— Ван Цуйлань, не лезь не в своё дело, закрой свой поганый рот.
Мать Цяо прикрикнула на Ван Цуйлань.
Ван Цуйлань нарочно пошла наперекор:
— А что, Цяобэй тебе не родная дочь? Ты так с ней обращаешься? Выходит, только Цяо Нань у тебя родная?
Мать Цяо взорвалась:
— Ван Цуйлань, не ищи ссоры! Я всегда относилась к обеим дочерям одинаково, ни одну из них не выделяла.
Присутствующие уже давно заметили, что мать Цяо все эти годы намеренно чернила старшую дочь.
Мать Цяо и сама видела, что ей никто не верит.
Она поспешно принялась оправдываться перед главой женсовета:
— Товарищ Ли, вы же помните, как я рожала Цяобэй. Сколько я перепробовала снадобий, сколько мук вытерпела, днями и ночами молила о ребёнке — и наконец вымолила себе драгоценную дочку. Если бы я и была к кому-то пристрастна, то только к Цяобэй. Все свои деньги и дом я оставлю ей, а Цяо Нань ничего не получит.
Глава женсовета взглянула на два недавно отстроенных дома и что-то невнятно поддакнула.
Тут Ван Цуйлань снова принялась подкапываться:
— Этот дом построен на зарплату Цяобэй, верно?
— Ван Цуйлань, что ты мелешь! Да я тебе рот порву!
Мать Цяо кинулась на Ван Цуйлань, готовая вцепиться ей в лицо.
Присутствующие сделали вид, что бросаются их разнимать, но на самом деле просто глазели на представление.
Все забыли, зачем они сюда пришли — убеждать Цяобэй.
Когда глава женсовета, сватьи и тетушки наконец ушли, в дом ворвалась разгневанная Цяо Нань.
— Бесит!
— Что случилось, Наньнань?
— Сестра, ты представляешь? Кто-то распустил по деревне слух, будто ты из зависти столкнула меня в реку, хотела убить! Полный бред!
Сюй Цяобэй притворно возмутилась:
— Да чтоб у того, кто это сказал, детей не было! Чтоб ему пусто было, гаду!
Лицо Цяо Нань мгновенно помрачнело, но виду она не подала.
Если бы она рассердилась, это значило бы, что слух распустила она.
— Сестра, как ты грубо выражаешься! Хватит ругаться, а то братец Сун услышит, решит, что ты невоспитанная, и не захочет на тебе жениться.
— Не захочет, как же. Мы через месяц поженимся. Если он узнает, что кто-то распускает слухи, чтобы поссорить нас с сестрой, он тоже разозлится.
Сюй Цяобэй заметила, что Цяо Нань пристально на неё смотрит.
— Что такое? У меня на лице что-то?
— Нет. Просто мне кажется, с тобой сегодня что-то не так.
Цяо Нань нахмурилась.
Раньше, когда она вот так цеплялась к Цяобэй, та всегда смущённо опускала голову, считая себя никчёмной.
А сегодня она не только не смутилась, но ещё и…
Цяо Нань не могла подобрать слова.
— Наверное, я просто испугалась, когда упала в реку, — пояснила Сюй Цяобэй. — Я позвоню Сун Хуайняню, спрошу, не знает ли он, кто этот бездетный гад, который затеял всю эту кашу. Найдём его и разберёмся…
— Что за грязь у тебя изо рта летит! Есть в тебе хоть капля девичьей скромности? — В этот момент в калитку вошла мать Цяо, которая только что проводила главу женсовета и тетушек, и свирепо рявкнула на Сюй Цяобэй.
Сюй Цяобэй обиженно спросила:
— Мама, я сегодня чуть не утонула, а кто-то за моей спиной плетёт интриги и кле