По пути к пику Тяньсюань Наньгун Ао в общих чертах рассказал Мо Юйлину о структуре секты Фаюнь. Проще говоря, географически секта Фаюнь состояла из четырех платформ и восьми пиков. По своему функциональному назначению четыре платформы делились на: Восточную Алую платформу для жертвоприношений и обрядов, Южную Алую платформу для закалки оружия и алхимии, Западную Сияющую платформу для соревнований и поединков и Северную Платформенный Помост для хранения книг и наставлений. Эти четыре квадратные платформы высоко висели в воздухе, каждая из них соединялась с пиком Семи Звезд четырьмя массивными металлическими цепями.Восемь пиков — это пик Семи Звезд и пик Цзывэй, на их вершинах располагались восемь даосских дворцов, которые служили резиденциями глав пиков и местами для решения повседневных дел секты.
Организационная структура секты Фаюнь заключалась в том, что глава секты управлял всеми делами и был высшим руководителем. Совет старейшин состоял из семи человек: первого старейшины Цянь Юйшу, второго старейшины Лю Вэя, третьего старейшины Сун Цинцы, четвертого старейшины Шу Минсинь, пятого старейшины Сяо Хуаяна, шестого старейшины Чжань Лана и седьмого старейшины Наньгун Ао. Права старейшин были лишь немногим меньше прав главы, но, как правило, они не вникали в повседневные мелочи, в основном посвящая себя медитации и совершенствованию. Главным смыслом существования старейшин было участие в решении важных дел секты и подавление внешних врагов силой. Далее следовали семь глав пиков — управленцы среднего звена, которые занимались повседневными делами. Все члены и ученики секты Фаюнь были распределены по этим семи пикам. Каждый пик выполнял свои обязанности: пик Тяньшу управлял наказаниями и отвечал за Восточную Алую платформу; пик Тяньсюань отвечал за земледелие; пик Тяньцзи управлял ремеслами и отвечал за Южную Алую платформу; пик Тяньцюань отвечал за лечебные травы; пик Юйхэн отвечал за боевые искусства и Западную Сияющую платформу; пик Кайян отвечал за приручение зверей; пик Яогуан отвечал за обучение и отвечал за Северный Платформенный Помост.
Пока Наньгун Ао вел неспешный рассказ, Мо Юйлин втайне все запоминал. Воспользовавшись моментом, пока ученик усваивал информацию, Наньгун Ао расспросил главу пика Кайян Ван Цзиньсуна о текущем положении дел в секте Фаюнь. Из рассказа Ван Цзиньсуна Наньгун Ао узнал, что нынешняя мощь секты Фаюнь сильно уступает прежней, в то время как старый враг, Долина Разрывания Богов, за последние тридцать лет значительно усилилась. Хотя местопребывание старого главы долины, достигшего ступени Приближения к бессмертным, неизвестно, нынешний глава и один из четырех Божественных посланников, Посланник Лазурного Дракона, успешно прорвались на ступень Приближения к бессмертным. Таким образом, Долина Разрывания Богов внезапно обрела двух мастеров ступени Приближения к бессмертным и трех мастеров ступени Вознесения.
В сравнении с этим боевая мощь секты Фаюнь высшего уровня выглядела жалким образом. После кончины старого главы Лун Чжэнжуна двадцать лет назад в секте остался лишь Верховный старейшина Хэ Цин, обладающий уровнем Приближения к бессмертным. Первый старейшина Цянь Юйшу, будучи мастером пика ступени Вознесения, из-за неудачи при прорыве стал временами терять рассудок. Даже в периоды ясности он был вынужден тратить духовную энергию на подавление внутренних демонов, поэтому его реальная боевая мощь едва соответствовала начальному или среднему этапу ступени Вознесения, и в критический момент он едва ли мог помочь.
Второй старейшина Лю Вэй был известным в секте добряком, но хотя он достиг ступени Вознесения, он годами охранял Восточную Алую платформу и, кроме важных событий, не покидал ее, тем более не уходя из секты Фаюнь.
Третий старейшина Сун Цинцы и четвертый старейшина Шу Минсинь уже давно достигли ступени Вознесения, но оба уже по очереди ушли в затворничество, и неизвестно, когда смогут из него выйти.
Пятый старейшина Сяо Хуаян был талантливым мастером в создании артефактов, его Сила Небесного Стального Драконьего Пламени достигла невероятных высот, и он был известным мастером ступени Вознесения, но, к несчастью, семьдесят лет назад в битве с Божественным посланником Белого Тигра, одним из четверки Долины Разрывания Богов, получил тяжелые ранения, что привело к падению уровня развития, и сейчас он едва мог продемонстрировать мощь Пика стадии Трансформации Энергии.
Шестой старейшина Чжань Лан никогда не любил боевые искусства, отличался строптивым характером и до сих пор достиг лишь Пика стадии Трансформации Энергии.
Столкнувшись с непрекращающимися набегами демонических зверей и постоянным давлением Долины Разрывания Богов, секта Фаюнь оказалась в тисках внутренних и внешних бед. Если так пойдет и дальше, боюсь, статус одной из четырех великих сект окажется под угрозой.
Наньгун Ао невольно нахмурился. Когда он покинул секту Фаюнь, она была небывало сильна: Верховный старейшина Хэ Цин был непревзойденным мастером ступени Приближения к бессмертным; глава Лун Чжэнжун и первый старейшина Цянь Юйшу годами предавались совершенствованию на ступени Вознесения и до ступени Приближения к бессмертным им оставался лишь один шаг; третий старейшина Сун Цинцы и четвертый старейшина Шу Минсинь уже были на ступени Вознесения; а число мастеров стадии Трансформации Энергии превышало двадцать человек. Как она могла прийти в такой упадок? В Долине Циюнь старейшина Чжань упоминал, что у старейшины Цяня возникли проблемы во время затворничества, но тогда Наньгун Ао, потрясенный вестью о гибели наставника, не обратил внимания. Как же Цянь мог сойти с ума? Связано ли его безумие со смертью наставника? Наньгун Ао плотно сжал губы, погрузившись в раздумья.
Спустя некоторое время троица приземлилась на пике Тяньсюань. Там располагался уединенный даосский дворец, перед воротами которого раскинулись деревья гинкго. Устланная опавшими листьями земля сияла золотом — зрелище было поистине прекрасным. Глава пика Кайян приземлился вместе с ними, как вдруг из дворца донесся громкий и бодрый смех:
— Ха-ха-ха-ха! Младший брат Сун, сегодня не пошел докладывать на пик Юйхэн, а решил заглянуть ко мне на пик Тяньсюань?
Глава пика Кайян, услышав это, невольно покраснел, украдкой взглянул на Наньгун Ао рядом с собой, затем громко кашлянул, чтобы скрыть смущение, и крикнул в сторону дворца:
— Старший брат Бэйшань, не надо шутить. Младший брат по приказу главы секты привел старейшину Наньгуна и его ученика на пик Тяньсюань. Прошу старшего брата поскорее выйти навстречу...
Не успел он закончить фразу, как подул легкий ветерок, и перед троицей внезапно возник грузный толстый даос.
Этот толстяк был восьми чи ростом, с круглой головой, пухлыми щеками и большими ушами. Его короткие седые волосы стояли дыбом, словно стальные иглы, глазки щурились в две узкие щелочки, а красный нос картошкой, казалось, был размером с жабу, примостившуюся посреди мясистого лица. Две толстые губы обрамляли огромный рот, а в широкой улыбке сверкнули на удивление белые и ровные зубы. Его фигура как две капли воды напоминала Майтрею из храма. Это обилие жира было поистине впечатляющим, обхват талии, казалось, был равен высоте, и все это тело подрагивало при каждом вдохе, создавая волны плоти — визуальный эффект был ошеломляющим. Судя по крайне высокой частоте дыхания, казалось, что он едва не падает от усталости, просто стоя на месте.
Этот человек невероятно быстр! Мо Юйлин был поражен не только телосложением, но и скоростью этого человека. Сравнив толстяка со старейшиной Чжанем, которого видел в Долине Циюнь, Мо Юйлин мысленно прикинул: примерно полтора старейшины Чжаня.
С такой фигурой и такая невероятная скорость, что Мо Юйлин даже не уловил его перемещения. Похоже, этот человек — определенно мастер техники ветра.
Толстяк расплылся в широкой улыбке, обнажив ряд ослепительно белых зубов, и, хлопая себя по круглому, как мяч, животу, сказал главе пика Кайян:
— Ну ты и пройдоха! Сделать сделал, а признаться боишься. Столько лет каждый день бегаешь на пик Юйхэн, и не боялся, что увидят, а тут вдруг мне сказать запрещаешь?
Затем он повернулся, смерил взглядом Наньгун Ао, после чего посмотрел на Ван Цзиньсуна и сказал:
— Это... действительно старейшина Наньгун?
Ван Цзиньсун сжал зубы и бросил на толстяка свирепый взгляд. Его голос, точно высеченные из кремня искры, был обжигающим и колким:
— Это и есть старейшина Наньгун, годами отсутствовавший в секте! Старший брат, может, уже пора проявить должное уважение? Когда старейшина Наньгун уходил, ты, небось, еще в грязи копался да сверчков ловил, даже не сосчитать, сколько раз ты получил учительской линейкой от старейшины Цяня!
Затем он повернулся к Наньгун Ао и представил его:
— Старейшина Наньгун, это глава пика Тяньсюань — Пан Бэйшань. Он любимый ученик старейшины Цяня. Когда вы покидали секту, он был в ней меньше десяти лет и еще сопливым мальчишкой. К тому же особых талантов у него не было, достиг нынешнего уровня развития лишь благодаря удаче. Полагаю, у вас о нем не осталось впечатлений.
Пан Бэйшань изо всех сил попытался открыть свои щурящиеся глаза, но при беглом взгляде разница была почти незаметна. Однако его лицо вдруг слегка порозовело, на лбу и носу выступили капли пота, а возбуждение было трудно скрыть.
Он поправил даосское одеяние, с почтением сложил руки в приветствии перед Наньгун Ао:
— Оказывается, это и правда старейшина Наньгун! Вы — наша гордость секты Фаюнь, я с детства слушал ваши подвиги! Толстяк не знал, что сегодня вы вернетесь, и не узнал в вас великого мастера, прошу прощения.
— Жирный толстяк, подлиза! Несет всякую чепуху, слушать противно!
Ван Цзиньсун закатил глаза, мысленно уже поставив на Пан Бэйшане крест, но вслух лишь добавил:
— Старейшина Наньгун с учеником проделали долгий путь и очень устали. Старший брат Бэйшань, подбери им поскорее тихое жилье для отдыха. Глава секты устраивает вечерний пир на пике Цзывэй, позже мы вместе отправимся туда, чтобы поприветствовать старейшину Наньгуна.
Пан Бэйшань закивал, соглашаясь, что все верно, и поспешно подался в сторону, приглашая гостей по тропинке из голубого камня в сторону дворца.
Только тогда Пан Бэйшань заметил Мо Юйлина, стоявшего позади Наньгун Ао. Пока он вглядывался в его глаза, послышался голос Наньгун Ао:
— Глава пика Пан, это мой ученик, я взял его, когда был вне секты, зовут Мо Юйлин. Юй'эр, поклонись главе пика Пану.
Услышав наставника, Мо Юйлин поспешно вышел вперед и отвесил поклон:
— Мо Юйлин приветствует главу пика Пана.
Пан Бэйшань пришел в себя, крайне удивленный. Он придержал Мо Юйлина, рассыпаясь в похвалах, и с завистью сказал Наньгун Ао:
— Старейшина Наньгун, вот повезло так повезло! Ваш ученик... поистине дракон среди людей. По сравнению с ним ученики моего пика — сплошь мусор.
Наньгун Ао был польщен, но сохранял невозмутимый вид:
— Глава пика Пан слишком скромен. На пике Тяньсюань царит чистота и благодать, это воистину священное место, поэтому неудивительно, что здесь столько талантов.
Пан Бэйшань намеревался продолжить лесть, но Ван Цзиньсун, потеряв терпение, дернул его за рукав:
— Хорошо-хорошо, старший брат Бэйшань, старейшина Наньгун с дороги даже чаю еще не пил.
— Ой, точно! Старейшина Наньгун, прошу сюда! — Пан Бэйшань хлопнул себя по затылку и поспешил вперед. — На пике Тяньсюань сейчас 50 свободных пещер и 15 дворов. Сад фиолетового бамбука — самое тихое и изящное место, пойдемте посмотрим, думаю, вам понравится.
Вскоре они подошли к уединенному внутреннему двору. За воротами тихи покачивались фиолетовые бамбуки, в глубине сада виднелись дорожки, а в саду стояли каменный стол и несколько стульев. Лучи закатного солнца падали на опавшие листья, создавая поэтичную картину. Мо Юйлину очень понравился двор, он чем-то напомнил задний двор родного дома. Уголки его губ дрогнули в улыбке, но нахлынувшие чувства заставили дыхание участиться.
Наньгун Ао почувствовал перемену в настроении ученика и крепко сжал руку Мо Юйлина. Твердое тепло ладони наставника мгновенно разогнало тревогу и согрело сердце юноши.
— Старейшина Наньгун, это Сад фиолетового бамбука. Как вам? Нравится? Если все устраивает, оставайтесь здесь. Ученики пика будут приносить еду и следить за порядком. Если не нравится — не беда, скажите, что нужно, и я обязательно подберу место, которое вам придется по душе.
Наньгун Ао тепло улыбнулся в ответ:
— Глава пика Пан очень внимателен. Жаль, что в те годы, одержимый поиском пути боевых искусств, я часто бывал в разъездах и не запомнил вас как следует, иначе с вашим широким характером мы точно стали бы закадычными друзьями.
Пан Бэйшань радостно захлопал в ладоши:
— Никогда не поздно! Рад, что вы вернулись. Будьте уверены, мы еще пообщаемся! Я человек простой, чем богат, тем и рад, по поступкам судите!
— Мы еще станем близкими друзьями. Сад фиолетового бамбука — бывшая резиденция старейшины Цяня, конечно, мне здесь нравится! В былые времена я мечтал хоть раз послушать наставления старейшины Цяня за этим самым столом. Удивительно, как исполнились мои мечты спустя столько лет. Отныне буду докучать вам на пике Тяньсюань, — Наньгун Ао указал на каменный стол в саду с легкой улыбкой.
Пан Бэйшань ударил себя по затылку:
— Вот голова дырявая, забыл, что старейшина Наньгун знал это место! Раз нравится — это хорошо, хорошо...
— А! БАХ! БАХ! БАХ! — В этот момент пронзительный вопль, сопровождаемый странным звуком яростных ударов по металлу, донесся с другого пика, находящегося далеко за пределами Тяньсюаня. Несмотря на расстояние, звуки четко перебили речь Пан Бэйшаня.
Все находившиеся во дворе застыли. Ван Цзиньсун и Пан Бэйшань переглянулись. Пан Бэйшань поспешно обратился к Наньгун Ао:
— Старейшина Наньгун, вы пока устраивайтесь, мне нужно срочно разобраться с делами. Прошу прощения! — С этими словами он исчез, и Мо Юйлин, вглядываясь в едва заметные остаточные следы ветра в воздухе, так и не понял, как это произошло.
Даже Наньгун Ао был поражен. Скорость Пан Бэйшаня была невероятной. Хотя он видел, что тот находится на начальной стадии Пика стадии Трансформации Энергии, даже при его таланте к технике ветра и использовании высшего искусства секты Шаги Покорения Ветра Божественного Дракона, он не должен был двигаться так быстро, чтобы мастер его уровня не успел уследить. Видимо, этот толстяк не так прост.
Наньгун Ао с сомнением спросил Ван Цзиньсуна:
— Что это за крики?
Ван Цзиньсун тяжело вздохнул и указал на каменный стол:
— Старейшина Наньгун, давайте присядем.
Они сели, а Мо Юйлин тихо прошел в дом, чтобы найти чайник и приготовить чай. После того как Ван Цзиньсун начал свой неспешный рассказ, Наньгун Ао наконец узнал суть дела.