— Девятнадцатый принц и впрямь непрост.
Цинь Да наставлял Ми Сяотай:
— Я постараюсь выведать побольше у этой Жуи. Сама тоже будь настороже, мало ли что... — он понизил голос. — Если в Зале Белой Груши что-то пойдёт не так, сразу уходи.
Ми Сяотай задумалась:
— А можно покинуть дворец?
Ей казалось, что в государстве Лян начнутся беспорядки, а императорский дворец — средоточие власти, там уж точно неспокойно.
Цинь Да покачал головой:
— Во дворец попасть непросто, а выйти ещё труднее. К тому же ты теперь служишь в Зале Белой Груши. Чтобы действительно покинуть дворец, первым делом нужно получить согласие Девятнадцатого принца.
И это лишь первый шаг.
Если бы у Девятнадцатого принца была власть, отпустить Ми Сяотай из дворца было бы для него парой пустяков.
Но Девятнадцатый принц во дворце как невидимка — ни малейшего влияния.
Даже если Ми Сяотай покинет Зал Белой Груши, пройти остальные процедуры будет нелегко.
Ми Сяотай просто спросила; пока в Зале Белой Груши относительно безопасно, и лучше не дёргаться.
Цинь Да достал немного закусок:
— Сегодня здесь Жуи, так что многого не унести. Пожуй пока что-нибудь.
С этими словами он отправился учить Жуи готовить (и выведывать её секреты).
Ми Сяотай, глядя на разнообразные сухофрукты и пирожные, выбрала несколько и положила в коробку для еды, а часть убрала в ячейки рюкзака.
Вернувшись в Зал Белой Груши, Жуи увидел коробку с пирожными и с завистью посмотрел на Ми Сяотай:
— Сестрёнка Сяотай, управляющий Цинь к тебе и правду хорошо относится.
Цены на зерно в провинциях взлетели до небес, многие люди не то что таких изысканных пирожных — даже грубой каши для пропитания не каждый день видят.
А в самом дворце, кроме тех, кто у власти и в фаворе, простые слуги вряд ли могут позволить себе такую еду.
В такое время подкинуть столько съестного — явно не обычное знакомство.
Цинь Да — человек расчётливый, но к Ми Сяотай он явно относится с душевной теплотой.
Ми Сяотай, накормив Девятнадцатого принца, вернулась в свою комнату.
В восточном доме Жуи о чём-то тихо беседовал с Шэнъи.
— Эта Ми Сяотай мне непонятна, — задумчиво произнёс Жуи. — Она от меня настороже, почти ничего не говорит, но я вижу, что она не связана с другими группировками. А этот Цинь Да сам к ней подкатывает.
Шэнъи кивнул:
— Я слышал о Цинь Да. Он себе на уме, любит оказывать услуги тем, у кого есть потенциал. Если бы Ми Сяотай была глубоко замешана с какой-то силой, он не стал бы ей так помогать.
— Верно, этот Цинь Да — хитрая бестия, сегодня чуть не выведал все мои тайны, — цокнул языком Жуи. — Обычно это я у людей выведываю, а сегодня нашёл достойного соперника.
Шэнъи вернулся к теме:
— Раз Девятнадцатый принц согласился оставить Ми Сяотай, нам нечего вмешиваться. Главное — наше дело.
Жуи кивнул:
— Я просто на всякий случай.
Глубокой ночью Ми Сяотай снова принудительно разбудила Система переработки.
【Газообразное подлежит переработке: Успокаивающий дух аромат 0.1 г】
Ми Сяотай: ?
Ми Сяотай: …
Переработав газ, Ми Сяотай лежала не двигаясь. Шаги за дверью постепенно удалились и стихли.
Ми Сяотай перевернулась на другой бок и, закрыв глаза, снова уснула.
Успокаивающий дух аромат лишь углубляет сон, никакого вреда не несёт.
Если бы кто-то задумал навредить Залу Белой Груши, он не стал бы использовать успокаивающий аромат.
Тот, кто его применил, скорее всего, Шэнъи или Жуи из восточного дома.
Значит, эти двое действительно прибыли в Зал Белой Груши с какой-то целью.
Ми Сяотай не знала, что именно они задумали, да и не горела желанием выяснять.
Пока они ей не вредят, пусть каждый живёт своей жизнью.
Двое, добравшись до Павильона Множества Ароматов неподалёку от Зала Белой Груши, осторожно зажгли фонарь. Шэнъи сосредоточенно начал отмерять расстояние шагами.
Жуи, освещая вокруг фонарём, постепенно помрачнел:
— Что-то здесь не так?
Шэнъи кивнул:
— Плиты на полу сдвинуты, и судя по следам, недавно.
Жуи подхватил:
— И внутри слишком пусто: ни одной целой вещи, одни развалины. Кто мог так «чисто» убраться?
Эти вещи и гроша ломаного не стоили, даже на растопку брать — возни много, да и не к добру.
Жуи нахмурился:
— Неужели кто-то ещё следит за этим местом?
Шэнъи не придал значения:
— Девятнадцатый принц говорил, что здесь почти двадцать лет никого не было. Если заметишь что-то странное, не обращай внимания — это не повлияет на наш план.
Услышав, что это слова Девятнадцатого принца, Жуи успокоился, но всё же пробормотал:
— Неужели это сам Девятнадцатый принц устроил?
Но сколько ни думал, не мог понять, зачем принцу это понадобилось.
Проснувшись на следующее утро, Ми Сяотай обнаружила, что Шэнъи стирает одежду, а Жуи выглядит совсем невыспавшимся:
— Сяотай, я сегодня плохо спал, не пойду с тобой на кухню.
Говоря это, Жуи несколько раз зевнул, не открывая глаз.
Ми Сяотай посмотрела на его тёмные круги под глазами.
Похоже, он не просто плохо спал, а вообще не ложился.
И притом, кажется, всю ночь вкалывал без передышки.
— Ничего, я сама справлюсь, — ответила Ми Сяотай.
Она была только рада, что Жуи не идёт с ней, ведь так удобнее прихватить что-нибудь с кухни.
Несколько дней подряд Шэнъи и Жуи были в таком состоянии.
Ми Сяотай всерьёз боялась, что они переутомятся и умрут.
Затем они начали «сменяться» — вдвоём появлялись всё реже.
Каждый раз, проходя мимо заброшенных строений по соседству с Залом Белой Груши, Ми Сяотай невольно замедляла шаг, но больше ни разу туда не заходила.
На кухне из-за приближающегося пира на Праздник Середины Осени все крутились как белки в колесе.
А поскольку штат кухни перед этим сократили, Цинь Да был на взводе:
— Сяотай, в день пира ты обязательно должна прийти помочь!
Он тяжело выдохнул:
— Я эти дни раздобуду побольше вкусного, ты отнесёшь своему господину, чтобы он в тот день отпустил тебя.
Это Цинь Да, конечно, пошутил.
За время общения он понял, что у Ми Сяотай в Зале Белой Груши большая свобода: Девятнадцатый принц её не ограничивает и не запрещает ходить куда ей вздумается.
Ми Сяотай согласилась.
Она получила от Цинь Да столько добра, что помочь — дело чести.
К тому же, под видом помощницы кухни можно было припрятать побольше еды в ячейки рюкзака.
А во время многолюдных банкетов можно было подслушать много новостей.
За несколько дней до Праздника Середины Осени Шэнъи и Жуи наконец перестали быть такими «занятыми».
Когда Жуи услышал, что Ми Сяотай через пару дней пойдёт помогать на кухню во время пира, он хитро прищурился:
— Сяотай, сегодня вечером я пойду с тобой на кухню. Я неплохо владею ножом, может, помогу управляющему Циню, подзаработаю немного. А если и без платы, то хоть поем вкусного.
Ми Сяотай посмотрела на Жуи, потом на Шэнъи и не стала отказываться.
За почти два месяца она убедилась, что эти двое не желают ей зла.
Более того, их моральный уровень гораздо выше, чем у тех дворцовых слуг, которые топчут слабых и не знают границ.
Встретив Цинь Да, Жуи не стал просить Ми Сяотай замолвить словечко, а сам наладил с ним контакт.
В итоге неизвестно, как они договорились, но Цинь Да разрешил Жуи тоже прийти помогать на пиру.
На небе висела полная луна. Наступил Праздник Середины Осени.