Во всей компании погасили свет, она погрузилась во тьму, и только неоновые вывески за окнами излучали мягкое сияние.
Му Цинъянь отложил графики с данными и потёр переносицу.
В его голубых глазах застыла толика раздражения.
— Целый день, целый день прошёл, а моя Жаньжань так и не пришла меня навестить, а в прошлый раз целовала меня в губы и говорила…
— Хм, маленькая лгунья. — Му Цинъянь облизнул губы, тихо фыркнув, словно насмехаясь над собой.
— Совсем непослушная, не знает, как я по ней скучаю.
Не знает она и того, как ему опостылели эти лицемерные светские рауты, глупые сослуживцы и эти вечно лезущие, тошнотворные самки.
Только море из их снов, что принадлежало лишь им двоим, и тот образ, что нежно касался его и улыбался ему, могли хоть немного его порадовать.
При мысли о манерной фигуре Нань Чжи взгляд Му Цинъяня становился всё холоднее.
До чего же противно.
Даже сотой доли красоты Жаньжань в ней нет, а смеет к нему лезть, и пахнет от неё не так, как от Жаньжань, воняет, а всё равно лезет…
Откуда у неё столько самоуверенности? Вот только новая секретарша — с ней нельзя обходиться слишком жёстко.
Придя в ресторан, Ин Буцзянь дважды чихнула. Кто это её ругает?
Ладно, неважно.
Она вошла внутрь — здесь всё было выкуплено Кланом Сюэ, и за столиком виднелась лишь одна фигура.
Мужчина высокого роста, в идеально сидящем тёмно-сером костюме, сидел в одиночестве.Черты его лица были благородны, с пятидесяти-процентным сходством с Сюэ Хуайанем, но совершенно иным складом характера.
Взгляд спокойный и острый, на переносице — очки без оправы, тонкие губы плотно сжаты.
От него исходила аура отстранённой и педантичной сдержанности, словно всё было под контролем, но ко всему он питал глубокое безразличие.
Завидев вошедшую в одиночестве Ин Буцзянь, мужчина отпил глоток воды. На его пальцах с чётко очерченными суставами блестело металлическое кольцо.
Тыльная сторона ладони чуть проступала синими венами — на редкость красиво.
— Сюэ Чанань, прошу садиться. — Сюэ Чанань представился сам, вежливо и сдержанно.
Паук в звериной форме, восходящая звезда военного ведомства, тип аскетичный…
Ходят слухи, что он не приближается к женщинам и мастерски добивается своего.
Полная противоположность Сюэ Хуайаню, который весь в скандалах и сплетнях.
В голове Ин Буцзянь мелькнула информация об этом старшем сыне Клана Сюэ, она тоже слегка кивнула:
— Да, господин Сюэ.
— Я Ин Буцзянь, старшая сестра… Нань Чжи.
— М-м, я заказал вам лимонад, вы, должно быть, полюбите. — Сюэ Чанань слегка кивнул, пододвигая тёплый напиток. Ин Буцзянь внутренне удивилась — это было для неё неожиданной честью.
В прошлой жизни ей ещё не встречался такой человек, как Сюэ Чанань, который бы относился к ней с уважением, не насмехался, пусть она и не знала, предназначался ли напиток изначально Нань Чжи и она просто перехватила его, но всё же…
— Спасибо.
Ин Буцзянь отпила глоток — кисло-сладкий, очень вкусно.
Прошло десять минут.
Нань Чжи наконец явилась с опозданием.
Она явно тщательно принарядилась: на ней было нежно-розовое платье, оттенявшее белизну её кожи, безупречный макияж, длинные слегка вьющиеся волосы — вид чистый и обворожительный.
Она сразу заметила Сюэ Чананя, глаза её чуть засияли, и она тут же, расплывшись в сладкой улыбке, быстро подошла:
— Чанань! Прости-прости, на дороге были пробки, заставила тебя ждать!
Голос у неё был нежный, с нарочитой близостью.
Сюэ Чанань поднял на неё глаза и лишь равнодушно кивнул.
— М-м.
Тон его казался даже более холодным, чем когда он разговаривал с Ин Буцзянь.
Нань Чжи, словно не заметив этой холодности, естественным движением попыталась сесть на свободное место рядом с ним, чуть подавшись вперёд, источая едва уловимый аромат.
Сюэ Чанань незаметно отодвинулся назад, едва заметно нахмурившись, в глазах мелькнула отчётливая неприязнь.
Улыбка Нань Чжи не дрогнула, она сделала вид, что ничего не заметила, и перевела внимание на Ин Буцзянь, обращаясь к ней с наигранной лаской и лёгким упрёком:
— Сестрица, как же ты пришла раньше и не сказала мне? Долго ждала, наверное? А Хуайань тоже хорош, где он ходит? Он самый необязательный.
— Ты уж, сестрица, обязательно должна его понять, ведь он в будущем станет твоим самцом.
Едва она договорила, у входа в ресторан послышалась суматоха и приглушённые возгласы.
Остановилась ярко-красная спортивная машина.
С тех пор как древний мир зверей минула тысяча лет, кроме того, что звериная форма так и не исчезла, пробудившиеся сверхспособности уже давно канули в Лету.
Так, вступив в цивилизацию, они и жили.
И вот показался Сюэ Хуань: на нём был вызывающе яркий бархатный костюм цвета бургунди, ворот рубашки нараспашку, на губах играла беззаботная улыбка. Под восхищёнными взглядами персонала он вошёл, словно в окружении софитов.
Походка его была небрежной, взгляд лениво скользнул по залу и остановился на их столике.
Глаза Нань Чжи тут же засияли, она почти мгновенно вскочила, голос до приторности сладкий:
— Хуайань! Сюда!
Сюэ Хуань усмехнулся уголком губ, шагнул длинными ногами, взгляд его сперва задержался на Нань Чжи, с привычным ветреным выражением, а затем, с той же насмешливой полуулыбкой, переместился на сидевшую рядом Ин Буцзянь.
Бегло, с неприкрытой оценкой и придирчивостью, он окинул взглядом её сальные волосы, полное лицо, рыхлое тело и, наконец, её спортивный костюм, который смотрелся здесь совершенно не к месту.
В конце он дёрнул уголком рта, издав едва слышный презрительный смешок, и непринуждённо сел на место рядом с Нань Чжи, вытянув длинные ноги и закинув ногу на ногу.
— Брат, вы уже все здесь?\