершовиц.
Вечерние новости по телевизору продолжали освещать дело о поджоге, из-за которого Линь Энь и оказался здесь. Люди пили хорошее вино и танцевали в ночном клубе, как вдруг всё вспыхнуло. Это преступление было настолько ужасным и внезапным, что вызвало сочувствие у простых американцев, которые привыкли после работы ходить отдыхать. Все следили за ходом расследования.
Американские СМИ очень любят приглашать экспертов в студию, чтобы те высказывали свои взгляды, вызывая общественную дискуссию.
— Хотя семьи жертв и подали коллективный иск, моё мнение таково: убийца Гонсалес в итоге, скорее всего, получит лишь 25 лет тюрьмы. По нашим законам, за каждое обвинение в убийстве дают максимум 25 лет, даже если сроки суммируют, реальный срок останется 25 лет, — адвокат Алан рассуждал перед камерой.
— ЧТО? Он сжег заживо 87 человек! И должен просидеть всего 25 лет? — тетя Бекки опустила тарелку у раковины.
— Просто не верится, вы не можете так просто оставить этого поджигателя в покое, — возмутился Маркус.
Америка и вправду рай для преступников! Получается, за одну человеческую жизнь дают всего 3 месяца? Что за паршивый закон? Мне даже медицинские счета пришлось оплачивать самому!
— Это можно считать брешью в нашем законодательстве. Уголовный кодекс действительно нуждается в корректировке в части наказания за массовые убийства. Я считаю, что сроки за серийные убийства должны суммироваться. В похожем деле 1917 года...
— Благодарим Алана за мнение. Далее приглашаем второго гостя, конгрессмена Шумера. Что вы думаете о невыполнении обязанностей правительства в этом инциденте? — после юридических разглагольствований ведущий перевел тему на правительство.
— Длительное существование подобных незаконных заведений отражает пренебрежение властей к уязвимым слоям населения в вопросах городского управления. Происшедшая трагедия — результат системного равнодушия правительства к проблеме нелегальных мигрантов... — этот конгрессмен выглядел молодым, представительным и очень фотогеничным. Его четкие формулировки полностью соответствовали представлению Линь Эня о политиках.
— Я считаю, что нужно призвать правительство усилить проверки безопасности и активизировать внезапные рейды по незаконным заведениям. Американский народ не должен жить в опасности и страхе... — господин конгрессмен начал продвигать свою политическую повестку. Случись подобное громкое общественное событие, для них это лучшая возможность пропиариться.
Все они только и умеют, что махать кулаками после драки, где они были раньше! — мысленно фыркнул Линь Энь.
Погодите, призвать правительство усилить меры безопасности и внезапные проверки... Звучит так, будто в этом кроется знакомая бизнес-возможность!