В больнице царил запах антисептиков. Сяо Тянь полулежал на больничной койке, на его лице уже вновь заиграл румянец. Прошло всего два дня с той смертельной схватки в полицейском участке, а его тяжелейшие раны, которые обычный человек залечивал бы месяцами, почти затянулись. Даже лечащий врач не мог скрыть своего изумления. Му Тин не отходила от него ни на шаг, в её глазах читались боль и глубокая забота.
Дверь открылась, и вошёл Чжан Юйцзэ. Его ранили не так сильно, и выглядел он бодро.
— Ну что, парень, как себя чувствуешь? — его громкий голос нарушил тишину палаты.
— Намного лучше, старший, — Сяо Тянь слегка кивнул.
— Вот и отлично, просто отлично! — Чжан Юйцзэ тяжело хлопнул Сяо Тяня по плечу (но тут же отдернул руку, побоявшись причинить ему боль). — Если бы не ты в тот день, я бы сложил свою старую кость там навсегда! Спасибо тебе от всего сердца!
— Не стоит благодарности, старший, вы ведь и сами мне не раз помогали, — сдержанно ответил Сяо Тянь.
— Эх, мы же свои люди! — Чжан Юйцзэ отмахнулся. В это время в палату вошла Му Тин с водой. Увидев Чжана, она просияла: — Капитан Чжан, вы пришли! Ваши раны больше не беспокоят?
— Хе-хе, я толстокожий, всё уже давно зажило! — Чжан Юйцзэ весело рассмеялся, затем перевёл взгляд на Сяо Тяня: — А вот этот малый… раны были куда серьёзнее, а восстановился так, будто ничего и не было. Просто какой-то монстр в человеческом обличье!
Сяо Тянь пропустил это мимо ушей, немного подумал и обратился к Чжан Юйцзэ:
— Старший, я хотел бы о кое-чём вас спросить.
— Спрашивай! Что за церемонии между нами? — Чжан Юйцзэ пододвинул стул и сел.
Взгляд Сяо Тяня стал острым:
— Вы знаете о четырёх древних книгах?
Улыбка мгновенно сползла с лица Чжан Юйцзэ, его взгляд стал тяжёлым и серьёзным:
— Четыре древние книги… Конечно, знаю! У нашего предка, Небесного мастера — Почтенного духа, была одна из них — Тяньу! Остальные три: Бэйшу, Тунцзи и Чжилинь — пропали без вести. Они либо спрятаны в тайных местах, либо находятся в руках у неизвестных людей. Парень, зачем ты спрашиваешь об этом?
В глазах Сяо Тяня промелькнула едва заметная жажда:
— Они нужны мне! Эти четыре тома — диковинные книги, созданные древними Небесными богами, они хранят в себе непостижимую силу. Возможно… они помогут мне подавить ту Ци черного зла, что с каждым днём всё сильнее бушует внутри меня.
Чжан Юйцзэ внимательно посмотрел на парня и медленно кивнул:
— Вот оно что… Теперь понятно. Книга Тяньу веками хранилась в секрете в нашей семье. Мой отец перед смертью говорил мне: истинный хозяин этой книги однажды придёт за ней. И если я встречу этого человека, я должен буду вернуть ему долг. Похоже, он говорил именно о тебе. — Он поднялся и торжественно добавил: — Как только тебя выпишут, я отведу тебя за ней.
Сяо Тянь наконец расслабился и едва заметно улыбнулся:
— Благодарю вас, старший!
— Не за что! В будущем, если у нас в отделе случатся новые запутанные дела, вся надежда будет на тебя! — рассмеялся Чжан Юйцзэ.
Наблюдая, как они пришли к согласию, Му Тин не удержалась и прыснула от смеха.
Вернемся на несколько дней назад, в университет города Цзянань.
В аудитории звучал монотонный голос профессора. На задней парте две студентки оживлённо шептались.
— Шаша, смотри! Билеты в кино от моего парня! Я сегодня днём с тобой не пойду, вечером вернусь и принесу тебе что-нибудь вкусненькое, — Сяо Синь довольно помахала билетами.
— Подумаешь! Аж завидно, — притворно надулась подруга и шутливо толкнула её. — Ладно, договорились, принеси мне чаю с молоком, моё сокровище!
— Идёт! — пообещала Сяо Синь.
Вечер, женское общежитие.
— Шаша, Сяо Синь опять на свидание удрала? — спросила соседка Гого, накладывая маску на лицо. — У неё парень, кажется, богатый?
— Эх, везёт же… когда уже я найду себе принца, — вздохнула Ли На, подперев подбородок рукой.
— Ой, не мечтай, в твоих снах ещё и не такое привидится! — едко заметила Сяожу, вызвав общий смех.
— Ах вот как! — Ли На сделала вид, что хочет её ударить.
Вдруг: — Хлоп! — общежитие погрузилось в кромешную тьму. Через мгновение погас свет во всём здании, а затем и во всём кампусе.
— Ой? Вырубили свет?
— Что за дела? Университет счета не оплатил?
— Плевать! Темно, как в могиле… может, пощекочем себе нервы? — в голосе Ли На в темноте слышалось возбуждение.
— Что предложишь?
— Давайте поиграем в Писянь? — раздался вкрадчивый голос Сяожу.
Воздух словно застыл.
— В Писянь? — голос Шаши заметно дрожал. — Может не надо? Жутко как-то, особенно в такой темноте…
— Да брось ты, трусиха! — Ли На было всё нипочём. — Это же просто игра, ради прикола! Такая взрослая, а боишься?
— Точно, давайте поиграем! — поддержала её Гого.
Шаша не смогла сопротивляться, но тихо предупредила:
— Только уговоримся: всё в меру, лишнего не спрашиваем и обязательно прилично попрощаемся, когда закончим…
— Ладно, ладно, сделаем, как хочешь! — согласились остальные.
Сяожу быстро приготовила карандаш и лист бумаги, теперь её лицо было серьёзным:
— Правила такие: сердце должно быть чистым, рука — твёрдой. Что бы вы ни услышали или почувствовали, не паникуйте и не отпускайте карандаш! И самое главное — никогда не спрашивайте, от чего умер Дух карандаша, откуда он взялся, не спрашивайте о продолжительности своей жизни и не вздумайте просить его показаться! Иначе… последствия разгребать будете сами. — Она обвела взглядом подруг: — Поняли?
— Поняли! Зануда, — отмахнулась Ли На и первой положила пальцы на карандаш. — Давай уже!
Шаша, Сяожу и Гого следом положили свои руки сверху. Холод карандаша заставил Шашу вздрогнуть.
— Повторяйте за мной, — голос Сяожу стал тихим и ритмичным. — Дух карандаша, дух карандаша, я — твоё прошлое, ты — моё настоящее. Если хочешь продолжить связь, нарисуй круг на бумаге…
Тихое бормотание наполняло комнату снова и снова…
Через щели в окне потянуло ледяным ветром, заставив шторы дрожать. Бледный лунный свет пробивался сквозь стекло, отбрасывая причудливые тени. В углу комнаты медленно сгущалась красная тень, она тихо и бесшумно начала приближаться.
Ледяная, как труп, рука незаметно накрыла руки девушек на карандаше.
Карандаш двинулся!
— А! Двигается, двигается! — возбуждённо выкрикнула Ли На.
— Он здесь… — голос Сяожу стал напряжённым. — Быстрее, задавайте вопросы! Помните правила!
— Я первая! Дух карандаша, когда я уже найду себе парня? Двадцать три года, а всё одна! — выпалила Ли На.
Карандаш под невидимой силой начал двигаться и уверенно указал на иероглиф Нет.
— Да ну! Серьёзно? — Ли На расстроилась. — И в этом году ничего? Бесит!
— Ладно тебе, от судьбы не уйдёшь, — тихо попыталась утешить её Шаша.
— Теперь я, — Сяожу глубоко вдохнула. — Дух карандаша, когда я смогу купить собственную виллу?
Карандаш дёрнулся, но на этот раз двигался с неприятным трудом и медленно пополз к иероглифу Смерть!
Сяожу побледнела:
— Что… Смерть? Почему? Это невозможно!
— Да брось, он просто шутит, — попыталась разрядить обстановку Шаша, но Сяожу не отрывала глаз от бумаги, её охватил ужас.
— Теперь я! Дух карандаша, получу ли я в этом году докторскую стипендию? — нетерпеливо спросила Гого.
Карандаш, словно чей-то злой волей, снова двинулся к… Смерти!
Улыбка Гого застыла, сменившись гневом:
— Смерть? Опять смерть? Сяожу, это ты всё подстроила? Хочешь нас напугать? Терпеть не могу эту идиотскую игру! — она резко отдернула руку и встала, кипя от злости.
— Гого! Не бросать! Мы ещё не попрощались! Вернись! — закричала Сяожу.
Но было поздно. В тот момент, когда Гого убрала руку, она боковым зрением отчётливо увидела рядом с ними фигуру в красном — длинные распущенные волосы, бледное лицо, пустые глазницы, полные крови, впившиеся в неё взглядом!
— А-а-а-а! Призрак! — Гого вскрикнула так, что у неё перехватило дыхание, и упала на пол.
— Гого! Что случилось? — девушки бросили игру и столпились вокруг неё.
— Призрак… призрак в красном… стоит рядом… смотрит на нас… — Гого дрожала всем телом, указывая на пустое место у стола.
Шаша посмотрела туда, куда указывала подруга, и почувствовала, как мороз продрал её по спине — на оконном стекле на секунду мелькнула расплывчатая красная тень!
— А-а! — завизжала и Шаша.
— Что опять? — Ли Нa потеряла терпение.
— Там… там призрак… я тоже видела его… — зубы Шаши стучали от страха.
— Довольно! — Ли На яростно махнула рукой. — Никаких призраков тут нет! Вы просто накрутили себя! Сяожу, всё из-за твоей идиотской игры!
— Может, мы всё-таки попрощаемся с Писянем? — сквозь слезы умоляла Шаша. — Он злится… Гого после этого…
— Сами прощайтесь! Идиоты! — Гого в панике взобралась на кровать и накрылась одеялом. — Какой ещё Писянь! Одни неприятности! Спрашиваешь о хорошем, а он всё Смерть да Смерть, издеваются, что ли!
Они разошлись, не договорившись. С чувством обиды и тревоги все легли спать. Странно, но как только они легли, свет внезапно загорелся. Яркая лампа разогнала тьму и, казалось, развеяла ужас. Усталость взяла своё, и они быстро уснули.
Никто не знал, что настоящий кошмар только начинается.
На следующий день. Учебная аудитория.
Сяо Синь с беспокойством смотрела на измождённую и бледную Шашу:
— Шаша? Ты что, заболела? Может, сходишь в медпункт?
— Нет… всё нормально… — ответила Шаша, не в силах поднять головы. Сяо Синь была в недоумении.
Вдруг пронзительный крик разорвал тишину кампуса!
— Учитель! Помогите! Гого! Гого выпрыгнула из окна!
Учебный корпус охватила паника. У балконов толпились напуганные студенты, внизу, в луже крови, лежало тело Гого. В хаосе кто-то указал на Ли На, которая тоже стояла на краю балкона в беспамятстве:
— Это она! Я видел, как Ли На её толкнула!
Учитель побледнел и вызвал полицию.
— Ли На! Что с тобой? Ли На! — Сяожу схватила её за руки.
Ли На смотрела перед собой пустым взглядом, дрожа всем телом, и истерично кричала:
— Это не я… не я! Это призрак! Это призрак её толкнул! Я видела! Тот призрак в красном! А-а-а!
Она вырвалась из рук Сяожу и с криками бросилась вниз по лестнице.
Вскоре кампус окружили полицейские машины. Ли На нашли, она всё ещё кричала о призраках. Место происшествия было оцеплено, страх охватил всех присутствующих.
Сяо Синь вернулась в класс и бледная прошептала Шаше:
— Шаша… Гого… она разбилась…
Шаша резко подняла голову, её глаза выражали предельный ужас:
— Это она… это она пришла за нами! Следующая… следующая буду я!
— Шаша, о чём ты? Кто пришёл? — Сяо Синь испугалась её состояния.
— Не спрашивай! Мне нужно уходить! Бежать! Иначе я тоже умру!
Шаша, как перепуганный заяц, бросилась прочь из аудитории.
— Шаша! Подожди!
Вечер, общежитие. Тяжёлая и гнетущая атмосфера давила на всех. Смерть Гого и нервный срыв Ли На были словно два огромных валуна на душе у каждой.
— Ли На… что всё-таки произошло днём? — решилась спросить Сяо Синь.
— Не спрашивай! Я не знаю! Уйди! — Ли На накрылась одеялом с головой. Сяожу помахала Сяо Синь, прося больше не нервировать Ли На. Они рано выключили свет, в комнате воцарилась гробовая тишина, но уснуть никто не мог.
Глубокая ночь.
— Кап… кап… — в тишине слышались капли воды.
— Хлоп! — окно распахнулось от резкого порыва ледяного ветра.
В темноте экран компьютера без всякой причины внезапно загорелся мертвенно-бледным светом.
Красная фигура, словно просочившись сквозь экран или залетев в окно, бесшумно зависла над кроватью Ли На! Волосы сами собой развевались в воздухе, а пара глаз, истекающих кровавыми слезами, в упор смотрела на спящую Ли На!
— У-у… — Ли На проснулась от невыносимого холода и, открыв глаза, встретилась взглядом с бледной физиономией призрака прямо перед собой!
— А-а-а-а-а! Призрак! — её крик, казалось, был слышен на всё здание.
— Нана!
— Что случилось?!
Сяо Синь, Сяожу и Шаша вскочили, включая фонарики на телефонах. В свете фонарей они увидели Ли На, забившуюся в угол кровати, обхватившую голову руками и указывающую на пустую кровать:
— Призрак… призрак в красном… она была там… она хочет убить меня… убить!
Сяо Синь бросилась к ней и крепко обняла:
— Не бойся, не бойся! Мы здесь! Мы все здесь!
Сяо Синь оглядела перепуганных соседок, её голос дрожал:
— Скажите мне! Что происходит? Я уходила всего на один день, а вернулась… Гого погибла, Ли На не в себе… Шаша, ты тоже сама не своя!
Сяожу побледнела:
— В тот день… выключили свет… мы… играли в Писянь… Гого разгневалась, насильно отпустила карандаш… и оскорбила духа… она… она была первой… мы… мы не смогли её отправить обратно…
Огромный ужас сковал её, она не могла говорить дальше. Пустота и отчаяние поселились в сердцах всех девушек.
На следующий день Шаша, не слушая никого, взяла отгул и решила уехать домой, чтобы сбежать из этого проклятого места.
Наступил вечер. Она одна тащила свой чемодан и остановила пригородный автобус. Пассажиров было мало. Шаша села у окна, уставши прислонившись головой к холодному стеклу, в голове проносились картины недавних ужасов.
Однако, когда она очнулась от своих мыслей и машинально взглянула на пустое сиденье рядом —
Бледное, залитое кровавыми слезами лицо призрака почти касалось её носа! Это был тот самый красный призрак!
— А-а! — Шаша вскрикнула от ужаса.
Она перевела взгляд на салон автобуса — там не было обычных людей! Везде, на каждом сиденье, в проходе — был только этот красный призрак! Тысячи кровавых глаз в тусклом свете фар смотрели прямо на неё с ненавистью!
— Совсем с ума сошла? Чего орешь?!
— Вот ведь ненормальная!
Возмущённые возгласы пассажиров (которые для Шаши были призраками) звучали со всех сторон.
Шаша была вся в холодном поту, зубы стучали, она лишь могла отчаянно извиняться, сжавшись в комок. Наконец автобус доехал до пригорода. Она выкатилась из машины и, не оглядываясь, побежала по тёмной сельской дороге. Она чувствовала, что ледяная аура преследует её.
Обессилев, Шаша села на обочине отдышаться. Только она хотела вытереть пот, как в десяти метрах от неё под фонарём увидела ту самую красную фигуру — она замерла и пристально смотрела на неё.
— А-а! Не подходи! — Шаша поползла назад, пятилась на четвереньках.
— Помогите! Спасите! — её истошные крики в пустой сельской местности звучали крайне беспомощно.
Призрак двинулся, медленно, неотвратимо приближаясь. Страх смерти сжал горло Шаши, ноги стали ватными. Когда когтистая бледная рука была совсем близко, Шаша в отчаянии закрыла глаза и прикрыла голову руками.
Но боли не последовало. Внезапно её окутала тёплая и мощная сила. Она осторожно убрала руки —
Перед ней стояла высокая фигура в черном с белыми волосами, он сложил пальцы в заклинание, и кончики их засветились, как молнии, указывая прямо в центр лба призрака! Золотая печать возникла из воздуха и впечаталась в нечисть!
— А-а! — призрак испустил жалобный вопль, отлетел назад и мгновенно растворился кровавым дымом в ночном воздухе.
Шаша, вся в холодном поту, оцепенев, смотрела на мужчину, похожего на сошедшего с небес бога.
— Всё позади, — произнёс холодный голос. Сяо Тянь коснулся нескольких точек на её спине, и поток тепла прогнал озноб.
— У-у… спасибо… — ужас и обида хлынули наружу, и Шаша разрыдалась, сбивчиво рассказывая о призраке, погибшей Гого, помутившейся рассудком Ли На и погоне.
Сяо Тянь нахмурился:
— Дух карандаша — призывается легко, избавляться — трудно.То, что вы вызвали — не обычный дух, а мстительный дух, полный глубокой обиды, для которого исполнение желаний — лишь способ заманить в ловушку. Сцены из фильмов — детский лепет. — Он посмотрел на дрожащую Шашу: — Оставаться здесь опасно. Веди меня к вам в университет.
Ведомые Шашей, Сяо Тянь и подоспевшая Му Тин вскоре стояли у общежития.
— Шаша? Ты вернулась? А кто это? — спросила Сяожу, с опаской оглядывая высокого парня в белыми волосами и чёрной одежде.
— Это Сяо Тянь, я позвала его на помощь! Он спас меня прошлой ночью! Он знает, как справиться с этой тварью! — поспешно ответила Шаша.
Сяожу, измученная и раздражённая, ответила:
— Шаша, хватит уже! Мы на грани срыва, хотим просто отдохнуть… — она собралась было идти в свою комнату.
— Сяожу, поверь мне!
Сяо Тянь не обращал внимания на их спор. Его проницательный взгляд сканировал окрестности. Он присел, подобрал немного влажной почвы под деревом рядом с общежитием, и кончики его пальцев слабо засветились энергией.
— Тяньгэ? Эта земля… — любопытно спросила Му Тин.
Сяо Тянь встал и уставился на здание:
— Обида здесь, прямо внутри. — Он направился к дверям.
— Эй! Подожди! Мужчинам нельзя в женское общежитие! — попыталась остановить его Шаша.
— Тяньгэ! — раздался радостный голос Му Тин, она подбежала и естественно взяла его под руку, повернувшись к Шаше: — Вы знакомы? Шаша?
— Старшая сестра Му Тин? — удивилась Шаша.
— Дух здесь, если не решить проблему, беды не избежать, — отрезал Сяо Тянь.
Му Тин тут же всё поняла и обратилась к Сяожу и остальным:
— У вас тут привидение? Мой Тяньгэ — профессионал!
В это время вышла Сяо Синь. Увидев спокойствие Сяо Тяня и перепуганных подруг, она решилась:
— Пусть заходит. Если… если он действительно может разобраться с тем, что нас преследует, то какая разница, кто он? Если нет — полицию всегда успеем вызвать.
Сяожу посмотрела на решительное лицо подруги, затем на Сяо Тяня и тяжело кивнула:
— Хорошо.
Компания только подошла к двери, не успев её толкнуть, как из комнаты раздался отчаянный вопль!
— А-а! Спасите!
Сяо Тянь прищурился и яростно распахнул дверь!
В центре комнаты Ли На висела в воздухе, охваченная невидимой силой, её лицо посинело, глаза повылезали из орбит, она тщетно хваталась за шею. А перед ней, во всей красе, парил красный призрак, с развевающимися волосами и окутывающей его чёрной ненавистью, вокруг висели десятки карандашей, острия которых сверкали холодом!
— Спаси… меня… — Ли На увидела вошедших, в её глазах вспыхнула последняя надежда.
— Демон! Наглая тварь! — рявкнул Сяо Тянь, ворвавшись в комнату, как призрак! Золотой Талисман ветра и грома вылетел из его рук и точно врезался в сердце призрака!
— А-а! — призрак взвыл, хватка ослабла. Му Тин среагировала мгновенно и подхватила падающую Ли На: — Эй, всё хорошо?
— Она… она хотела убить меня… — Ли На лежала на полу, глядя в пустоту.
Дух был ранен, он злобно уставился на Сяо Тяня, карандаши в воздухе превратились в чёрные стрелы и устремились к нему!
Сяо Тянь даже не моргнул. Он сжал кулак и с силой ударил по полу!
— Бум! — невидимая волна сотрясла пространство, не только разбив карандаши в щепки, но и отбросив призрака на несколько метров в стену, отчего сущность призрака исказилась и померкла!
— Ого… — у Сяожу челюсть отпала от изумления.
Дух попытался встать, в его глазах впервые промелькнул страх, он решил сквозь стену сбежать!
— Куда! — Сяо Тянь шагнул вперёд и оказался прямо перед ним. Его правая рука раскрылась, в ладони затрещала молния, и сложное и таинственное заклинание грома было готово!
— Приказ Пяти громов, разбей зло!
Ослепительный свет молнии вспыхнул! Призрака отбросило, как змея с оборванной нитью, он снова врезался в стену, окутывавшая его тёмная Ци рассеялась, он не мог подняться.
— Тяньгэ! Скорее добей его! — закричала Му Тин.
Сяо Тянь не спешил. Он холодно смотрел на него. Призрак, чувствуя смертельную угрозу, издал финальный вопль отчаяния, собрал остатки сил и в виде алого силуэта бросился на Сяо Тяня, решив вырвать ему горло! Скорость была невероятной!
Перед лицом этой последней атаки Сяо Тянь не шелохнулся!
За долю секунды до того, как когти коснулись его кожи —
— Гум! — слой тонкого, но несокрушимого золотого света вспыхнул вокруг него!
— Па! — как будто врезавшись в медную стену, когти призрака рассыпались, его отбросило огромной силой, он ударился о пол, став почти прозрачным, и еле дышал.
В глазах Сяо Тяня промелькнул холодный блеск. Он не стал ждать. Его руки быстро сложили печать, и неистовая молния сконцентрировалась в ладони!
— Истинный метод Пяти громов, искорени душу и форму! Повинуйся!
Крупный серебряный удар молнии обрушился с небес, попав точно в него!
Комнату наполнил ослепительно белый свет. В этом сиянии дух издал последний крик неудовлетворённости, его сущность растаяла, как снег под солнцем, разрушилась и превратилась в дым, навсегда исчезнув из мира.
В комнате повисла тишина, слышалось лишь тяжёлое дыхание присутствующих. Ли На во все глаза смотрела на Сяо Тяня, словно на божество. Сяо Синь закрыла рот рукой, голос её дрожал:
— Он… он… божество? Или… даос с горы Маошань?
— Ха-ха! — Му Тин от души рассмеялась, не без гордости: — Ну конечно нет! Мой Тяньгэ — самый крутой экзорцист!
Пыль осела. Сяо Тянь вёл себя так, будто совершил пустяковое дело, даже не взглянув на перепуганных людей, он повернулся и пошёл прочь.
— Эй! Тян-гэ! Подожди меня! — Му Тин поспешила следом.
В общежитии четыре девушки переглянулись, глядя на беспорядок на полу и пустой дверной проём. Облегчение от того, что удалось выжить, переплеталось с неописуемым потрясением. Тот образ в чёрных одеждах с седыми волосами и сцена, где он одним движением усмирил свирепого призрака, глубоко врезались в их память.