После того как этот небольшой инцидент был исчерпан, мы под восхищенными взглядами окружающих выбрали два больших стола и уселись за них.
Как только мы присели, вокруг нас мгновенно образовалась вакуумная пустота — те, кто обедал поблизости, и те, кто только собирался, поспешно покинули свои места.
К такому мы уже давно привыкли, ведь это неизбежное следствие нашего статуса.
— Эй, с чего это вдруг псы Чэнь Луна и Чжан Лаосаня сцепились? — жуя рис, невнятно спросил Ван Цзе.
Следом в разговор вмешался Чжан Хаочуань с крайне заинтересованным видом:
— Я знаю, я знаю! Слышал, что Чэнь Лун и Чжан Лаосань сейчас насмерть бьются из-за одной бабы.
Услышав это, Ван Цзе изумленно вытаращил глаза, а затем, словно услышав небывалую шутку, принялся колотить по столу и хохотать:
— Ха-ха-ха-ха! Чэнь Лун с его сотней восьмидесятью фунтами веса и лоснящейся от жира физиономией собрался тягаться за женщину? Да он меня до смерти рассмешил.
Вместе с содроганиями тела Ван Цзе тонко звенели колокольчики у него в ушах.
Я тоже усмехнулся, вспоминая образы Чжан Лаосаня и Чэнь Луна. Чжан Лаосань еще куда ни шло — пусть и коротышка, но не особо уродлив. А вот Чэнь Лун — это настоящее зрелище для глаз: грузный, с вечно прищуренными глазками, да еще и ест так, что весь рот в жиру — отвратительнее зрелища не придумаешь.
Впрочем, мне до этого дела нет. К женщинам у меня сейчас нет ни малейшего интереса. В моей душе только амбиции: я хочу вершить свою великую судьбу, хочу объединить Университет Лань, хочу стать королем подполья Цанланя, а может, и всего Великого Ся. А любовь-морковь? Чушь собачья! Лучше не попадаться мне на пути — бабы лишь замедляют скорость вращения моего клинка.
Поев, мы решили прогуляться по площадке, растрясти жирок. Но, как на грех, едва мы вышли из столовой, как столкнулись с Чжан Лаосанем, который шел плечом к плечу с довольно симпатичной девушкой. Мы оказались в одном месте и в одно время.
— Бай Хао? Что тебе нужно, раз ты притащил с собой такую ораву? — Чжан Лаосань, увидев, как больше двух десятков человек внушительной колонной замерли перед ним, настороженно уставился на меня.
Его глаза то и дело бегали по сторонам — видимо, искал пути отступления на случай драки.
— Брат Хао, — девушка, напротив, никак не отреагировала и с доброй улыбкой поприветствовала меня. Все, кто меня знал, понимали: хоть я и бью любого, не взирая на пол, но если женщина первая не лезет в драку, я не буду проявлять инициативу. Проще говоря, я могу лишь ответить ударом на удар, но первым руку не подниму. Поэтому девушка не чувствовала напряжения, а в ее глазах читалось даже некое подобие обожания. Еще бы, ведь я не только один из самых влиятельных заправил среди первокурсников, но и официально признанный красавчик нашего потока. Не ради похвальбы скажу: мужчина, сочетающий в себе внешность и статус, вполне заслуживает звания идеала.
Я одарил девушку улыбкой, а затем с презрением перевел взгляд на Чжан Лаосаня:
— Чжан Лаосань, ты с такой кишкой надеешься стать старшим? Я просто мимо прохожу, чего ты трусишь? Боишься, что я влеплю тебе пощечину, и ты впечатаешься в стену, как картина?
Моя безжалостная насмешка заставила его покраснеть от стыда, особенно когда рядом была девушка, за которой он ухаживал.
— Бай Хао, ты хочешь развязать войну между нашими сторонами? — сквозь зубы процедил он.
— Ха-ха, — я обменялся взглядами с Ван Цзе, Чжоу Цзымином, Чжан Хаочуанем и Цзян Цзюньцзе. В глазах каждого из нас читалось явное пренебрежение.
— Слышал, ты нынче грызешься с Чэнь Луном из-за девицы. Полагаю, это та самая, что стоит рядом с тобой? — я намеренно проигнорировал его вопрос и кивнул на девушку.
Затем я притворно сочувствующим тоном добавил:
— Если ты сейчас обидишь меня, то кто знает, что будет, если вы с Чэнь Луном сцепитесь всерьез? А вдруг я объединюсь с ним? Эх... сам подумай, выстоишь ли ты? Если выстоишь — ладно, а вот если нет? Всю твою выстроенную работу перечеркнут одним махом. Как же быть, а?
Моя угроза сработала безотказно — Чжан Лаосань словно подавился словами, не в силах ответить, лишь стоял и сверлил меня яростным взглядом.
Поняв, что я достаточно его унизил, я по-дружески похлопал его по плечу:
— Ладно, поговорили — и хватит. Мы пойдем, Лаосань. Удачи тебе в завоевании сердца красавицы.
Закончив на этом, я обернулся к своей свите:
— Чего стоите? Попрощайтесь с Третьим братом.
— До свидания, Третий брат.
— Счастливо, Третий брат.
Чжоу Цзымин и остальные, усмехаясь, бросили на прощание пару фраз и двинулись следом за мной, оставив Чжан Лаосаня бессильно бушевать на месте.
Вид Чжан Лаосаня, съевшего такой горький плод, поднял нам настроение, пока мы направлялись к площадке. Но дальше нас ждал куда более серьезный вызов.
На самой площадке наша двадцатиголовая компания заняла свободный пятачок и устроилась там, болтая и смеясь. В этот момент к нам направился юноша с обнаженным торсом, на плече которого красовалась татуировка карпа, а за ним следовали еще человек десять. Видимо, они тоже хотели занять это место, но, увидев нас, уже расположившихся здесь, вожак собрался увести людей в другую сторону.
Однако, скользнув по мне взглядом, он внезапно остановился. Немного поколебавшись, он все же повел своих людей прямо к нам.
При виде этой группы я насторожился. Чжоу Цзымин и остальные, судя по всему, узнали пришельцев, так как их лица мгновенно напряглись. Я ничего не понимал, но Ван Цзе, заметив мое смущение, тихо шепнул мне на ухо:
— Это один из лидеров второкурсников, Чжан Цзянь. Постарайся быть вежливее, ведь разница в силе между нами все еще велика.
Я был удивлен, узнав, что это действительно Чжан Цзянь, но кивком показал, что принял к сведению совет Ван Цзе.
— Брат Цзянь.
— Брат Цзянь.
— Здравствуй, брат Цзянь.
Едва Чжан Цзянь подошел к нам, как Чжоу Цзымин и другие ребята из нашей группы, знавшие его, вежливо заговорили с ним. Несмотря на уважительный тон, они инстинктивно придвинулись ко мне, готовые в любой момент отразить внезапную атаку.
По рангу я тоже должен был обратиться к Чжан Цзяню как к брату, однако я считал, что ничем не хуже него, — просто он пришел в Университет Лань на год раньше. Такого же мнения придерживался и Ван Цзе. Хоть формально он и был вторым человеком в нашей иерархии, мы относились друг к другу как равные, да и способности Ван Цзе ничем не уступали моим.
Вернемся к происходящему. В ответ на приветствия моих парней Чжан Цзянь вежливо улыбнулся и кивнул, а затем обратился ко мне:
— Если я не ошибаюсь, ты брат Бай Хао? Действительно, видный парень, будущее за вами, молодежь.
С этими словами Чжан Цзянь дружелюбно протянул мне руку.
Я прекрасно понял подоплеку его слов: он намеренно поставил меня в позицию младшего, который обязан проявлять почтение. Но разве я из тех, кто позволит так с собой обращаться? Я без лишних раздумий пожал его руку, сохраняя выдержанный вид:
— Много наслышан о вас, Чжан Цзянь. Думаю, раз у вас такой авторитет среди второкурсников, ваши перспективы тоже весьма велики. Чему обязан вашим визитом?
Мой ответ вызвал легкое раздражение на лице Чжан Цзяня, которое, впрочем, он быстро спрятал. Он пришел сюда, рассчитывая на дружеский жест, а я повел себя столь дерзко, поставив нас в один ряд. Чжан Цзяня, привыкшего к власти среди второкурсников и обладающего гордым нравом, это задело.
Ван Цзе и Чжоу Цзымин мигом почувствовали напряжение в моем ответе и еще плотнее окружили меня. Но они все же ошиблись: Чжан Цзянь находился в середине противостояния с Чжоу Сыюй — еще одной влиятельной фигурой среди второкурсников, — и ему совсем не улыбалось заводить себе клятого врага в лице темной лошадки из потока первокурсников.
— Ха-ха, ничего особенного, просто решил познакомиться. Надеюсь, представится возможность еще пообщаться, — Чжан Цзянь, не теряя лица, ответил с показной щедростью.
— Договорились, — я, следуя принципу не нападать первым, но отвечать на выпад, тоже улыбнулся в ответ.
— Что ж... развлекайтесь, пойду я. Будем на связи.
Чжан Цзянь быстро попрощался и увел своих людей. Как только они скрылись из виду, у Чжоу Цзымина и остальных камни с души упали.
Едва оправившись от шока, они не смогли сдержать восторга:
— Брат Хао, вы были просто нереально круты! Так спокойно разговаривать на равных с самим Чжан Цзянем!
Первым не выдержал Чжан Хаочуань — его переполняли эмоции. А ведь всего минуту назад, когда я разговаривал с Чжан Цзянем, он был бледнее смерти.
Чжоу Цзянь следом поддакнул со всей искренностью:
— И не говорите! Это же Чжан Цзянь! Абсолютный авторитет!
— Эх, если бы когда-нибудь я стал таким же сильным, как он, — вздохнул Цзян Цзюньцзе, с завистью провожая взглядом удаляющуюся спину лидера второго курса.
Однако на фоне их восторга Ван Цзе оставался подчеркнуто холодным. Он лишь пренебрежительно усмехнулся:
— Тьфу, да что вы раскудахтались? Если наш брат Хао возьмется всерьез, то не только Чжан Цзянь — даже Сяо Фэй не устоит перед ним!
Эти слова Ван Цзе заставили меня сиять. Я с довольной ухмылкой обхватил Ван Цзе за шею:
— О, железный друг, мне по нраву эти речи! А ну-ка, давай, назови меня отцом, хочу послушать!
— Отвали! — Ван Цзе отмахнулся от моей руки с явным отвращением, отвесив порцию брани.
...
— Брат Цзянь, этот Бай Хао какой-то наглый. Щегол с первого курса, а строит из себя ровню вам. Может, поставить его на место? — в другой части площадки подручный Чжан Цзяня, не сдерживая негодования, выразил свое недовольство.
— Я слышал, что этот парень дерзкий и жестокий, но сегодня убедился в этом сам, — нахмурился Чжан Цзянь.
Видя недовольство своего босса, парень поспешил предложить:
— Так что, может, я со своими людьми...
Он не закончил фразу, но все поняли, к чему он клонит. Однако, вопреки ожиданиям, Чжан Цзянь покачал головой и вздохнул:
— Я сейчас веду серьезную игру с Чжоу Сыюй. Эта баба — крепкий орешек, и мне совершенно не нужно плодить лишних врагов в лице Бай Хао.
Услышав решение лидера, подчиненный больше не посмел настаивать.