Голос Ю Циннян звучал необычайно мягко, но от него Ю Цы почему-то бросило в дрожь. Ей почудилось что-то неладное, однако она не придала этому значения — объятия пахли мыльной пеной, и она, зажмурившись от удовольствия, расслабилась.
Кудахча, пойманная в силки дикая курица билась, опрокинув корзину. Грибы и прочие лесные дары рассыпались по земле.
Ю Циннян разжала объятия, подняла курицу и, глядя на Ю Цы, с улыбкой пояснила:
— Ю-эр забыла? Мать поставила несколько силков, чтобы ловить для тебя дичь — кур, зайцев, разнообразить твой стол. Правда, часто они пустуют. А сегодня повезло — поймали жирную курицу. Самое то подкрепить твои силы!
С этими словами Ю Циннян направилась к кухне, неся курицу.
— Матушка, погодите! Вы так устаёте ради меня. Может, сегодня я сама приготовлю ужин?
Увидев, что Ю Циннян вновь замолкла после этих слов, Ю Цы добавила:
— После того, что случилось с Шу Линем и Лю Юэся, выйти замуж мне теперь вряд ли удастся. Не век же мне жить под вашим крылом. Пора и мне, как другим девушкам, научиться стряпать. Кто знает, может, со временем кто-нибудь разглядит и мои достоинства?
Взгляд Ю Цы сиял, на лице было написано радужное ожидание.
Стряпня была её коньком. В последнее время во рту у неё было пусто, как в степи — в Заливе Черепаховых Раковин не только еды в обрез, но и о вкусе никто не заботится: всё варят в воде, кинут щепотку соли — и готово. Ей, знатоку китайской кухни, хоть слёзы лей. А тут такая жирная курица — руки так и чесались.
Что до Шу Линя и Лю Юэся — это, само собой, две другие вершины любовного треугольника, в котором запуталась прежняя хозяйка тела.
Ю Цы рассудила: Ю Циннян так балует дочь, что вряд ли когда-нибудь позволяла ей стоять у плиты. Но, услышав такое объяснение, должна понять — сердечные дела не разобрать, и люди от них порой меняются до неузнаваемости.
И точно — взглянув на дочь, Ю Циннян с жалостью в глазах, после недолгих колебаний, согласилась.
Ю Цы, довольная, пошла на кухню с курицей и корзиной. Наконец-то можно развернуться, а не сидеть сложа руки, как бесполезный нахлебник, который ни ворот поднять, ни узла завязать.
— Эх, — вздохнула Ю Циннян, глядя на худенькую спину дочери. В её взгляде сквозила задумчивость.
Её дочь наконец-то повзрослела. Хорошо это или плохо — кто знает.
*
Кухня была простой: глинобитная печь с огромным чугунным котлом.
Зайдя внутрь, Ю Цы первым делом перебрала все съестные припасы. Обнаружила: в корзине — грибы, древесные уши, папоротник, сурепка и курица; в углу, в кадке для риса — лишь горстка риса на дне да полмешка муки. Из приправ — только масло, соль, уксус, соевый соус и половина корня имбиря.
— Ах, вот почему вся местная стряпня — варёная в воде зелень, — вздохнула она.
Великая Пустошь — мир культивации бессмертия, здесь не принято угождать чреву. Это понятно. Видно, старое небо сослало её сюда не для того, чтобы она жила праздно. Кто знает, может, ей суждено прославить китайскую кухню в этих краях?
Подумав так, Ю Цы важно кивнула, но, взглянув на скудные припасы, поняла — путь предстоит долгий.
Сначала она немного суетилась, но, как опытный повар, быстро вошла в ритм.
Ловко свернув курице шею, она ошпарила её кипятком, ощипала, выпотрошила и отложила в сторону. Затем промыла грибы, древесные уши и дикие травы и только тогда принялась за приготовление своего первого ужина в Великой Пустоши.
Из-за скудости приправ оставалось рассчитывать лишь на природный вкус продуктов.
Натерев тушку солью и соевым соусом, Ю Цы задумалась, взяла пустую корзину и вышла. Ю Циннян не было — куда-то ушла. Ю Цы не придала этому значения и, выйдя за плетень, направилась по тропинке. Минут через пять она вышла к озеру.
Оно называлось Озеро Битан. Вода в нём была прозрачна, по поверхности плавали листья лотоса. Взгляд тонул в зелени — прямо как в стихах: «Уходят в небо лотосы, бескрайняя зелень».
Ю Цы сорвала несколько целых листьев и уже собралась уходить, как вдруг заметила на берегу пучок зелёного дикого лука.
«В жизни полно сюрпризов», — философски заметила она, выдёргивая лук.
Она чувствовала себя совершенно счастливой. Конечно, она попала в незнакомый мир, но зато помолодела лет на десять, а кто из землян не мечтал когда-нибудь о жизни, полной приключений: в роскошных одеждах, с мечом в руке, за горизонт?
А главное — в Великой Пустоши полно еды, и она абсолютно натуральная, без пестицидов, добавок и синтетики. Словом, чистая прибыль.
От этой мысли Ю Цы совсем развеселилась. Но в следующую секунду нагрянула беда, и она сразу поняла: в Великой Пустоши не так-то легко выжить. Даже маленький Залив Черепаховых Раковин едва не стал для неё западнёй.
Едва она сорвала лук и выпрямилась, собираясь отряхнуть юбку, как услышала язвительный голос:
— Ю Цы, ты совершила такую гнусность и ещё смеешь выходить из дома? Ха! Будь я на твоём месте, удавилась бы на первом попавшемся шнурке, чтобы не позориться и не губить других!
Ю Цы опешила.
Она подняла глаза и увидела трёх девушек примерно своего возраста. Хотя после переселения она потихоньку выходила разузнать новости, но впервые видела столь открытую враждебность со стороны односельчанок.
И так было ясно, кто они — не зря она собирала сведения.
— Я уже задержалась, пора домой. Вы тут располагайтесь, — улыбнулась Ю Цы, ямочки на щеках обозначились. Развернулась, собираясь уйти.
— Стоять! Ю Цы, Ю Цы, а ты, оказывается, стала трусихой! — снова заговорила та же девушка, голос её сочился презрением. Она шагнула вперёд, загораживая дорогу, словно боялась, что Ю Цы сбежит.
Улыбка на лице Ю Цы застыла. На языке вертелось: «На лице — улыбка, в душе — матюги».
Одна из этих троих была частью любовного треугольника — Лю Юэся.
Вон она — в платье цвета яичного желтка, стройная, как нераспустившийся цветок жасмина. Как она поняла, что это Лю Юэся? По лицу — самому красивому из трёх. Говорят, Лю Юэся — первая красавица в Заливе Черепаховых Раковин.
Двух других звали Чжан Чунь и Чжан Юэцзи. Верные подручные Лю Юэся, проще говоря — шавки. Они всегда были неразлучны и постоянно задирали прежнюю хозяйку тела.
Трусиха? А почему бы и нет!
Посудите сами. Все они живут в одном заливе, но почему Чжан Чунь и Чжан Юэцзи добровольно прислуживают Лю Юэся?
На то есть причина: у Лю Юэся есть Изначальная энергия бессмертия, зелёного цвета, и качество у неё неплохое! Говорят, её энергия принимает облик Синего Журавля, поэтому сама она двигается намного быстрее обычных людей — небо и земля!
Прежнюю хозяйку тела забили палками до смерти именно за то, что она перешла дорогу Лю Юэся.
Как тут не струсить?