Фан Чжии, который изначально подготовился к изучению древней тактики ведения войны, был несколько удивлен новостью о том, что командир гарнизона Нинбао открыл ворота и сдался, но, подумав, счел это вполне логичным. Пограничная армия Северных рубежей была самой боеспособной во всей Великой Ся — это были войска, которые почти каждый месяц сражались с северными варварами, их закалка была буквально пропитана кровью.
Поэтому он не понимал, что взбрело в голову новому императору, решившему нанести удар по роду Фан. Конечно, еще меньше он мог понять, почему прежний владелец тела действительно по глупости вернулся обратно.
Глядя на заискивающую улыбку командира гарнизона, у Фан Чжии возникла новая идея.
— Ты ведь хорошо знаком с командирами гарнизонов в этих краях, верно?
Командир гарнизона закивал головой. Хоть он и не встречался с этим молодым человеком раньше, но по виду тот был тем самым маленьким генералом из рода Фан, о котором ходили слухи, что он мастер военного дела.
— Вот что, дальше ты пойдешь с нами и поможешь нам открыть ворота города. Я запишу это тебе в заслугу.
Командир гарнизона заколебался:
— Маленький генерал, с моими воротами все понятно, но город Нинцзэ, который впереди, охраняет Ли Сы. Боюсь, он не откроет ворота так просто...
— Поэтому я и хочу, чтобы ты пошел и попросил открыть их.
Командир гарнизона покачал головой:
— Он не откроет их для меня. Этот человек упрям как осел, к тому же он мастер обороны. — Как и следовало из названия, этот Ли Сы был экспертом по оборонительным сражениям.
Фан Чжии усмехнулся:
— Я же сказал, иди сам. Когда мы прибудем, тебе нужно будет просто открыть ворота. К чему столько сложностей?
Командир гарнизона вытаращил глаза. Неужели я слишком много надумал?
— Когда мы прибудем сюда, новости наверняка уже распространятся, ведь столько людей сейчас на виду. Ты просто притворись, что бежишь после поражения. Как тебе?
Как только слова были произнесены, стоявшие по бокам личные стражники обнажили свои мечи. Командир гарнизона немедленно опустился на колени:
— Без проблем!
— Вот именно, так-то лучше. Когда мы завершим очищение окружения государя, я скажу императору, чтобы тебя повысили в звании и перевели обратно в столицу, где ты сможешь с комфортом служить чиновником. — Фан Чжии помог ему встать и даже стряхнул несуществующую пыль с его плеч.
Так, с сотней с лишним солдат Стражи Громового Удара, переодетых в разбитые остатки войск, командир гарнизона бежал в город Нинцзэ. Ли Сы, получив известие о мятеже на Северных рубежах, хоть и презирал бегство сослуживца, но из чувства долга позволил ему войти в город. В самом городе сейчас не хватало людей, поэтому он просто включил присланные остатки войск в гарнизонный состав.
Таким образом, когда Пограничная армия Северных рубежей добралась до ворот Нинцзэ, Ли Сы даже не успел отдать приказ лучникам выпустить стрелы, как кто-то уже прорывался к воротам и открывал их изнутри. Наблюдая, как поток бойцов Отряда Прорыва вливается в город, словно прилив, Ли Сы погрузился в глубокие раздумья.
Прежний командир гарнизона, потирая руки, подошел к Фан Чжии. Фан Чжии похвалил его, а затем дал знак бежать дальше. В этот раз командир гарнизона быстро все понял и, возглавив группу переодетых воинов Отряда Прорыва, развернулся и бросился наутек.
Тем временем в императорском дворце новый император с силой швырнул стопку донесений в придворных:
— Род Фан поднял мятеж! Пограничная армия Северных рубежей восстала!
Во дворце воцарилась гробовая тишина.
— Они убили присланного Мною надзирателя! Прошло меньше половины месяца, а они уже взяли несколько городов! Еще три дня, и они будут у столицы! Гарнизоны в городах, через которые они проходят, либо сдаются без боя, либо в ужасе бегут! Неужели во всей Великой Ся нет ни одной армии, способной сражаться, кроме войск рода Фан?
Лю Вэньхуэй дрожащим голосом вышел вперед:
— Ваше Величество, прошу гневаться меньше, столичная стража непременно обеспечит безопасность столицы.
А стоявший в самом конце Фан Вэньюань был в крайней тревоге. Мой упрямый старший брат поднял бунт? Как он посмел?
Новый император взглянул на Лю Вэньхуэя и прищурился:
— Стража! Схватить всех членов рода Фан!
У Фан Вэньюаня подкосились ноги:
— Ваше Величество, я... я ничего не знаю!
Лю Вэньхуэй хотел что-то сказать, но, встретившись взглядом с императором, чуть не наложил в штаны и поспешно отступил назад, наблюдая, как уводят его внука.
— А где семьи тех цзедуши и командующих? Схватить всех до единого! Посмотрим, сколько еще попрыгает этот Фан Чжии!
Вскоре дворцовая стража в спешке вбежала внутрь с докладом:
— Ваше Величество, после проведенной проверки выяснилось, что семьи тех военных уже покинули столицу!
Глаза нового императора округлились:
— Что? Столько людей уехало, а вы не знали? Чем занимается начальник городской стражи?
— Прошу прощения, Ваше Величество. Людей, входящих и выходящих из столицы, всегда много. Дозорные проверяли списки лишь раз в день, чтобы убедиться, что семьи все еще в городе, кто же знал, что они...
— Говори!
— Они наняли простолюдинов, чтобы те носили их одежду и жили в их домах. Поскольку долгое время никаких проблем не возникало, дозорные и не заподозрили неладное...
— Негодяи!
— Что случилось, почему столько гнева? — Из-за боковой стены появилась фигура, медленно поднялась по ступеням и протянула руку, чтобы обнять нового императора.
Увидев Лю Гуся, новый император почувствовал, как гнев в его глазах мгновенно исчез, уступив место лишь нежности:
— Зачем ты пришла? Почему не отдохнула еще немного?
Стоящие внизу сановники впали в полное замешательство, лишь немногие нахмурились. Какой позор! Эта наложница осмелилась подойти к императору во время официального приема!
— Без тебя я не могу уснуть, — Лю Гуся надула губки и начала ластиться. — Что случилось, почему ты так разгневан?
Новый император, казалось, только сейчас вспомнил о мятеже и, повернувшись к сановникам, бросил:
— Сами все обдумайте, подготовьте план действий! Сегодня останетесь здесь, пока не решите! — Сказав это, он вдруг подхватил Лю Гуся на руки и ушел во внутренние покои.
Сановники окончательно потеряли самообладание.
— Беда на носу, а он думает лишь о любовных делах?
— Конец, пришел конец.
— Может, нам податься на юг?
Лишь немногие старые сановники стояли с суровыми лицами.
— Ты хочешь сказать, что брат Чжии поднял восстание? — Лю Гуся в изумлении прикрыла рот рукой.
Новый император помрачнел:
— Не смей называть его так!
— Ну хорошо, я случайно! И что теперь делать? Может, я пойду встречусь с ним? Полагаю, он делает это ради меня...
Лицо нового императора стало еще темнее:
— Если он пришел ради тебя, а ты пойдешь к нему, разве не будет это походом в один конец? Я запрещаю!
— Посмотри на себя, ведешь себя как ребенок. Хорошо, хорошо, я не пойду. Я напишу ему письмо, пусть отведет войска обратно на рубежи и вернется один просить о прощении, но ты не должен его наказывать! — Лю Гуся подбоченилась.
Новый император протянул руку и щелкнул ее по носу:
— Хорошо.
— Генерал, в ста ли впереди столица, — доложил один из цзедуши, с волнением поглаживая крепостную стену перед собой. — Сколько лет я не был на этой заставе Сяошань. Никогда бы не подумал, что снова увижу ее при таких обстоятельствах, когда мы возвращаемся с боем.
— Старина Ху, хватит предаваться воспоминаниям, этот путь был достаточно легким, не так ли? Благодаря стратегии генерала мы без особых усилий дошли до самой столицы.
— Боюсь, столицу будет нелегко взять. Там восемьдесят тысяч столичной стражи и тридцать тысяч императорской гвардии.
— Нелегко или нет, но сражаться придется. Мы уже здесь, неужели теперь повернем обратно на Северные рубежи, поджав хвосты?
Фан Чжии прищурился, глядя на вдалеке видневшуюся столицу. Рядом с ним парило странное существо, видимое только ему.
— Хост, ты теперь окончательно стал мятежником. По-моему, это не очень хорошо.
— Сколько раз Я говорил тебе, Я — верный подданный, и в этот раз действую исключительно ради очищения окружения государя!