Сун Чэньгуан небрежно сказал:
— Вчера при переезде устал, спал дома. А, кстати, ты сейчас работаешь на прокатном заводе, сколько зарабатываешь в месяц?
Оригинальный владелец умер прошлой ночью, поэтому он знал ситуацию только после шестьдесят пятого года.
Но сейчас пятьдесят первый, так что он не очень в курсе.
К тому же, когда начнутся события, Цзя Дунсюй уже будет висеть на стене.
Что касается того, как Цзя Дунсюй попал на прокатный завод, он слышал от мамы в прошлом году одну фразу.
Сказала, что старый Цзя, то есть отец Цзя Дунсюя, повесился, и тогда Цзя Дунсюй пошёл работать на прокатный завод.
— Летом прошлого года поступил на прокатный завод, уже больше года, зарплата пока не очень.
Но я сейчас ученик слесаря, старший мастер в нашем дворе — слесарь, у него зарплата высокая.
Цзя Дунсюй думал: если он будет усердно и упорно учиться мастерству, то обязательно станет таким же, как старший мастер — и зарплата высокая, и на заводе уважают.
Сун Чэньгуан кивнул и снова спросил:
— Не очень — это сколько? Тридцать юаней есть?
— Э-э, всего двадцать два юаня, когда в следующем году стану постоянным, буду получать двадцать восемь.
Цзя Дунсюю стало неловко, он быстро перевёл тему:
— Сун Чэньгуан, а ты чем занимаешься?
— Я? Пока без работы.
Сун Чэньгуан думал: если бы не выгнал отец, он бы просто сидел на шее у родителей.
Помолчав, добавил:
— Дунсюй, тебе хорошо, ученик слесаря — хоть любую городскую девушку выбирай?
Сун Чэньгуан перешёл к делу, потому что знал, какая у брата жена.
Но он действительно не знал, когда именно Цзя Дунсюй женился на Цинь Хуайжу.
Теперь, когда у него появилась мысль спасти брата, нужно было выяснить обстановку, иначе как он поможет?
Не шутил: Цзя Дунсюй не справится с Цинь Хуайжу, придётся ему.
Затем снова спросил:
— Цзя Дунсюй, ты нашёл девушку? Она городская?
— Нет, мама сказала, что на выходные устроит мне свидание с деревенской девушкой, говорит, из Чанпина.
Цзя Дунсюю было немного неловко, он хотел соврать.
Но завтра как раз выходные, он идёт на свидание, это обязательно разнесётся по двору, не скрыть.
Помолчав, спросил:
— Сун Чэньгуан, а у тебя были свидания?
Тут Сун Чэньгуан засмеялся:
— Я ещё хуже тебя, ни одного свидания не было.
Деревенская девушка — хорошо!
А из Чанпина — ещё лучше.
Так что он почти уверен, что это, скорее всего, Цинь Хуайжу.
И быстро сказал:
— Цзя Дунсюй, ты не можешь жениться на деревенской...
Он говорил, оглядываясь по сторонам, и понизил голос:
— Про то, что ты идёшь на свидание с деревенской, уже говорят, я только что слышал.
Он сразу применил козырь: семья Цзя хоть и бедная, но дорожит репутацией.
— Ах ты, черт побери, что такого в деревенских? Если посчитать, у кого предки не были из деревни?
Цзя Дунсюй сразу завёлся, пробормотал пару слов, на душе стало нехорошо, и сказал:
— Сун Чэньгуан, ты прав, я не могу жениться на деревенской. Я вернусь и скажу маме, чтобы она пошла в переулок Фонарей к свахе и отказала девушке.
— Эй, подожди, не торопись. Раз она приезжает из деревни в город, твоя мама наверняка уже дала деньги на дорогу, иначе будет большой убыток.
Сун Чэньгуан быстро схватил Цзя Дунсюя, тот ещё не договорил, был таким же нетерпеливым, как в школе, когда они первые лезли подглядывать в женский туалет.
— Точно, я и не подумал, мама дала тридцать цзяо на дорогу. Как же быть?
Цзя Дунсюй не хотел терять деньги: тридцать цзяо хватило бы на большую миску мясной лапши, ещё и с яйцом, да ещё пять фыней осталось бы.
Вкуснотища.
— Давай так: я никогда не был на свиданиях, так что отдай девушку мне.
А, кстати, как зовут ту девушку, которую тебе сосватала мама?
Сун Чэньгуан должен был точно узнать; если это не Цинь Хуайжу, он не возьмёт, а другая — неизвестно что, как лотерея, не надёжно!
— Мама сказала, её зовут Цинь Хуайжу, хорошая родительница. Сун Чэньгуан, ты ведь не собираешься взять деревенскую?
Цзя Дунсюй знал, что у матери глаз намётан: когда она искала ему жену, первым делом было продолжить род семьи Цзя.
— Кхе-кхе... есть такая мысль. Ты знаешь мою ситуацию: дома хоть и есть деньги, но отец меня не жалует, с городской девушкой у меня шансов нет.
Так что пусть будет эта девушка, отдай её мне, а я потом верну тебе тридцать цзяо на дорогу.
Тогда ты наймёшь сваху и найдёшь городскую девушку, и репутация твоей семьи будет спасена.
Сун Чэньгуан был очень рад: Цинь Хуайжу — девушка что надо, если он на ней женится, у него будет хорошая жизнь.
— Отдать тебе?
Цзя Дунсюй, успокоившись, засомневался: он слышал от мамы, что девушка очень красивая.
— Цзя Дунсюй, давай так: если у меня получится, я приглашу тебя и твою маму в ресторан.
Сун Чэньгуан, видя такую реакцию, подумал, что если ещё немного уговорить, то получится.
— В ресторан?
Цзя Дунсюй снова заколебался: он любил вкусно поесть, и его мама тоже; с тех пор как отец ушёл, у них не было хороших дней.
— Да, я один в городе, никто не готовит, есть дома не буду, так что угощу вас обоих в ресторане.
А, кстати, когда завтра приедет девушка?
Сун Чэньгуан и не думал, что сразу после перемещения увидит Цинь Хуайжу.
Только вышел из дома и встретил Цзя Дунсюя — видно, ему суждена хорошая жизнь.
— Около полудня. Мама собиралась завтра после десяти часов повести меня в переулок Фонарей на встречу с девушкой.
Он и мама узнали: из Чанпина самый ранний автобус в город прибывает в десять, потом до свахи ещё примерно полчаса.
— Тогда договорились. Когда вернёшься домой, не забудь сказать маме, что ты не хочешь деревенскую.
А потом скажи, что я никогда не был на свиданиях, пусть меня пошлют развеяться. Получится или нет — я всё равно вас угощу.
Сун Чэньгуан сейчас был сговорчивым, но когда заполучит Цинь Хуайжу, всё изменится.
— А если мама не согласится?
Цзя Дунсюй загорелся, но всё ещё колебался: как ни крути, он не видел Цинь Хуайжу, но в голове представлялась хорошая девушка.
— Если ты хорошо объяснишь, она обязательно согласится. В крайнем случае ударь кулаком по столу — она не будет с тобой ссориться.
Цзя Дунсюй, мы столько лет сидели за одной партой, я желаю тебе добра.
Я первый возьму деревенскую, а ты потом подтянешься. Если потом захочешь деревенскую, никто уже слова не скажет.
Сун Чэньгуан считал, что дело верное: Цинь Хуайжу — деревенская девушка, выбора у неё нет, кто бы ни пришёл на свидание — всё равно женится.
— Ладно, я сейчас пойду и скажу маме, чтобы завтра она повела тебя на свидание с Цинь Хуайжу.
Сказав это, Цзя Дунсюй взял таз и пошёл домой: он давно понял, что жениться на деревенской — все будут смеяться.
Хорошо, что у него есть хороший друг, который не только взял на себя девушку, но ещё и пригласил в ресторан.
Он остался в большом выигрыше.