В центре речного русла осталась лишь гигантская выжженная воронка глубиной в несколько метров.
Из ямы поднимался тонкий сизый дым, разнося едкий запах гари и густой аромат озона.
На дне, помимо мерцающих слабыми искрами пепельных остатков, ничего не осталось.
Даже самые прочные кости короля зомби рассыпались в прах под чудовищной мощью последнего удара.
На краю воронки лежала лишь половина бронзового талисмана в форме меча, покрытого древним узором грома.
Он источал ауру глубокой и долгой печати…
Зарытый в раскаленный песок, он отблескивал холодным светом в лунном сиянии, став последним следом существования тысячелетнего мертвеца.
На берегу яростная сила грома медленно утихала.
Свет девяти маленьких фиолетовых флажков угас, а кровавые руны на земле постепенно стерлись.
Ночной ветер вновь завыл, принося с собой ледяную влажность реки.
Линь Сяо медленно опустил руки, складывавшие печати, на его висках выступили мелкие капли пота — призыв трех мощных небесных громов подряд потребовал от него немалых усилий.
Он испустил долгий вздох, который превратился в длинное облако пара в холодном воздухе.
Су Ли и Сяо Чжан стояли поодаль, став свидетелями всего этого невероятного, внушающего трепет процесса.
Ее ладони, сжатые в кулаки, уже давно промокли от пота, и лишь сейчас она начала их разжимать.
Сердце, замершее в ожидании, наконец успокоилось. Увидев, что всё кончено, Су Ли снова надела свой нефритовый амулет, и они с Сяо Чжаном подошли ближе.
Они смотрели на кучку пепла в воронке, а затем — на фигуру Линь Сяо, освещенную лунным светом. Не особо крупный, но сейчас он казался им несокрушимой скалой.
В холодных глазах девушки впервые отчетливо отразились потрясение и невыразимое чувство.
Су Ли подошла к Линь Сяо и, помолчав, негромко спросила:
— Всё закончилось?
— Это — закончилось.
Линь Сяо наклонился и снова осторожно поднял раскаленный бронзовый талисман с помощью бумаги.
Поднеся его к лунному свету, он увидел, как искривленные узоры словно безмолвно взывали к еще более глубокой тьме.
— По идее, такой тысячелетний зомби не остановился бы, поглотив лишь одного одинокого холостяка. Если бы он начал, то вся деревня была бы уничтожена в одно мгновение. А еще аура на этом талисмане… она слегка отличается от его собственной… будто бы это другая, более древняя печать.
Голос Линь Сяо звучал непривычно тяжело, и он продолжил:
— Боюсь, в этих горах спит нечто куда более опасное. Этот король зомби либо был напуган силой того существа и не смел бесчинствовать, либо… он сам является лишь стражем гробницы или разведчиком для чего-то гораздо более ужасного!
Это предположение заставило кончики пальцев Су Ли похолодеть, а в глазах Сяо Чжана снова промелькнул страх. Он пролепетал, взволнованно:
— Н-ну как еще-то! Когда это уже закончится! Я больше не могу!
Линь Сяо убрал талисман и, поднявшись, улыбнулся Сяо Чжану:
— Всё только начинается! В следующий раз покажу тебе кое-что поинтереснее!
Лицо Сяо Чжана вмиг вытянулось, он выглядел ужасно.
Он отчаянно замотал головой, его вид буквально кричал о том, что он против!
Линь Сяо, усмехнувшись, перевел взгляд на горную гряду, которая в ночи напоминала спящего гигантского зверя, и сказал:
— Похоже, придется нанести визит соседям с горы за деревней Ван. Но сначала — вернемся и разберемся с телами расхитителей гробниц!
Троица вернулась в погруженную в тишину деревню Ван. Стоило приблизиться к окраине, как в нос ударил густой запах крови, смешанный со зловонием разложения.
В сумерках на деревенской дороге виднелись семь-восемь фигур с неестественными движениями и черной слюной.
Ранее Линь Сяо велел каждому жителю рассыпать густой слой клейкого риса у порогов своих домов.
На оконных рамах также была нанесена темно-красная вязкая петушиная кровь, источавшая особый запах.
Один зомби наступил на рис, и раздался шипящий звук — точно раскаленное масло попало на снег, и из-под ступней тут же повалил зловонный черный дым!
Зомби истошно завыл, его ноги горели, будто от раскаленного железа, и он замедлил шаг.
Он попытался содрать когтями кровавую раму, но едва коснулся крови, как когти зашипели, словно от коррозии, и тварь в ужасе отпрянула.
Линь Сяо удовлетворенно отметил про себя исполнительность старосты Ван Дэгуя.
Не мешкая, он метнулся вперед, подобно молнии.
— Тяньди Сюаньцзун, Ваньци Бэньгэнь! Цзиньгуан Сусянь, Фуху Чжэньжэнь! Именем повелеваю!
Голос Линь Сяо прозвучал звонко, его руки сложили печать, и из кончиков пальцев вырвались лучи яркого золотого света!
Золотые нити устремились вперед, словно живые змеи, и точно пронзили головы расхитителей, которые только-только обратились и еще не успели набраться сил.
Как только свет вошел в тела, зомби застыли, а затем обмякли, словно пустые оболочки, из которых вынули кости, и навсегда затихли.
Все произошло за несколько мгновений, и на улице снова воцарилась тишина.
Линь Сяо втянул сияние и достал из сумки Талисман божественного огня, чтобы сжечь останки.
В тот миг, когда он привел дыхание в порядок, он резко поднял голову, и его острый, как у сокола, взгляд пронзил ночную мглу.
Он уставился прямо на самую высокую гору за деревней!
Там, в глубине лесов, на мгновение мелькнула невероятно скрытная, но при этом первобытно свирепая аура, подобная напуганной гадюке!
— Демоническая сущность?
Сердце Линь Сяо сжалось. Холодный бронзовый талисман в его руке слегка задрожал.
— Даосский наставник! Вы вернулись?
Из щели в двери одного из домов раздался дрожащий голос старосты Ван Дэгуя.
Он набрался смелости и распахнул дверь, увидев, что Линь Сяо и его спутники целы и невредимы, и поспешил к ним, роняя слезы:
— Благодарю вас, наставник! Огромное спасибо за спасение!
— Да бросьте, пустяки, это наш долг, — ответил Линь Сяо и тут же спросил: — Скажите, староста, кто похоронен на той самой высокой горе?
Ван Дэгуй растерянно покачал головой:
— Это было так давно… От предков дошло лишь предание, что в ущелье той горы покоится великий человек, знатная персона эпохи Западная Чжоу. А кто именно, как его имя — уже никто не знает. Известно лишь, что место это проклятое, приближаться к нему опасно. Его называют Могила генерала.
— Западная Чжоу? Могила генерала?
Линь Сяо опустил взгляд на бронзовый талисман с кривыми узорами.
Остатки древней злой ауры и величия на нем, казалось, были связаны с этим генералом. Неужели та мощная демоническая аура, которую он почувствовал, связана с этой гробницей или даже с самим талисманом?
В его голове промелькнула догадка: — Вероятно, этот талисман был вбит в тело короля зомби именно для того, чтобы подавить его ярость и не дать сеять массовую смерть! Словно часть какой-то… печати?
— Оставайтесь в деревне, запритесь, и что бы ни услышали — не выходите, — решительно скомандовал Линь Сяо старосте и Сяо Чжану, а затем повернулся к Су Ли: — Госпожа Су, придется вам снова отправиться со мной в горы.
Сяо Чжан побледнел и замахал руками:
— Господин Линь, я… я всё же останусь в деревне, помогу чем смогу!
У него просто не хватало духа снова лезть в те проклятые горы.
Линь Сяо кивнул — в конце концов, даже для молодого парня пережить такое было тяжело.
Идя по лесу, Линь Сяо позвонил Линь Сюаньфэну и коротко доложил:
— Отец, короля зомби уничтожил. Но в горах есть кое-что еще. Сильная демоническая аура, такая, что могла сдерживать тысячелетнего мертвеца. Иду туда с Су Ли.
На том конце провода голос Линь Сюаньфэна стал серьезным:
— Демон, способный подавить тысячелетнего зомби? Будь осторожен! Если сила неравна — немедленно отступай! А девочка Су Ли…
В его голосе слышалось беспокойство.
— Не волнуйся, я знаю, что делаю, — спокойно ответил Линь Сяо с непередаваемой уверенностью.
Положив трубку, он взял Су Ли за прохладную руку:
— Пошли!
Даосская обитель Линсяо.
Линь Сюаньфэн, сидя в главном зале, повесил трубку и передал всё услышанное беспокойному Су Наню.
Настроение Су Наня тут же пошло «американскими горками»!
— Что?! Линь Сяо потащил мою дочь искать великого демона? И к тому же тысячелетнего!
Еще минуту назад он успокоился, но тут его сердце будто выстрелили в космос.
Или, точнее, бросало то в жар, то в холод.
Лю Цинъи встала и, подойдя к Су Наню, легонько похлопала его по спине, утешая:
— Не переживай, Линь Сяо не даст Су Ли оказаться в опасности. Может, тебе стоит сообщить ее матери?
— Ее мать еще не знает…
— Что? Как же вы не сказали ей о таком серьезном деле?
Лю Цинъи была слегка возмущена: всё-таки их ребенок, мать должна быть в курсе.
То, что Су Нань промолчал, казалось просто немыслимым!
— Я звонил тебе сразу после того, как поговорил с ней, времени не было… Да к тому же она на съемках, телефона при себе нет. Если узнает — будет волноваться и все дела забросит, а если с ней из-за этого что случится, как я потом с этим жить буду?
Лю Цинъи подумала и согласилась: если на съемках она отвлечется и случится несчастье — это не шутки.
Когда Су Нань женился, Лю Цинъи и Линь Сюаньфэн не присутствовали, поэтому не знали, на ком он женился.
Оказалось — на актрисе! В даосской обители Лю Цинъи от скуки иногда смотрела сериалы.
Хотя сейчас и смотреть-то почти нечего…
Но время убить можно.
Кто знает, может, она даже видела ее в какой-нибудь дораме…